Параллельные

- Какого... Мать твою... - Чимин стоит у входа высотного здания с множеством окон, и огромной вывеской "Big Hit Ent".        Его правая бровь нервно дёргается, а выговорить хоть слово представляется огромным трудом. И пока он стоит и не понимает какого, собственно, чёрта, он тут делает, Юнги стоит себе рядом, с довольной рожей и улыбкой во все 32. - Ну, а теперь пошли! - блондин радостно верещит, и хватая рядом стоящего парня за руку, втаскивает внутрь.        С самого утра он светится словно фосфором намазанный, что ему совершенно не свойственно, и распространяет розовую ауру, с радужными поняшками вокруг. По крайней мере, Чимину так кажется. "Только розовых лепестков как в дорамах не хватает" - думается ему. Но смириться всё же приходится, ибо Юнги держит крепко, и хотя бы не орёт или ворчит. И хрен с ним тогда.        Пака затаскивают в лифт, и отвозят на этаж под номером 4.        Коридоры тут довольно длинные, и комнат много, но запутаться представляется невозможным, учитывая что тут нет никаких заморочатых треклятых поворотов, и на каждой двери имеется табличка с номером.        Юнги Чимина подводит к комнате 102, и открывает дверь.        Помещение находившееся за ней, оказывается тренировочным залом. На двух стенах его висели зеркала от потолка до пола, покрытого светлым ламинатом, две другие были отделаны белым декоративным камнем.        В одном из углов помещения стояла стерео-система, поблизости валялась спортивная сумка, а рядом с ней сидел симпатичный темноволосый парень спортивного телосложения, в наушниках, и с телефоном в руках.        Изначально он не понял что кто-то пришёл, но когда поднял голову и наконец заметил вошедших, его лицо озарила яркая улыбка. Стянув с себя наушники, он быстро подскочил к посетителям. - Юнги-хён! - завопил он, бросаясь блондину на шею. - Бля, ради Бога, съеби от меня. - Юнги это произносит с ничего не выражающим лицом, и беззлобно абсолютно, но шатен от чего то всё равно отстраняется послушно, и своё внимание обращает на Чимина: - Вааааа! Ты такой милашка! Меня Хосоком звать, а тебя очаровашка? - Чимин представиться никак не может, от того что так называемый Хосок за щёки его тискает, чем Пака смущает, и вызывает глупую улыбку на его лице. - Это Чимин. Вот до него, до него, - повторяет Мин, - можешь доёбываться сколько хочешь. Можешь тискать, обнимашкать, кидаться лучами кавая, и хоть радугой блевать, - он хмыкает, усаживаясь на полу. - Но Хосок, я к тебе по делу, вообще-то. - в то же мгновение над чиминовыми щеками перестают издеваться, а взгляд тёмно-карих глаз их мучителя устремляется на говорящего.        Эта невъебенная розовая аура, всё утро и часть дня витавшая вокруг Юнги, испарилась так быстро словно её и не было, и Чимину это только померещилось, а выражение лица его стало серьёзным.        Пак почувствовал что-то неладное, и как, мать его, всегда, оказался прав. Ибо: - Возьмись за обучение этого полудурка. - просит Мин Хосока, глядя на красноволосого.        Хосок, судя по всему как и "этот полудурок" подобной просьбы не ожидал. Потому что смотрит поочерёдно то на Юнги, то на Чимина, и словно взглядом умоляет: "бля, чуваки, скажите что это розыгрыш, и где-то тут установлена скрытая камера". Вот только у Чимина на лице растерянность, а у Юнги решительность и серьёзность, вселенских, блять, размеров. - Хён, ты же знаешь - я не берусь за обучение людей с нулевым уровнем танцевального навыка. - Ты аккуратней будь, - незамедлительно отвечает блондин, - этот пацан совсем не новичок, и может даже лучше тебя танцует. - брови Юнги съезжаются к переносице, от чего он выглядит ещё более серьёзным, и Чимину даже не верится что его хён так сильно хочет чтобы Пак возобновил занятия.        Хосок хмыкает, и в глаза блондина всматривается несколько секунд, словно спрашивая о его уверенности в том что говорит. Но взгляд напротив застыл и стал не читаемым. Чон сдаётся. - Ну хорошо. Давай посмотрим на что он способен.        Шатен дефилирует в сторону стерео-системы, и падает рядом с ней на пол, включая музыку. Чимин отмечает что осанка у него прямая, а походка изящная, и что наверное у всех профессиональных танцоров так. А после, с первых же секунд узнаёт песню что ему включили. Он под неё когда-то танцевал.        Но сейчас почему-то стоит столбом в растерянности, и не знает что ему делать, словно если бы он был абсолютным профаном в сфере танцев.        Хосок глядя на это, действительно его таковым считает, и тихо ухмыляется.        А Юнги колошматит всего от чиминовского оцепенения. "Почему он нихрена не делает?" - крутится в его голове словно на повторе, и его хвалёная выдержка даёт трещину: - Чимин-а! Не тормози, идиотина! Танцуй! - в голосе Шуги в этот момент не присутствует раздражения или злости, от чего сказанное звучит больше как напутствие. Для Чимина это становится сигналом к старту, и он начинает двигаться.        При чём двигаться не абы как.        У него очень круто получается подстраиваться и ориентироваться под сменяющийся с медленного на быстрый, и на борот, ритм песни.        В танце у него больше задействованы ноги и корпус, нежели руки. Но смотрится всё равно здорово.        Хосок следит очень внимательно и не может не отметить что у Пака отлично выходят особо сложные связки, а блондин сидящий рядом с ним просто восторгается способностями своего тонсена, обещая себе дать мелкому подзатыльник за то что он пытался такой талант загубить.        Он то наивный, думал что после долгого перерыва Чимин обязательно слажает знатно, но Пак то в отличии от него хорошо знает, что мышечная память - вещь которая обязательно в такой момент выручит.        На шпагат он с такой лёгкостью как полгода назад, в мгновение ока не сядет, да. Но если Чон даст ему время на растяжку, то вполне себе возможно.        Песня заканчивается, музыка стихает, Чимин перестаёт двигаться.        Хосок мысленно ставит парню пять с плюсом, подходит, руку жмёт, и лыбится так, что улыбка пол ебла занимает. Что он согласен стать преподом Пака - даже говорить не надо. Тут уже ясно всё. Чимин рад. Он улыбается счастливо, и на Шугу смотрит. Тот тоже улыбается уголком губ, и подойдя к младшему, треплет его по голове. - Я вечером позвоню чтобы расписание тренировок узнать. - кидает он Хосоку, и говоря что им нужно куда-то ещё, утаскивает красноволосого за собой, оставляя Чона в недоумении.        И дело даже не в том, что он так внезапно съебать решил. Это же Юнги. К его поведению только привыкнуть и смириться можно. Однако... С каких это херов, Мин Шуга (Юнги), стал о ком-то заботиться вообще? Сначала притащил Чимина, и стать его преподавателем попросил, потом сказал что вечером позвонит чтобы его расписание узнать. Чон Хосок полон непоняток и сомнений, и что-то ему подсказывает, что надо Намджуну звонить.        ***        Следующим пунктом назначения Мина и Пака, становится 20 этаж, комната 1007.        Студия звукозаписи. Именно тут Шуга работает над музыкой.        Он по-хозяйски протопал к столу, усаживаясь в кресло, достал из небольшой сумки, всё это время висевшей у него через плечо, стопку листов, и открыл стоящий рядом ноутбук. - Я собираюсь хорошенько поработать сегодня, так что располагайся поудобнее. - оповещает старший, стоящего на пороге Чимина.        Всё что последнему оставалось, это со своей участью смириться, вздохнуть тяжело, и плюхнуться на чёрный кожаный диван у стены, доставая из кармана джинс телефон. Благо аппарат успел зарядиться, и теперь занятие на последующие несколько часов, у Чимина было.        Остаётся только надеяться, что Юнги закончит работу раньше, чем аккумулятор сядет окончательно и бесповоротно