Bring Your Body Baby (I Could Bring You Fame)

Гарри видит, как Луи наносит еще один удар, и от этого зрелища на него внезапно накатывает чувство рвоты. Он поворачивает голову в сторону и видит, что у выхода F мало людей. Парочка парней, наверное, ждет кого-то, чтобы выйти покурить или что-то в этом роде. Луи в настоящее время сдерживает охранник, с силой оттаскивая его за плечи, когда странный мужик хватается за нос. Кровь сочится между его пальцами, и он выглядит так, словно сейчас упадет в обморок. Гарри чувствует себя сейчас так же, наверное, из-за того, что этот парень подсыпал ему что-то в напиток. Гарри встает и следует за охранником на улицу. — Я знаю, что ты известный футболист, Томлинсон, но это не дает тебе право бить людей кулаком в лицо, — говорит охранник, отпуская воротник рубашки Луи... — Тот человек подсыпал что-то моему приятелю в напиток, что мне оставалось делать? Охранник поворачивается и смотрит на Гарри, который, в свою очередь, прислоняется к стене клуба, пытаясь изо всех сил сдержать рвотные позывы. — Я думаю, что ты все сделал правильно, я не буду запрещать тебе приходить в клуб, но сегодня, прости, после всего, что ты натворил, ты не можешь вернуться туда. Луи кивает и в знак благодарности пожимает руку охраннику. — Ты в порядке? — спрашивает Луи Гарри, когда охранник заходит внутрь. — Как ты себя чувствуешь? — Я очень пьян. Кружится голова. — Сколько ты выпил из стакана? — Два глотка. Луи матерится под нос и достает телефон. — Я позвоню Лиаму и скажу ему, что мы возвращаемся к тебе домой, так как тебе нужно в постель, а мне надо обработать костяшки пальцев. Гарри смотрит вниз на руки Луи, и это первый раз, когда он видит, что они на самом деле кровоточат, что кожа на костяшках немного стерта от постоянных ударов. — Болит? — Немного, но это не проблема сейчас. Куда ты смотрел, когда он подсыпал тебе порошок в напиток? — Я искал тебя. Луи закатывает глаза и подносит телефон к уху. Когда Лиам не отвечает, он посылает ему сообщение, оглядываясь по сторонам в поисках такси. — Мы можем пойти пешком? Пожалуйста. — Ты хочешь пойти домой пешком? — спрашивает Луи. — Нам придется идти минут десять. — Да, мне нужно подышать свежим воздухом. — Ладно. Пойдем. Луи протягивает руку Гарри, и после того, как тот отлипает от стены, он отпускает его (к разочарованию Гарри). Они идут несколько минут в тишине, пока не достигают большого парка, который надо пересечь, чтобы, наконец, добраться до дома Гарри. Луи прикуривает сигарету и останавливается, Гарри садится на скамейку, кладя ладони на джинсы. — Ты уверен, что все хорошо? — Да, я в порядке. Когда эти наркотики должны выветриться? — Я не знаю, я такие никогда не пробовал. Гарри качает головой и смотрит вверх, видя, как Луи смотрит на него сверху вниз, выпуская дым изо рта. — Хочешь, я посмотрю в интернете про наркотики? — Да, посмотри. Луи достает телефон и садится рядом с ним, вбивая в гугл "наркотики, с помощью которых можно изнасиловать на свидании". — Тут говорится о том, что наркотики, как правило, выветриваются не менее, чем через двенадцать часов. — Отлично. Еще одиннадцать часов, — бормочет Гарри, тошнота достигает пика, он падает вперед на колени, и его рвет на траву. Гарри остается в таком положении в течение нескольких секунд и, вытирая рукой уголок рта, откидывается на спину. — Господи, парень, это мерзко. — Мне нужна жвачка. — Что? Фу, нет, я не собираюсь целовать тебя прямо сейчас, — говорит Луи. Гарри поворачивает голову и внимательно смотрит на него. — Я ничего не говорил о поцелуях. Я хочу избавиться от этого мерзкого вкуса. В нескольких кварталах от моего дома есть супермаркет, мы должны пойти туда. — Ладно, вставай тогда. Они встают одновременно, начиная идти медленнее, и Луи начинает говорить о благотворительном вечере, о том, что ван Гал хочет, чтобы вся команда пошла туда, и он не знает никаких подробностей. Они доходят до супермаркета за пять минут, Луи покупает пачку жвачки и две пачки "Мальборо". Как только они поворачивают на улицу, Гарри берет в рот две подушечки резинки, а Луи зажигает еще одну сигарету. Все огни в доме выключены, когда Гарри открывает ворота, — значит, его отец либо уехал куда-нибудь, либо уже пошел спать. В доме стоит тишина, Гарри выходит на улицу, чтобы проверить Эрни и дать ему еду, и затем возвращается, чтобы положить лед на костяшки пальцев Луи. — Аптечка лежит в ванной на первом этаже, — говорит он Луи, который, видимо, чувствует себя как дома, потому что тот сидит и смотрит телевизор, закинув ноги на журнальный столик. Луи встает и снимает пиджак, следуя за Гарри в ванную. Он садится на бортик ванной и скрещивает лодыжки, ожидая, когда Гарри начнет делать свою работу. Гарри достает из аптечки бутылку перекиси водорода, несколько пластырей и несколько ватных дисков. — Ты уже делал это раньше? — спрашивает Луи. — Когда я был помладше, я любил понянчиться с детьми. А уж они постоянно попадали в разного рода неприятности. — Гарри Стайлс, профессиональная няня. Гарри закатывает глаза и берет в руку правую руку Луи, обрабатывая ее водой. — Больно! — жалуется Луи. — Это просто вода, расслабься. — Это чертовски больно. Гарри выключает воду, вытирает кровь ватными дисками и выливает немного перекиси водорода на ладонь. Луи кричит и пытается вырваться, но Гарри крепко держит его за руку. После этого он кладет еще один ватный диск на раны и наматывает бинт поверх. Он делает то же самое с другой рукой, и после того, как он заканчивает, Луи ждет, когда Гарри почистит зубы. Гарри выключает свет и идет наверх в свою спальню. Он снимает футболку, джинсы и затем избавляется от обуви. Он кидает джинсы в корзину и поворачивается к Луи, который все еще полностью одет. — Так что ты собираешься делать? Останешься здесь или пойдешь домой? — Где я буду спать, если останусь? — Ты можешь спать здесь. Кровать достаточно большая для двух человек, — отвечает Гарри, смотря на двуспальную кровать. — Ты уверен? — Ну, мы не сможем делать что-то непристойное, потому что я чувствую себя слишком больным, так что... будь спокоен. Луи кивает, снимает обувь и исчезает в ванной. — Могу ли я использовать твою зубную щетку? — спрашивает он из другой комнаты, Гарри отвечает "да" и ложится в постель. Когда Луи выходит, единственный свет исходит от прикроватного светильника, он выключает его и ложится. Гарри поворачивается на левый бок, к нему лицом, и видит, что Луи тоже спит полуголым, его пальцы быстро что-то печатают, одновременно прокручивая какую-то страницу в телефоне. — Спасибо, — говорит ему Гарри. Луи отрывается и смотрит на него поверх телефона. — За что? — За то, что побил того парня за меня. Бог знает, что бы случилось, если бы ты не вмешался. — Ты уже поблагодарил меня. И я уверен, что кто-то другой сделал бы то же самое, — на мгновение становится тихо, прежде чем Луи продолжает. — В следующий раз будь более осторожен. И просто, чтобы такого больше не повторилось, пей только из бутылки. — Но они продают только пиво и газированные напитки в бутылках, — отвечает Гарри, морща нос. — Ты мог бы купить алкоголь в бутылке, как мы это делали сегодня вечером, а не заказывать его из бара. Гарри вздыхает и опускает одеяло до талии, потому что в комнате слишком тепло. Луи возвращает свое внимание к телефону, а через десять минут блокирует его и кладет на тумбочку. — Что будет, если твой папа завтра проверит твою комнату и найдет меня в твоей постели? Что он подумает? — улыбаясь, спрашивает Луи. Гарри может сказать по его интонации, что он издевается — он может узнать этот тон даже сквозь темноту. — Мой отец никогда не поднимается на второй этаж, его кабинет находится на первом, как и комната. Можешь не переживать на этот счет. Луи хмыкает и поворачивается на бок, смотря Гарри в глаза. Он легонько гладит подушечкой большого пальца его по щеке и затем прячет руки под подушку. — Должно быть, это приятно. — Что? — Иметь личное пространство. Когда я был моложе, я редко оставался один, я дрочил по пять минут три раза в неделю. Четыре, если мне повезет. Гарри фыркает, и Луи продолжает. — Девочки были всегда и везде, у меня не было ни минуты покоя. — Ну... я не люблю одиночество. — Почему нет? — Потому что иногда бывает очень... одиноко, — выдыхает Гарри и вдруг понимает, что это первый раз, когда он рассказывает кому-то о том, что действительно чувствует. — Что ты имеешь в виду? Зейн и домработница здесь все время. — Да, но... я не знаю. Я просто чувствую себя одиноким. Перед тем, как я переехал сюда из Чешира, у меня была сестра. — Как ее зовут? — Джемма. В прошлом году она поступила в универ. Луи улыбается. — Давай спать. Гарри кивает, вдруг чувствуя себя неудачником из-за того, что рассказал об этом Луи, наверное, тот просто его не поймет. Он поворачивается на спину и закрывает глаза, пытаясь заснуть. — Гарри? — Хм? — Просто... если тебе когда-нибудь понадобится с кем-то поговорить или составить компанию, помни, я рядом. — Спасибо. Хотя ответ Гарри кажется случайным, внутри он, на самом деле, напуган. Слова Луи заставляют его чувствовать что-то неведомое ему. Нет, он не влюбляется, это что-то другое. Слова Луи заставляют его чувствовать себя в безопасности в первый раз за много лет. И это действительно приятно. - Гарри просыпается, уткнувшись лицом в подушку, чувствуя холод от правой стороны кровати. — Луи? — кричит он, как только встает и осматривает комнату. Он забыл закрыть шторы вчера ночью, поэтому солнце ярко светит в комнату, буквально плавя все вокруг. Гарри встает с постели и идет в ванную, чтобы почистить зубы и что-нибудь надеть. Он спускается на кухню с двумя пустыми стаканами, чтобы поставить их в раковину. Он останавливается как вкопанный, когда достигает кухни, потому что его отец и Луи сидят за барной стойкой, пьют кофе и говорят Бог знает о чем. Сказать, что он в шоке, — это ничего не сказать. — Эм... Доброе утро? — говорит Гарри, ставя стаканы в раковину. — Доброе утро, Гарри, — отвечает отец, смотря на него. Луи ничего не говорит, но ободряюще ему улыбается. Гарри не может сказать наверняка, о чем думает его отец, но он знает, что получит выговор, как только Луи уйдет. — Кофе? — предлагает Стефани, заходя в кухню с подносом немытой посуды. — Эм, да, спасибо. Гарри садится на стул рядом с Луи, не зная, что делать или говорить дальше. — Так о чем вы говорили? — спрашивает он, пытаясь сказать это невинно, словно Луи Томлинсон не ночевал здесь. — Мы говорили о благотворительном вечере, который моя юридическая фирма будет проводить. Это будет бал для детей, больных раком, и я купил нам столик. Я собираюсь пригласить троих моих друзей, ты можешь пригласить пять человек или больше, если хочешь, — отвечает отец. — Луи и два моих клиента также купили стол, — добавляет он. — Я, наверное, приглашу Найла и Барб... и еще трех человек. Луи проверяет часы на своем телефоне и ставит свою кружку на мойку. — К сожалению, мне уже пора, было очень приятно с вами познакомиться, мистер Стайлс, — говорит Луи, слезая со стула и пожимая ему руку. Отец Гарри кивает и провожает Луи до двери, Гарри остается сидеть на месте, испытывая сильную тревогу. Отец возвращается и садится на свое место. — Так. Что делал Луи Томлинсон у нас дома в девять утра? Он ночевал здесь? — Папа, это не то, о чем ты думаешь... Его отец поднимает руку вверх. — Слушай. Мне плевать, что вы с ним делаете. Я не хочу, чтобы это зашло слишком далеко буквально. — Папа! — восклицает Гарри, почти роняя кружку. — Я говорю серьезно. Луи старше тебя на пять лет; он знает, что делает. Я не хочу, чтобы он воспользовался тобой. — Ладно, прежде всего, мне восемнадцать, так что я достаточно взрослый, чтобы принимать свои собственные решения. Также он не воспользуется мной, потому что ничего не произошло. Пока, во всяком случае. — Все, что я хочу, — это чтобы ты был осторожен. Также удостоверься, что ван Гал не знает о вас двоих. — Почему нет? — Просто он не должен знать, хорошо? Я надеюсь, что между вами нет ничего серьезного. Я знаю Луи, он не захочет, чтобы его игроки отвлекались во время Лиги. Гарри кивает. — Пап, остынь. — Я спокоен, — отвечает отец, покачивая чашку, надеясь, что кофе еще остался на дне. — Я просто переживаю. Пожалуйста, не разочаровывай меня, — он проверяет свои часы, а затем встает. — Сейчас мне нужно идти, у меня встреча с клиентом в одиннадцать в Стокпорте. Я вернусь чуть позже сегодня вечером. — Все в порядке. Я, наверное, останусь сегодня дома. — Ты всегда сидишь дома. Не забудь про благотворительный бал. — Ты никогда не говорил мне про него, когда он будет? — Завтра вечером, из-за этого игроки получают во вторник выходной. — Ох. Хорошо. — У тебя есть смокинг, который подойдет тебе или мне оставить деньги, чтобы ты пошел и купил новый? — У меня есть смокинг с выпускного, но я не уверен, что он подойдет для бала. Отец проверяет свой кошелек. — Я переведу тебе деньги на карту, сходи с кем-нибудь в Арндейл и купи новый, хорошо? — Хорошо. — Вот тебе немного денег для такси, — говорит он, вручая Гарри двадцать фунтов. — Спасибо, папа. Отец улыбается и затем идет наверх, чтобы переодеться. Гарри ждет, пока он уедет, поднимается к себе в комнату, переодевается в респектабельную одежду и вызывает такси. По пути он размышляет, должен ли рассказать Найлу и Барбаре о том, что произошло утром, но передумывает, так как Барбара, вероятно, все еще на работе в H&M. Он отправляет ей смс-сообщение. Гарри: Привет, ты работаешь сегодня? Барбара: с 11 до 17. Что случилось? Гарри: Надо купить смокинг на завтра. Объясню, когда приеду Барбара: хорошо, приезжай поскореее, я устаала уже, хотя даже еще не начала работать Гарри прибывает в Бертон в двенадцать, в половину первого он заходит в Н&М. Барбара стоит на кассе: она жует жевательную резинку и скучающим взглядом осматривает зал, так как магазин почти пуст из-за распродажи, которая идет в Topshop. Она целует его в обе щеки и приглашает присесть рядом с ней. — Так о чем ты хотел поговорить? — Ну, во-первых, ты и Найл должны завтра пойти со мной на благотворительный вечер в компании моего отца и его партнеров. — Ох, прекрасно. Я наконец-то смогу надеть платье, которое купила, но ни разу еще не носила, — говорит она, в основном, про себя. — И как ты думаешь, я узнал об этом? Она вопросительно приподнимает брови. — Мой отец сказал мне сегодня утром об этом. После того, как он рассказал Луи. Пока они пили кофе на нашей кухне. — Подожди, что? У тебя был секс с Луи, а затем он пил кофе с твоим папой? — смеясь, спрашивает она. — Барбара, умоляю. Прошлой ночью у нас ничего не было. У меня есть кое-какие принципы. Она фыркает. — Ага, принципы. У тебя нет ничего, даже самоуважения, когда речь заходит о Луи. — Э-э-эй. — Говоря о прошлой ночи, что случилось? Я была слишком пьяна и ничего не понимала. — Какой-то мужик из клуба подсыпал мне что-то в коктейль, Луи избил его, охранник вывел его из клуба, мы пришли ко мне домой, я обработал ему костяшки, и потом мы легли спать. — И вы ничего не делали, — утверждает она. Гарри качает головой. — Даже не потискались? — Не-а. — Я разочарована. — Почему ты разочарована? — Ну, Софи и я шипперим вас, ребята, — говорит она, улыбаясь. — Шипперишь, что? — Нам нравится, когда вы вместе, идиот. Ты, блять, сидишь на tumblr и понятия не имеешь, что значит "шипперить"? Гарри качает головой. — Я просто публикую фотографии в блог. — Господи. Так что сказал тебе отец? — Он сказал мне не заходить далеко с Луи. Буквально. — О мой Бог, — бормочет она. — Найл должен слышать это. — Расскажи ему, но убедись, что он придет завтра вечером. Мне еще нужно найти трех человек, как ты думаешь, кого я должен пригласить? — Софи, Лиама и Зейна? Наверное. Я отправлю им сообщения прямо сейчас. — Здорово, — говорит Гарри, вставая. — Мне нужно вернуться домой, чтобы принять ванну до прихода Зейна. — И подрочить на Луи, — добавляет она. — Ты, блять, худшая подруга в мире. — Но ты любишь меня. - Зейн курит на заднем дворе и читает книгу, когда Гарри заходит через ворота. Он соглашается приехать завтра на бал, Гарри благодарит его и идет наверх, чтобы принять долгую, заслуженную ванну. После этого он ложится в постель, чтобы наверстать упущенные серии Parks and Recreation, поскольку он не удосужился посмотреть их из-за его беспокойной школы и графика работы. Его отец приходит домой примерно в половине седьмого, они едят пиццу на ужин перед телевизором, что странно, потому что Гарри даже не может вспомнить, когда они в последний раз ужинали, как семья. Эрни входит в дом через заднюю дверь и ложится у него в ногах, проводя остаток вечера, наблюдая за боевиком. Это первый раз за несколько недель, возможно, даже месяцев, когда Гарри чувствует, что у него на самом деле есть отец. Приятно и одновременно странно. Но он не жалуется. - — Что наденешь сегодня? — спрашивает Луи утром в понедельник после тренировки. И это несправедливо, на самом деле, он точно издевается над ним — зачем он спрашивает об этом, если на нем только полотенце вокруг талии? — Хм... смокинг. — С двумя пуговицами? — Да, а что? — Я подумываю о том, чтобы надеть футболку вместо пиджака. Я их ненавижу. Луи садится на свою скамью и достает из шкафчика повседневную одежду. — Почему? Потому что он всегда слишком длинный в рукавах? — Ха-ха. — Ты тоже идешь сегодня на бал? — спрашивает Андер, возникая из ниоткуда с улыбкой на лице. — У моего отца юридическая фирма, так что да. — Оу, хорошо. — Почему это? — спрашивает Гарри, фокусируя свое внимание на нем вместо Луи. — Просто говорю, — отвечает он, пожимая плечами. — Увидимся там. Гарри кивает, и Андер, попрощавшись со всеми, уходит. — Что это было? — спрашивает Луи. — Я не знаю. — Он флиртовал с тобой, — дразнит он Гарри, вставая и стаскивая полотенце. Гарри отводит глаза в сторону. — Я не думаю, что он флиртовал со мной. — Он флиртовал, — продолжает повторять Луи, как пятилетний ребенок. Он быстро одевается, и Гарри всю дорогу до автомобиля мысленно продолжает спор, настаивая на том, что Андр Эррера, на самом деле, не флиртовал с ним. Луи открывает водительскую дверь. — Честно, Гарри. Ты иногда такой невнимательный. — Что ты имеешь в виду? Луи не отвечает, он садится в машину и ждет, пока Гарри сделает то же самое. Его отец звонит ему в три часа дня, говоря, что он пришлет за ним машину ровно в семь. Гарри посылает Барбаре и Найлу сообщения, говоря им, чтобы они были у него около пяти, если они хотят переодеться у него, или в половине седьмого, если они хотят поехать с ним. Гарри закрывает диалог и отрывает диалог whatsapp с Луи. Гарри: Привет, ты не мог бы дать мне номер Зейна? Луи: зачем? Гарри: я должен сказать ему, чтобы он пришел пораньше, чтобы мы могли все вместе поехать на благотворительный вечер Луи: (0161) 497 0682 Гарри: спасибо Луи: (просмотрено ✓) Гарри хмурится, думая, что бы ему такого смешного ответить Луи, но у него действительно нет времени на такие мелочи. Он должен принять душ, накормить Эрни, заплатить Стефани за день и начать готовиться, потому что Найл и Барбара будут в пять, а в шесть приедут Лиам и Софи вместе с Зейном. Гарри находится в своей комнате, надевая новую пару запонок, когда звенит дверной звонок, он спускается вниз по лестнице и открывает друзьям дверь. Найл и Барбара одеты небрежно, у каждого на плече рюкзак, поскольку они переночуют у него сегодня. — Я даже не знаю, с чего начать! — говорит Барбара, ставя свой рюкзак на кровать Гарри. — С волос? С макияжа? Аааа. — Я думаю, с волос, — говорит ей Гарри, доставая из шкафа смокинг. — Мой отец пришлет за нами машину в семь. — Если это будет лимузин, я в обморок упаду! Найл фыркает от слов девушки и начинает раздеваться. — Это похоже на выпускной. Мы опять втроем готовимся, и мне опять придется быть третьим лишним... — Ты не третий лишний. — Найл, пожалуйста, я был третьим лишним, даже когда вы двое еще не были вместе. — Это ненормально… Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя лишним. — Найл, успокойся. Я уже не чувствую себя лишним. Я привык к этому, — смеясь, отвечает Гарри, надевая пиджак. Он идеально подходит ему. Его отец будет гордиться им. Гарри надеется, что ему понравится его смокинг от Burton. Он думал купить смокинг от Ив Сен-Лорана или Burberry в тех магазинах, где его отец обычно покупает себе одежду, но ему было слишком лень идти в другие торговые центры. В шесть тридцать Найл и Гарри уже готовы, Барбара наносит последние штрихи макияжа, когда раздается звонок в дверь. Это Зейн, София и Лиам, все они одеты и готовы идти. Они все собираются на кухне, чтобы выпить по бокалу шампанского, так как Барбара все еще готовится, говоря об игре, которая была прошлой ночью и о том, что Лига стартует менее, чем через месяц. Через какое-то время Барбара появляется наверху, она одета в красное платье и выглядит невероятно красиво, как и София. Пару минут спустя подъезжает лимузин. — За нами приехали, — говорит Гарри, ставя пустой бокал в раковину. Отец действительно прислал за ними лимузин, и Найл — первый, кто буквально бросается к нему. — Это тот же самый автомобиль, который отвозил нас на выпускной, — говорит Гарри Барбаре, как только они усаживаются внутрь. — Это водитель моего отца. — Круто, наверное, иметь водителя, — вздыхает она, приглаживая платье. — Кое-кто получит автомобиль, когда пойдет в универ. — Ты действительно думаешь, что твой отец не купит тебе машину? — спрашивает Найл. — Я думаю, что он сжалится и все-таки купит. Гарри качает головой. — Нет. Он всегда верен своему слову. Если он сказал "нет", значит "нет". Найл качает головой, и Лиам не медля вытаскивает из холодильника шесть бокалов для шампанского и бутылку Louis Roederer. — Я не буду пить, пока мы не приедем, — говорит Гарри, отклоняя бокал. — Ты не хочешь пить Louis? Ха, — фыркает Найл, все остальные смеются. — Эй. Это не смешно. — Он и не шутит, Хаз, — добавляет Барбара, подмигивая Найлу. Все заканчивается тем, что Гарри все-таки всучивают в руки бокал шампанского. Он пьянеет довольно быстро, думая о том, что отец сказал ему вчера о Луи. Благотворительный бал проходит в здании, которое выглядит так, будто его перенесли из сказки. Все четко распланировано, красная ковровая дорожка постелена на тротуар к месту, где останавливаются машины. Несколько наемных фотографов стоят с каждой стороны дорожки, поскольку этот бал проходит каждый год, и на нем собирают деньги в различные благотворительные фонды, а самые богатые люди в Манчестера обычно всегда присутствуют здесь. (Гарри было скучно вчера вечером, таким образом он почитал в интернете о том, что сказал ему отец). Лимузин останавливается в начале красной ковровой дорожки, парень в черном костюме открывает дверь для них. Барбара и Найл выходят первыми, затем София, Лиам и Гарри с Зейном. — Я думаю, мы должны фотографироваться вместе, — шепчет Гарри Зейну, когда они идут по ковровой дорожке с улыбками на лицах. — Это не премия или что-то в этом роде с папарацци, — смеется Зейн. — Нам просто надо улыбаться и хорошо выглядеть. Они поворачиваются к одному из операторов и позируют для нескольких фотографий, после пятого щелчка они направляются внутрь. Женщина у двери держит в руках список, помечая имена, когда люди проходят внутрь. — Фамилия, — спрашивает она, когда они останавливаются возле нее. — Стайлс? — Столик на шесть персон? — Да, это мы. — Хорошо, желаю отлично провести время, — улыбается она, ставя галочку напротив фамилии и закрывая за ними дверь. Когда они заходят внутрь, то видят длинный коридор с единственной дверью в конце, исключением служит уборная. Они проходят через коридор и заходят в зал. Зал невероятно роскошный, стены и лестница сделаны из мрамора. Еще один лестничный пролет ведет к маленькому балкону, где группа людей играет живую музыку. Бар находится в углу и у сцены в глубине зала, чтобы каждый мог видеть, что будут продавать на аукционе (видимо, здесь будут продавать какие-то вещи, Гарри удивляется, почему мероприятие не назвали благотворительным аукционом). Они читают таблицу рассадки, которая стоит прямо возле двери. — Стайлс, столик номер один, — говорит Лиам, указывая на слова. — У ван Гала аж три столика, — говорит Найл. — Ну, насколько я знаю, с ним придет вся футбольная команда. Они находят их столик прямо у сцены, Гарри немного (больше похоже на "очень") удивлен, когда видит, как его отец шепчет что-то на ухо другой женщине. С ними еще одна пара, которую Гарри уже видел несколько раз. Мужчину зовут Брюс, он лучший друг его отца. Его отец отстраняется от женщины, когда замечает Гарри и его друзей, улыбается и идет навстречу другу. Гарри вспоминает, что женщину зовут Кэти, она работает бухгалтером в фирме Брюса. Гарри она не нравится: ее макияж, идеально белые зубы, узкое платье, в которое она одета, и то, как она смеется над словами его отца. Она выглядит великолепно, но несмотря на это, он все равно ее ненавидит, наверное, потому, что Кэти выглядит, как его мать. Черт, она реально так выглядит. Он решает, что лучший способ избавиться от этих мыслей — это пойти выпить бокал шампанского или что-нибудь еще, что содержит алкоголь. — Ты в порядке? — спрашивает его Найл, когда они подходят к бару. — Да, а что? — По тебе видно, что ты хочешь напиться. Что случилось? — Это допрос, Найл Джеймс Хоран? — качает головой Гарри, кладя локоть на стойку. — Мне водку с тоником, пожалуйста. — Боже, если ты заказываешь водку, то дерьмо становится серьезным. Гарри берет стакан и ждет, что Найл сделает то же самое. — Это потому, что твой отец стоит с той женщиной? — Может быть. Я просто чувствую себя неуютно. Я не привык видеть его ни с кем, кроме моей мамы. Найл кивает и одним глотком выпивает текилу Санрайз. — Не смотри влево, Луи и Эррера идут к нам. Гарри поворачивает голову и видит, как Луи и Андр действительно идут к ним с напитками в руке. — Гарольд, как странно видеть тебя в смокинге, — говорит Луи, останавливаясь перед ним. Глаза Гарри скользят по телу парня. Он одет в очень причудливый смокинг, графическую футболку, черные джинсы и черные Vans. Кто надевает Vans и джинсы на бал? Видимо, Луи Томлинсон... — Дресс-код, — отвечает ему Гарри, допивая водку. Луи хмурится, но ничего не говорит, потому что Андр начинает разговор с Гарри. Гарри даже не понимает, когда Луи уходит, потому что он очень сильно смеётся над одной из шуток Андра. Он пытается отыскать его, но у него не получается, так как кто-то выходит на сцену и говорит в микрофон, что аукцион можно начинать. Гости садятся, и человек на сцене начинает говорить про спонсоров и людей, которые участвовали в этом. Гарри зевает и пододвигает к себе два бокала шампанского. Он продолжает смотреть в сторону отца и Кэти, которые все еще перешептываются друг с другом чаще, чем позволено, — им настолько комфортно друг с другом, что Гарри еле сдерживает тошноту. Это отвратительно. — Следующий лот продается Джоном Эбби. Он предлагает провести выходные в его домике на пляже в Барселоне, все услуги включены. Стартовая цена — пятьсот фунтов. Отец Гарри поднимает руку. — Пятьсот. — Семьсот, — говорит кто-то. — Тысяча. — Тысяча сто. — Две тысячи. — Три тысячи. — Пять тысяч, — говорит отец Гарри. Гарри сидит на своем стуле. На кой хер его отцу нужна вилла на две ночи в Барселоне? Его отец отвечает на его вопрос, когда обнимает Кэти за плечи и целует в губы. С него хватит. Мало того, что его отец никогда не говорил о том, что у него есть девушка, так он еще имеет наглость целовать ее перед всеми. Гарри резко встает из-за стола, что создает много шума, все оборачиваются и смотрят на него, но ему все равно, он выбегает из зала, не говоря ни слова. Когда он достигает тротуара, там уже стоит такси. — Гарри? Он поворачивает голову и видит, как Луи бежит к нему. — Ты в порядке? — Нет. Я очень пьян сейчас, у меня нет настроения на разговоры по душам. — Почему у тебя нет настроения? — Мне нужно домой. Мой отец. Боже. Я просто чувствую, что мне нужно поспать. — Хочешь, поедем ко мне? Там тебе не придется сталкиваться с отцом сегодня вечером. Гарри кивает. — Конечно. Они садятся в такси и Луи говорит адрес, замечая, как Гарри выключает свой телефон, чтобы отключить звук входящих звонков от друзей и отца. — Зейн спросил меня, в порядке ли ты, я сказал, что ты ночуешь у меня. Гарри пожимает плечами и смотрит в окно. Это так странно, видеть отца с кем-то еще, он не думает, что когда-нибудь привыкнет к этому. Луи платит водителю, так как Гарри не брал денег, когда выходил из дома. — Хочешь что-нибудь поесть? — Нет, я просто хочу лечь и заснуть. Я чувствую, что скоро упаду в обморок. — Комната для гостей находится наверху. Гарри кивает и поднимается по лестнице, Луи остается внизу, чтобы запереть дверь и проверить дом, прежде чем идти спать. Когда он входит в комнату, то останавливается. — Я сказал гостевая комната, Гарри, я имел в виду не мою кровать, — смеется Луи, когда видит лежащего на спине парня. — Мне лень снимать одежду. — Ты хочешь, чтобы я помог? Гарри кивает. Луи вздыхает и подходит к кровати, начиная с обуви. Затем он стаскивает с Гарри штаны, снимает смокинг и рубашку. Гарри залезает под одеяло и обиженно смотрит на стену. — Хорошо, что не так? Почему ты решил уйти с бала? — Почему ты до сих пор еще одет? — спрашивает в ответ Гарри. — Не вопрос. Луи снимает смокинг и вешает его в в шкаф, там же он оставляет обувь и брюки. — Пойдет? — спрашивает он, становясь на колени рядом с Гарри, который поворачивается на живот и смотрит на него. — Это так странно — видеть моего отца с кем-то еще. — Был ли он счастлив? — Это неважно, это несправедливо. Луи вздыхает, встает и садится на кровать к Гарри, касаясь его левого бока.  — Это не имеет значения. Думаешь, мне было хорошо, когда мама привела в дом нового парня? Не было. Но он сделал ее счастливой, Хаз, и через какое-то время я привык к нему. — Да, но... я не знаю. Он мог хотя бы предупредить меня. — Ты прав. Но дай ему шанс объясниться, ладно? Гарри качает головой и поворачивается спиной к Луи. — Ты не понимаешь. Спокойной ночи. Луи знает, что Гарри пьян, поэтому он просто выключает свет и смотрит в потолок. Он смотрит в потолок пару минут, думая о том, почему он так беспокоится о Гарри, почему он чувствует необходимость защищать его. В конечном счете, он поворачивается в сторону Гарри, обнимает его за талию и утыкается носом в его волосы. Гарри, кажется, уже уснул, так как он не двигается. — Я пытаюсь понять, но ты не даешь мне шанса. И самое страшное, что он даже не уверен, что имеет в виду: проблему Гарри с его отцом или то, что Гарри заставляет его чувствовать.