Draco Sinister

Драко отбросил пропитавшиеся потом волосы от лица и ругнулся вполголоса. Адамантиновый чехол пока не отреагировал ни на одну из их попыток открыть его. Драко уже пробовал Открывающие чары, Разбивающие заклятья и даже попытался провести Сокрушающее заклинание, дежа палочку вдвоём с Гарри. Ничего не помогало. Драко предложил использовать Ураганное заклятье, но Гарри заметил, что их не так-то просто контролировать и их самих может вышвырнуть из окна. Поэтому Драко бросил попытки открыть футляр с помощью магии и начал пытаться расколоть его пополам, ударяя им о каменные стены. Это не принесло ему ничего, кроме острой боли в запястьях. В ярости он швырнул футляр на пол и принялся прыгать на нём обеими ногами, разражаясь ругательствами. Когда он, задыхаясь, наконец поднял взгляд, он увидел, что Гарри широко улыбается. — Чего? — раздражённо сказал Драко. — В чём дело? — Выглядишь как дебил. — Гарри покачал головой. Драко замер в задумчивости. — Серьёзно? — Да всё нормально. Не очень-то много вещей заставляет меня смеяться в последнее время. Драко перестал скакать и очень странно посмотрел на Гарри. — Я заставляю тебя смеяться? Гарри пожал плечами. — Не стоит так заводиться из-за этого, Малфой. — Я просто… — Он вздохнул. — Я чувствую себя виноватым. — Виноватым? — выдавил Гарри. — Отчего? Драко слез с футляра, нагнулся, чтобы поднять его, и подошёл к настороженному Гарри. — Поттер… Я должен кое-что сказать тебе. Гарри удивлённо посмотрел на него. Драко прижал футляр к груди, будто ребёнка; глаза его были большие и полные боли. Гарри никогда не видел подобного выражения на лице Драко. Выглядело так, будто Драко проглотил гвоздь. — Что. что ты мне должен сказать, Малфой? С тобой что-то не так? Ты умираешь? В чём дело-то? — Это связано с Гермионой. Я просто… ты так. ну. веришь в то, что она и я — друзья, и мне стало совестно. То есть, ничего такого не было, просто один раз… Гарри вытаращился на него. — Один раз ЧТО? Драко выглядел невероятно смущённым. — Ну же, Поттер, не заставляй меня произносить это. — Нет, — ледяным тоном ответил Гарри. — Произнеси. Произнеси это, Малфой, потому что я ни черта не понимаю. — Слушай… Это всего лишь один раз было, и я думаю, что она об этом потом очень пожалела. Знаешь, это не значит, что она не любит тебя. — Если ты говоришь о том, о чём я думаю, — процедил Гарри, — то я не верю тебе. — Он пожал плечами. — Просто не верю, и всё. — Да ну? — Драко по-кошачьи улыбнулся. — Тогда почему твой маленький детектор лжи не реагирует? Твой… вредноскоп? Гарри резко опустил взгляд. Это было правдой. Вредноскоп был тих. — Прости, Поттер. Такие вещи случаются. — Прости? — сдавленно произнёс Гарри. — Прости?! Это всё, что ты хочешь сказать? Почему… почему никто из вас мне ничего не сказал? Драко пожал плечами. — Мв просто не могли решить, как это всё вывалить на тебя. В конце концов Гермиона решила, что тебе лучше ничего не знать. Может, она была права… — Он с сомнением посмотрел на Гарри. — Ты, по-моему, не очень-то мягко это воспринял… у Гарри перед глазами замелькали чёрные пятна. Он помнил себя таким злым лишь несколько раз, обычно перед Волдемортом. «Он лжёт, » — твердил он себе. «.Тогда почему вредноскоп не реагирует?..» «Гермиона бы так не поступила…» «.Тогда почему вредноскоп не реагирует?..» «Я всегда думал, что я первый… единственный… это объясняет тот факт, что она писала ему всё это время… по письму в день… я знал, что это ненормально…» — Эй-эй-эй! — Голос Драко прозвучал откуда-то издали. — Не забывай, Поттер! Контроль, контроль, контроль… БАБАХ! Снежный шар на столе взорвался, будто маленькая бомба, забрызгав водой и хлопьями синтетического серебристого снега все бумаги Люпина. Нимфа, сидевшая внутри шара, завизжала. Драко улыбнулся, увидев, как треснули оконные стёкла, как рассыпался винный бокал на столе. «Пусть он разозлится настолько, » — молился он, «Пусть он разозлится-» ХРЯСЬ! Драко пригнул голову, когда адамантиновый чехол в его руках треснул и раскололся напополам с хрустом ломающихся костей. «Сработало!!» Он бросил чехол и меч вместе с ним, позволив осколкам адамантина градом посыпаться на пол вокруг него, и ухватился за перед рубашки Гарри. — Я наврал!! — выкрикнул он сквозь звуки бьющегося стекла и завывание ветра. — Я НАВРАЛ!! Гарри яростно взглянул на него. — Чего? — Я наврал! Конечно, я всё наврал! Теперь прекрати это! — Ты просто трусишь! — Гарри сузил глаза; пресс-папье пролетело через комнату и грохнулось о стену позади головы Драко. У Драко появилось устойчивое ощущение, что Гарри каким-то образом наслаждается хаосом, по его же вине царящим вокруг. — Не будь идиотом!! — выкрикнул Драко. — Думаешь, если бы я переспал с Гермионой, я не стал бы злорадствовать по этому поводу гораздо раньше?! И когда бы мы успели? Вы двое всё время вместе! Думай башкой, Поттер! — А что насчёт вредноскопа?! — упрямо крикнул Гарри. — почему он не сработал?! — Потому что он в твоём свитере наверху!! — проорал Драко в ответ. — Остолоп!! Неожиданно воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим позвякиванием последних осколков разбитого стекла, падающих на пол, и тоненьким голоском разъярённой нимфы из снежного шара, увлечённо матерившей их обоих. Гарри не слышал её; он ошеломлённо смотрел на Драко. — Но почему…? Он проследил за взглядом Драко, устремлённым к полу кабинета Люпина, теперь покрытому водой, клочками бумаги и осколками разбитого футляра. Меч лежал у ног Драко, сияющий и серебристый, каким он и был в ту ночь, когда они его нашли. Драко нагнулся и подобрал его левой рукой, обвив рукоять пальцами. Он поднял меч и протянул вперёд, показывая его Гарри, вытаращившего глаза. — Ох… — вымолвил тот, когда осознание нахлынуло. — Охх… — Он устало посмотрел на Драко. — Ублюдок несчастный… — Но в словах его не было должной энергии. — Другого способа придумать не мог?.. — Извини, — без тени раскаяния ответил Драко. — Ты сказал перед этим, что стоит использовать любые методы, какие подвернутся под руку. Гарри покачал головой. — Ненавижу облегчать тебе жизнь. Реально ненавижу. — Словно отбираешь конфетку у ребёнка! — Драко широко улыбнулся, опустил глаза на свои руки, истекавшие кровью, изрезанные осколками адамантина от разбитого чехла. — Ну, у очень большого и очень злого ребёнка, — поправился он. — Я слишком устал, чтоб набить тебе морду, Малфой, — спокойно ответил Гарри. — Но будь уверен, я отплачу тебе за это. Драко не был уверен, шутит он или нет. — Приму это в расчёт. Теперь пошли, давай убираться отсюда прежде, чем Люпин избавится от Флёр и вернётся. — Он содрогнулся. — Или, что ещё хуже, они придут вдвоём.