Параллельные

       Сон Пака о радужных единорогах, в солнечных очках - подозрительно похожих на Намджуновские, - и золотых цепях, оборвался на половине, будучи прерванным копошением рядом с Чимином. Что это за хрень и гадать не надо было - Хён проснулся. И зачем он проснулся, и куда он сейчас пойдёт - Чимин тоже знал заранее. Обычно, люди спросони минут 10 валяются в кровати - настраиваясь на день грядущий, встают, в зеркало зыркают, пугаются своего отражения, и почёсывая задницу, отправляются в ванную для водных процедур, и привести себя в порядок, но... Только не Юнги.        Его первой целью всегда будет кухня, где его ожидает кофе и пачка сигарет, на пару с открытой форточкой. Он практически каждый грёбаный час проводит в такой компании, стараясь конечно не слишком увлекаться кофеином. Он не приходил на кухню разве что часов 5-6 за сутки, когда спал. Паку казалось немного странным что лишь из-за этого Хён встаёт так рано. Казалось, что он просыпается только из-за низкого уровня кофеина и никотина в крови, так яростно требующих повысить себя. Когда старший вернулся в комнату, с фарфоровой кружкой в руках, а вместе с его появлением до Чимина донёсся запах табака, он абсолютно не удивился, и продолжил делать вид что спит, подглядывая за Юнги из под полу-прикрытых век. То что блондин сделал дальше, Пака удивило, и заставило поверить что Юнги конченный трудоголик - одновременно. Старший уселся за письменный стол и капался на нём, - постоянно шурша и оглядываясь не разбудил ли Чимина, - в поисках чистого листа и ручки.        Чимин уже и без того понимал что Хён трудолюбивый до пизды, но то что он работает в такое время... Взгляд карих чиминовых глаз метнулся к настенным часам возвышающимся над рабочим столом. Они показывали 6 часов утра. "Ебануться" - думал Чимин, продолжая украдкой наблюдать за рэпером.        ***        Два с половой часа - именно столько Чимин наблюдал за тем, как Юнги думает, за тем неимоверно быстро пишет, а потом в какой-то момент комкает исписанную бумагу к чертям собачьим и откидывает куда подальше, держится за голову несколько минут, а потом опять начинает снова. И так несколько раз подряд. Чимин был более чем уверен что Мин улыбался каждый раз когда слова складывались в предложения, приобретая смысл, и всё выходило хорошо, и хмурил брови - когда получалось плохо, или не получалось вовсе.        А потом, - около полу часа, - Паку казалось что он просто ебанулся раз он так внимательно наблюдает за Юнги, за тем как он смахивает со лба блондинистую чёлку, когда она лезет в глаза, как бесится когда ручка перестаёт писать, а нужные слова тем временем вылетают из головы, и как фыркает когда такой горячо любимый им кофе заканчивается, а он только и может что убрать бокал подальше - что-бы не задеть или уронить. Чимин бы с удовольствием пошёл и сделал ему новый, но он так невовремя притворился что спит, сам не зная зачем. Наверно просто боялся спугнуть Хёна, ведь он обычно в одиночестве работает, в отдельной комнате, а тут вон что.        Чимин открывает глаза только когда Мин заканчивает, и вновь удаляется на кухню - для "покурить", - сверлит взглядом потолок и думает что Юнги-Хён идеален когда делает своё дело, а ещё думает что реально придурок, раз его голову посещают эти мысли.        Юнги же думает, что Чимину стоило бы меньше витать в облаках, ибо он вокруг себя в это время, не замечает ровным счётом - нихрена. И только когда младший слишком уж громко и отчаянно вздыхает в 3 раз подряд, он решается нарушить тишину: - Ты чего так вздыхаешь? - привлекает к себе внимание Юнги. И когда Пак ловит его улыбку, уже раз в сотый окрещивает себя полным долбоёбом с мешком припиздонов за спиной, ибо: "этот Хён кажется идеальным и когда улыбается". "А вот когда орёт - нет" - мыслишки в голове Чимина сменяют друг друга быстро, но он всё же отвечает: - Ничего. Я чувствовал копошение с твоей стороны несколькими часами ранее... Ты так рано проснулся? - улыбается Чимин, а-ля "я святая невинность, ничего не видел, ничего не знаю". - Я всегда встаю в это время. Привычка такая. - признаётся старший садясь на край кровати. Ответом ему служит кивок головой типа "ясненько", а в следующую секунду раздаётся звук входящего сообщения, а экран телефона покоившегося на столике рядом, загорается.        Сообщение оказывается от Намджуна. Юнги читает быстро и отчего-то усмехается когда пишет ответ тыкая по сенсорному экрану длинными, изящными пальцами. Чимин наблюдает за этим и вспоминает что свой телефон не видел, и уж тем более не держал в руках уже более суток. Ему уже начинает казаться что он его проебал, но Юнги не был бы Юнги если бы не вспомнил про телефон Пака раньше него самого и не вручил бы его до того, как мелкий успел что-либо сказать. - Я вытащил его у тебя из кармана, - тогда в клубе - что-бы не потерять. - как-то неловко оправдывается Юнги. Стоит только заставить технику заработать, как она уже разрывается от входящего звонка. На экране большими буквами написано "4D придурок", а чуть ниже - фото накрашенного Ким Тэхёна, с двумя маленькими хвостиками по бокам, на голове. Иногда, на утро после бурной пьянки, Чимину казалось что на фото - девка.        Увидев кто ему звонит, Пак по резкому поднялся с кровати и отправился на кухню, где и ответил на звонок. - Какого, мать твою, чёрта было с твоим телефоном?! Ты чем занимался всё это время? И где ты вообще сейчас находишься? - крик Тэхёна был раза в 3 громче чем обычно, а такого человеческие барабанные перепонки выдержать не могут, и Чимин был вынужден некоторое время держать телефон подальше от уха. - Он был отключён, а я был занят. Я у Шуги-Хёна. - коротко о главном отчитался Пак. - Понятно. А как на счёт твоих планов на вечер? Тут вчера было открытие зачётного клуба, и я под... - рыжий не успевает закончить, как его обрывает Чимин: - Даже не думай! Юнги-Хён прибьёт меня если я сделаю хоть малейшее поползновение в сторону клубов, алкоголя и разврата! - Чего? Ты хочешь сказать что боишься этого парня? Да я в жизни не поверю. Не будь занудой, и приезжай сегодня. - Слушай, ты может забыл из-за кого это всё началось? Если-бы ты не поспорил тогда с Намджун-Хёном - ничего бы не было! Я сидел бы дома, а вечером мы бы напились, и всё было бы как обычно. Но теперь это невозможно. Смирись. - на том конце лишь фыркнули. - Трууууус~ - Иди ты к чёрту! - рыкнул Чимин, вешая трубку. "Трус? Да видел бы он взгляд Юнги когда ему перечат". - Это был Тэхён? - первым делом спросил блондин когда Пак вернулся в комнату. Ему кивнули вместо ответа. - Заебал? - прозвучало как-то слишком уж понимающе, заставляя Чимина улыбнуться. - В точку. - Ладно, давай не будем об этом. Иди в душ, завтракай - если найдёшь в холодильнике хоть что-то, - и одевайся. Я хотел съездить к тебе домой, взять вещи.        ***        Автобус приехал на удивление быстро, - что весьма благополучно поспособствовало сохранению нервных клеток как Юнги, так и Чимина.        Стоило только заднице Мина соприкоснуться с сидением у окна, в самом конце автобуса, как он впихнув в уши наушники, стал слушать недавно выпущенную Намджуном песню. Чимин же сел впереди Юнги, - прямо напротив, - склоняя голову в сторону холодного оконного секла - тем самым облокачиваясь об него, - чем вызвал недоумение старшего. Все последующие остановки, блондин только и делал что сверлил взглядом затылок красноволосого, думая что это наверно не удобно - такое положение. Ведь каждый раз как автобус наезжает на какую-то кочку и дёргается, младший наверняка ударяется головой об это стекло. Старшему кажется что он всё больше становится похожим именно на обычного Мин Юнги, а не пафосного Шугу, которому срать хотелось на всё и вся, когда он поддавшись неясному порыву, подаётся вперёд, подкладывает Чимину под голову свою руку, и отдаёт ему один из своих наушников. Он видит прекрасно что младший хочет что-то сказать, но очень вовремя просит "просто заткнуться", Пак мысленно благодарит Хёна, и дальше они едут молча.        *** - А-ху-еть. - первое слово выдавленное Юнги, когда он видит дом Чимина. Мин догадывался что он не размером с собачью будку или избу Бабы-Яги будет, но твою мать... Этот дом белого цвета выглядел просто громадным. Три этажа в высоту, а какая площадь так сразу и не скажешь. К тому же помимо дома, был ещё и сад, бассейн, и даже мать его - фонтан! Хрен знает откуда достав ключ, Чимин приложил его к электронному замку, и чёрные железные врата автоматически отворились. А потом так же закрылись за спинами парней, когда те пошли в сторону дома по специальной тропинке, ведущей прямиком к дому.        Как только входная дверь закрылась, их встретил дворецкий: - Здравствуйте, Господин. Вас давно не было дома, что-то случилось? - Им поклонился Дядечка лет 50, с проседью в волосах, усами, в очках, и строгом чёрном костюме. "Вот что значит: "на работу как на праздник"" - думает Юнги, и дядечка снова начинает говорить, - Вы привели гостя? Добро пожаловать, господин... - Юнги. - подсказывает Чимин. - Пожалуйста, проводите Юнги-Хёна в гостинную, и если он что-то попросит - немедленно выполните это, я пока поднимусь в спальню. - тон Пака сменился на приказной, от чего блондина передёрнуло. С ним то мелкий так никогда не разговаривал, а значит и слышать подобного от него, ему не доводилось. Хозяин дома направился к лестнице ведущей на второй этаж. - Господин Юнги, пройдёмте пожалуйста. - дворецкий показал рукой в сторону - судя по всему, - гостинной. - Пожалуйста, называйте меня просто "Юнги". - блондин поклонился, и направился в сторону указанную дядечкой, не замечая появления лёгкой улыбки на его лице, украшенном морщинами.        ***        Гостинная, - как собственно и всё в этом доме - выглядела по высшему разряду. Тёмно-серые каменные полы, - правда что за камень Юнги так и не понял. Похоже было на гранит, но сказать точно он не мог. Светлые обои, мебель из тёмного дерева, кожаные чёрные диваны, и кучи статуэток вокруг, в качестве украшения. Вокруг было так чисто, что аж глаз резало. И скоро он понял чья это заслуга...        По всей гостинной, ни с того, ни с сего, начали туда-сюда бегать горничные. Все они были девушками достаточно молодыми. Некоторые из них вероятно, были даже младше самого Юнги. Ну, это то ладно. Однако то во что они были одеты - мозолило Мину глаза неимоверно. Короткие чёрные платья, еле закрывающие задницу, когда их обладательницы нагинались - а делали они это довольно часто, и почему-то именно в поле зрения Юнги, - чулки чуть выше колен в цвет платью, а сверху белоснежные фартучки - как у горничных из японских аниме.        Однако, раздражала не сама их форма - в какой-то мере это выглядело даже прикольно. Просто Юнги завладела какая-то глупая ревность. Просто в его блондинистую голову закралась мысль, что перед Чимином эти горничные расхаживали так каждый день. А он пялился. А может даже и спал с кем-то из них, а может даже не с одной... - Юнги-Хён! - раздаётся радостный вопль Чимина за спиной, - я собрался! - на лице красуется улыбка во все 32, и возникает ощущение что он только рад свалить из этого дома. Только вот почему? - Ты чего, Хён? - Чиминни... - манит к себе пальцем старший, заставляя нагнуться к нему, и тихо шепчет, - с кем из этих милых горничных ты спал? - Мин вообще-то никогда бы не спросил такой херни, но эта его ревность тупая, взяла своё. Брови его собеседника ползут вверх, а в глазах плескается море из непонимания происходящего. - Не с кем. Хён, я же не из тех старых мужиков-извращенцев, которые горничных набирают лишь для того что-бы потом в тёмных уголках зажимать. Они реально только для уборки. - усмехается Чимин, видя смущение Юнги. Да, он определённо сказанул чушь. - А, да? Ну, молодец, молодец. - Юнги треплет жгуче-красные пряди Чиминовых волос, и поднимается с дивана, с понтом "я ничё такого не сказал". - А можно мне кое-что сделать? - что выкинет блондин на этот раз, Чимин предположить не мог, но от этого становилось только интереснее, и он позволил. - Уважаемые, не могли бы вы собрать мне всю прислугу этого дома в этой комнате?..        Спустя 5 минут, посреди гостинной образовался чёрно-белый ряд из горничных, заключали который повар во всём белом, и дворецкий - в противовес предыдущему мужчине, - во всём чёрном. - Ну, в общем так: дворецкому и повару даётся отпуск на два месяца, а все остальные - уволены нахер. - мило пролепетал Юнги. Счастливые улыбочки, ранее украшавшие лица юных девиц в чёрно-белых одёжках, мигом сползли, оставляя такое же недоумение как и на лице ничего не подозревавшего Пак Чимина. Весь персонал, включая повара и дворецкого, не сдвинулся с места, сверля работодателя взглядом и ожидая подтверждения слов Юнги. Красноволосый, к такому повороту событий готов не был, и удивлён был не меньше работников. Но всё равно согласился. Потому что Юнги-Хён попросил. Пообещал выплатить каждой горничной зарплату на месяц вперёд и сверху накинуть приличную сумму на время пока не найдут работу, и расторгнул все контракты. Вот так просто. Только потому, что Юнги сказал. Блять.        ***        Пока эта парочка ехала обратно, никто не проронил ни слова. Юнги, - потому что сказать после того что сделал было абсолютно нечего, Чимин - потому что ещё при посадке в автобус, Юнги сел на то же место что и в прошлый, раз, только теперь ещё и усадил красноволосого рядом с собой, снова впихнув ему в одно ухо свой наушник, и приобняв, что-бы тот мог положить свою голову ему на плечо, - он же так любит обо что-то приложиться. А при таком раскладе не то что говорить, дышать было тяжко.        По окончанию поездки - оба вздохнули с облегчением. Однако, какое-то странное ощущение осталось, и никак не хотело покидать их, а наоборот только усилилось когда Юнги так любезно освободил полку в шкафу для чиминовых вещей, хотя мог этого и не делать вовсе.        ***        Долго они дома не просидели, ведь в том отправленном Намджуном сообщении, он просил приехать, что собственно и сделал Юнги, утаскивая Чимина за собой.        Первое что спросил Намджун при виде Мина и Пака, это ядовитое: "ты его теперь вместо украшения везде за собой таскаешь, что-ли?" - голос его был буквально пропитан неприязнью, и красноволосый откровенно не одуплял почему, а когда Ким и вовсе увёл Юнги в другую комнату, запираясь, непониманию Пака просто не было предела. Спустя пол часа усердной "работы", - а на самом деле распития спиртного - старших, Намджун так и остался валяться в той комнате где они с Мином бух... Работали. Сам же Юнги был чуть поддатым. Совершенно не качался в разные стороны,и вполне связно разговаривал.        Твёрдой и уверенной походкой пересекая Намджунову кухню, Юнги оказывается на балконе, с сигаретой зажатой в зубах, и зовёт к себе Чимина, успевшего задремать на кухонном сидении - полюбоваться ночными видами.        Правда о каких видах в такой беспросветной темнище, в столь же убогом районе как и их, могла идти речь вообще. - Эй, Чиминни... Разве тебе не было одиноко в том доме, а? - слова Юнги звучат как-то слишком внезапно, по началу вводя Пака в некий ступор. - Просто когда мы были там и забирали твои вещи, ты чуть ли не светился от радости... - Ну, вроде того. - улыбается Пак, - Просто жить в доме где так много людей, и никому по сути то, нет до тебя дела - это не самое лучшее чего можно желать. С первого взгляда они все такие добрые, честные, преданные, и готовы пахать на тебя до конца жизни, но когда ты подхватываешь элементарную простуду, которая не смотря на свою безобидность вызывает жар, каждый кто приносит тебе стакан воды и лекарства, - из-за того что ты не можешь встать и взять сам, - смотрит на тебя с ненавистью и презрением. Словно ты настолько бесполезен и беспомощен, что тебя только добить можно, да и то - жалко. - улыбка младшего словно тускнела с каждым сказанным им словом, превращаясь из радостной, в грустную. - А чего с родителями не живёшь? - Юнги на самом деле не хотелось цеплять Чимина, и лезть слишком глубоко, словно медицинская игла под кожу, но желание знать больше об этом ребёнке было просто невероятно сильным. - Потому что нет никакой разницы, - и сказанная им же самим фраза, словно добивает его, - глаза начинают слезиться, голос дрожать, а Юнги лишь отворачивается - просто не может этого видеть. - В доме так же много людей, но опять же, если с тобой что-то произойдёт и ты не сможешь сам о себе позаботиться, - ты автоматически становишься обузой. Для моих родителей, моё воспитание - это тяжкое бремя, от которого они предпочли избавиться, переселив меня в другой дом, вот и всё. - по щеке Чимина пробежала слеза, и как бы там Мин не хотел, он всё же видел это, и не смог сдержаться что бы не сжать это беззащитное дитя в своих объятиях. Всё таки в чём-то блондин был прав. Чимин - мелкий, неуклюжий, вечно влипающий в неприятность ребёнок. Только вот вовсе не избалованный, как казалось, а наоборот - обделённый. Родительским вниманием. - Знаешь, у меня вообще нет родителей. - непонятно с чего начинает Юнги, а Чимин замолкает, - перестаёт всхлипывать и слушает, - и это становится для Мина отправной точкой, своеобразной командой о том, что нужно продолжать говорить. - Я вырос в дет.доме, вместе с Намджуни. Там всем внимания уделяют может и одинаково, но ведь оно никогда не заменит настоящего, родительского. Просто постарайся довольствоваться тем, что у тебя вообще есть кого называть "мама" и "папа" - не смотря на то какие у вас отношения. Да даже если вы раз в год общаетесь, и то по телефону... Взамен, я пообещаю тебе что если вдруг ты заболеешь, я буду заботиться о тебе как только смогу, и никогда не посмотрю с презрением. Идёт? - старший немного отстраняется, что-бы заглянуть в глаза младшего, и вздыхает с облегчением, когда они перестают слезиться, а на лице его снова расцветает улыбка. - Идёт. Поехали домой, а, Хён? - тихим, голоском бурчит куда-то в грудь старшему Чимин, прижавшись обратно, а последний в свою очередь, только и может что положительно отвечать на все его вопросы.        *** - Чимин-а, иди ложись, - кивает в сторону Чиминовской половины кровати Юнги, пока младший не может понять чё вообще происходит, но тем не менее ложится, и его тут же накрывает одеялом, что секунду назад держал в руках Хён, - Спокойной ночи, Чимин. Спи хорошо. Я пойду покурю и тоже буду ложиться. - улыбается старший выключая свет и удаляясь из комнаты, оставляя шокированного Чимина, наедине с одной единственной мыслью в голове: "Юнги-Хён только что... Меня спать укладывал что-ли?"        От сигареты в руке Юнги остаётся приблизительно половина, как он вдруг вспоминает то, что Чимин рассказывал ему о себе, в первый день их совместного проживания. Какие в этот момент происходили процессы в его голове - человечеству не известно, но совершенно точно ясно, что благодаря ним, в голове блондинистой башке выстроился гениальный коварный план. Выкинув так и недокуренную сигарету в окно, Мин направляется в комнату, и зыркнув на мирно посапывающего Чимина, ложится спать с довольным ебальником.