Все возможно!

Решение вернуться в деревню было принято сразу после того, как Гриммджо заметил, что рыжий начал подрагивать. Мальчишке стало холодно. Тело Гриммджо в человеческой форме не могло согреть напуганного рыжего. Холодные воды болота сделали своё дело. Первое, что сделал Гриммджо, — это вернулся с Ичиго на руках к тем самым кустам, где он сбросил свои вещи. Фыркая, он натянул штаны, а вот рубаху отдал рыжему взамен его мокрой. Ничего страшного не случится, если он немного походит с голым торсом. Главное, чтобы рыжий не простыл ко всему прочему. Мальчишка молчал, и это настораживало. Обычного его было не заткнуть. Но на расспросы не было времени. Влетев обратно в таверну, где они остановились, оборотень гаркнул хозяину, что ему срочно нужна горячая вода для купания, и поднялся наверх. Встревоженный хозяин не стал задавать лишних вопросов, чем порадовал Гримма, и стал раздавать указания принести господину горячей воды и чистой одежды. — Что же с вами произошло-то? — пробормотал он, нервно потирая подбородок. — Может, вам вызвать лекаря? Малец-то выглядит больным, — заметил он, когда помог занести тяжёлые, полные воды вёдра в комнату мужчины. Гриммджо напрягся, когда услышал про лекаря. Ичиго действительно выглядел сильно ослабевшим. Возможно, болотная дрянь всё же попала в детский организм и теперь медленно пожирала его. — Он славиться? — спросил мужчина, глянув на хозяина. — Никто не жаловался, — пожал плечами мужичок, ожидая решения оборотня. — Да, зови и передай, что срочно, денег не пожалею! — предупредил он, подкинув монетку хозяину, чтобы и сам поторопился. — Всё будет! Уже бегу! — немного теряясь в собственных ногах от радости за лишнюю монету, мужик выбежал из комнаты, при этом крича на весь трактир, чтобы позвали немедля лекаря.

***

Лекарь прибыл через полчаса, слегка недовольный от спешки, что пришлось бросить все дела. Но, встретившись с грозным взглядом Гриммджо, быстро подавил всё своё недовольство и принялся осматривать Ичиго. — Расскажите, что случилось, — попросил он, доставая из своего саквояжа инструменты, из-за которых Гримм напрягся. Его волхвы не пользовались подобным, обходясь вполне понятными кореньями да деревянными ступками. — Он упал в болото, что рядом с деревней, — нервно ответил Гримм, не сводя взгляда от мальчишки. — Наглотался воды. Я помог ему вызвать рвоту, больше ничего не предпринимал. Ичиго, словно кукла, лежал на кровати, слабо реагируя на разговоры и лишь тяжело, почти хрипло дыша. Гриммджо слышал каждый его тяжкий вдох. Он просачивался в лёгкие, будто сквозь невидимую марлю, встречался с преградой и через силу вырывался наружу, словно лопнувший шарик. — Давно ли это было? — спросил лекарь, осматривая глаза рыжего, насильно поднимая его веки. — Всего час с небольшим, — нервно ответил Гриммджо. — Ты можешь его вылечить? Лекарь пощупал лоб Ичиго, ещё раз оглядел его лицо, повздыхал и полез в свой худенький саквояж. Долго рылся в нём, доставая то одну склянку грязного цвета, то другую. — Точно сказать сейчас невозможно, — наконец ответил старик, откупоривая баночку с непонятной жижей внутри. Когда же он вознамерился напоить этим мальчишку, волк перехватил его руку. — Что ты ему даёшь? — рыкнул несвойственно человеку Гримм, отчего старик вздрогнул. — Это всего-навсего лекарство от жара! Он горит! — оправдался он, указывая на дрожащего рыжика. — Если не сбить температуру, он скорее сгорит, чем поборет болезнь! Гриммджо ещё удерживал руку мужика, раздумывая, как поступить, при этом оглядываясь на рыжего. Цыкнув, ему пришлось признать, что другого варианта сейчас нет, и отпустил руку лекаря. — Хорошо, делай свою работу, — отойдя от лекаря, Гриммджо сложил руки на груди, внимательно наблюдая за его действиями. Ещё раз вздохнув, видимо оттого, что его нетерпеливый и недоверчивый наниматель мешает его работе, лекарь наконец принялся за дело. Ичиго пить лекарство, видимо, не особо нравилось. То, как он кривился, Гримм предположил, что на вкус оно подобно тому, чем его пыталась накормить в первые дни своей работы Орихиме. Хоть он и взрослый оборотень, и вообще… но талант к отравлению у юной служанки на тот момент был прокачан на максимум. Ей пришлось хорошенько поработать над собой, чтобы её хозяин не откинул лапы раньше времени. И так-то Гриммджо предполагал, что падёт достойно на поле битвы, а не от очередной похлёбки собственной служанки. — Я не брал с собой особо сильных лекарств… — бормотал под нос старик, пока Гриммджо предавался моменту воспоминаний. — Что ты хочешь сказать? Ты не можешь его вылечить? — ощетинился оборотень, когда понял суть. — Ну… — старик замялся, внезапно достал из кармана видавший лучшие времена платок и начал вытирать подступающий пот. — Понимайте, милейший, сначала мне нужно было увидеть пациента, чтобы я смог поставить ему диагноз, затем подобрать нужное лекарство… — Диагноз-херагноз, ты должен его лечить! — рыкнул Гримм, сейчас как никогда похожий на обозлённого человека-волка. — Я позволил привести тебя, потому что мне сказали, что ты хороший лекарь! Но ты продолжаешь мешкать и говоришь, что у тебя нет с собой лекарств! Сколько времени займёт поиск нужного и подготовка? Старик хотел было возмутиться, ведь он тут прославленный лекарь, пусть и никто не знал, что вся его работа — это чистое везение да удачный случай, но передумал, когда его очередной клиент, к несчастью оказавшись огромным мужиком, скалил, будто волк, зубы и угрожающе нависал, аки падающее дерево. Вот-вот да раздавит. — Кхм… Думаю, час минимум, может, больше, — старик вдруг сделался словно меньше, когда в комнатушке настала тишина, только тяжёлый вдох рыжего пацана доносился с кровати. — Какого хрена я теряю с тобой драгоценное время? — вдруг проговорил Гриммджо. Он, царь всех оборотней, привык, что его приказы исполняют мгновенно. Непослушание наказывалось, его слово — это закон. Его волхвы, хоть и давно старые волки, но чётко и прямо говорили ему правильные вещи и никогда не подводили его с лечением раненых солдат. Что он делает тут, среди этих безмозглых, вонючих людишек? Он просто поддался порыву, позволил панике и страху затопить его разум! Липкий страх, что мелкий поганец может умереть, сбил его с верно-истинного пути. «Никогда не переставать слушать свой разум, держать эмоции подальше от сердца и действовать вместе с волчьим инстинктом. И всё, что ему сейчас нужно было сделать, так это…» — Уходи, пока жизнь тебе дорога, — тихо проговорил оборотень, отворачиваясь от старика и направляясь к постели Ичиго. Старик, видимо решивший, что сейчас правильно будет дать дельный совет, хотел было возразить, но наткнулся на невидимый барьер. Слова застряли прямо в горле, его тело пробила дрожь. Будто это его сейчас бьёт в лихорадке, а не маленькое тело на кровати. — Я не буду повторять дважды, — предупредил Гриммджо, одевая рыжего в самые тёплые вещи, что у него были. На этот раз лекарь решил не спорить и просто быстро схватил свои вещи, покидав в саквояж цокнувшие склянки. Раздался хлопок закрывшейся двери, когда Гриммджо собирал уже свои вещи. Ему они не столь важны — он скинет их в ближайший куст можжевельника. А вот рыжего стоило подготовить, потому что Гриммджо уже решил, что правильнее всего будет бежать со всех ног к своей стае. К своим волхвам, проверенным столетиями оборотням. — Всё будет хорошо, мелкий, я обещаю, — буркнул Джагерджак, аккуратно поднимая ослабевшее от жара тело. — Ты обязательно поправишься.