Draco Sinister

И вновь один и тот же сон: смерть, кровь, ужас. Он лежал в грязи на поле боя, и повсюду вокруг него разыгрывались сцены ночных кошмаров: гоблины с острыми мечами бежали за ним, неся отрубленные головы волшебников в руках; ревущие великаны разрывали людей на части своими сильными руками и разбрасывали кровавые ошмётки вокруг, как чудовищное конфетти. Повсюду был слышен крик умирающих и мертвецов. И кровь, столько крови — он был весь покрыт ею. Чёрная лошадь встала на дыбы перед ним, размахивая копытами. Она была без седока, но на ней был флаг — серебряный дракон на чёрном фоне. Он закрыл лицо руками, когда копыта обрушились вниз- Драко подскочил, весь в холодном поту; накатывала тошнота. Он перекатился на кровати и накрыл голову руками. Это не был первый такой кошмар; они появлялись всё чаще с тех пор, как он отправился из Хогвартса в школу магидов. Он сел на кровати, позволив прохладному лунному свету прикоснуться к его лицу. Если бы только он мог поговорить с кем-нибудь, рассказать кому-нибудь… Гарри? Нет. Не Гарри. Матери? Она собиралась уехать отдыхать с Сириусом, это бы лишь расстроило её. Сириусу? Мгновение он изучал эту мысль. Сириус всегда может дать хороший совет и редко расстраивается. Но он может рассказать Нарциссе. А ещё есть Гермиона. Драко сел и достал палочку, лежавшую на прикроватном столике. «Люмос, » — прошептал он, и крошечный огонёк расцвёл на кончике палочки. Он мог, конечно, добыть свет и без палочки, но нетренированным магидам не следовало применять заклинания без палочек — по крайней мере, ему так сказали. Он взял листок бумаги и перо и расположил бумагу на коленях, задумавшись. Он написал её имя… «Гермиона, »… и остановился. Что, если она скажет Гарри? Ну нет. Она бы так не поступила. Но что он может ей сказать? «Гермиона, мне снятся кошмары, один и тот же кошмар каждую ночь, и я не знаю, почему». Она бы подумала, что он сходит с ума, и, возможно, это было правдой. Как говорил его отец, в их семье встречалось безумие. И, учитывая, что его отец в тот момент находился в отделении больницы Святого Мунго для душевнобольных преступников, не особо он был далеко от истины. Драко долго сидел в полутьме, глядя на пустой лист бумаги, безуспешно пытаясь найти слова. Наконец он скомкал листок и швырнул в окно. Затем он лежал без сна, устремив взгляд в потолок, до тех пор, пока не наступил рассвет.