Bring Your Body Baby (I Could Bring You Fame)

Гарри быстро дочитывает статью до конца, понимая, что это ни к чему хорошему не приведет. Слова и информация пролетают мимо него, так как он сосредотачивает свое внимание на том, что об этом скажут другие люди. — "Как утверждает источник, они смотрели друг друга долгое время и выглядели при этом очень влюбленными". Что за хрень! Что, блять, за источник? — восклицает Гарри, тыча журнал Найлу под нос. — Кто этот источник? — Ты ведь знаешь, что в основном они пишут дерьмо, верно? Это журналисты, брат. Таблоиды. Медиа. Гарри зарывается лицом в подушку, испуская громкий крик. — Это полный отстой. Интересно, что Луи скажет. Или ван Гал. Или мой папа. Дерьмо. Через какое-то время он переворачивается и просит Найла подняться в кабинет отца, чтобы забрать оттуда все журналы, кроме одного. Как только Найл выходит из комнаты, он тут же хватается за телефон. — Это катастрофа, — шепчет он, набирая наизусть заученные цифры. Спустя четыре гудка Луи берет трубку. — Ты знаешь, что сейчас утро? — сонно отвечает он после пятого гудка. — Вообще-то уже полдень. — Дерьмо, — стонет Луи, и Гарри слышит какую-то шорох. — Так в чем дело? Ты наконец-то решил пригласить меня на свидание? — Эм… нет. — Ох… неловко вышло. Так в чем же дело? — Тут такое дело… ты уже читал сегодняшние газеты? — Нет, а что там? — Кто-то сфотографировал нас, когда мы целовались в аэропорту вчера, и теперь это везде. Луи издает низкий стон. — Ну это объясняет, почему ван Гал звонил мне сегодня почти сто раз. — Перезвони ему. — Теперь я боюсь, — смеется Луи. — Все в порядке. Я позвоню ему, как только проснусь. Пришли мне фотографии из статьи в WhatsApp, хорошо? — Ладно. Луи кладет трубку, даже не попрощавшись, и Гарри пытается игнорировать узел в животе, когда делает фотографии статьи, отправляя их Луи в WhatsApp. Через десять минут Луи присылает ответ. Луи: так… Луи: я разговаривал с ван Галом Гарри: и? Луи: он хочет встретиться с нами в его офисе в 7 вечера Гарри: почему так поздно? Луи: он занят в течение дня Гарри: как он отреагировал? Луи: он был не слишком зол Луи: но он был серьезен Луи: подожди, я дочитаю статью до конца Через несколько минут Луи пишет снова. Луи: WTF? Луи: какой источник? WTF? Гарри: это то, что я и пытаюсь тебе сказать! Луи: можно я заберу тебя сегодня вечером? Гарри: конечно Гарри: :) Гарри проводит остаток дня, пытаясь придумать, что сказать отцу по этому поводу, если тот, конечно, спросит его об этом, и единственное решение, которое приходит ему на ум, — это просто притвориться, что ничего не случилось, просто все отрицать. Однако время разговора наступает раньше, чем он ожидал. Его отец заходит в гостиную, когда парень спускается вниз, чтобы обуться, так как Луи должен прибыть с минуты на минуту. — Куда ты идешь? — На собрание в учебный центр. — И о чем вы будете там говорить? — Без понятия, — отвечает Гарри, смотря вниз. — Может, об этом? — говорит отец, тыча журналом Mirror ему в лицо. — А что в нем? — невинно спрашивает Гарри, надевая олимпийку. — Я прочитал статью, Гарри. Что я тебе говорил о Луи Томлинсоне? — Послушай, пап. Эта статья — полное дерьмо. Не верь всему, что там пишут. — Так вы теперь встречаетесь? Гарри перемещает вес тела с одной ноги на другую и говорит: — Нет. — Тогда почему вы целовались? — Это просто дружеский поцелуй. Его отец, очевидно, имеет другое мнение на этот счет. — Друзья не целуются в аэропорту в губы. — Боже, папа. Между нами ничего не происходит, ясно? И даже если на этих фотографиях и я, то я уже достаточно взрослый, чтобы принимать свои собственные решения. — Он на пять лет старше тебя. — И что? Ты на четыре года старше мамы. — Да, но в те... — Я не хочу слышать о тех временах! Я знаю, что я делаю. — Вы занимались сексом? — вздыхая, спрашивает отец. — Папа! — Что? Я просто хочу убедиться, что ты, по крайней мере, знаешь, как предохраняться. — Ты думаешь, что я забеременею от него? Раздается гудок, и Гарри быстро застегивает олимпийку до конца, показывая тем самым, что разговор окончен. — Я должен идти. — Это он? Я должен поговорить... — Нет, не стоит, — быстро отвечает Гарри, шагая к двери, хватая со стола ключи и кошелек. Луи ждет его в своем Порше, музыка громкими басами звучит из полуоткрытого окна, пока он докуривает сигарету. Он снижает громкость, как только Гарри открывает дверь, залезая внутрь со счастливой улыбкой на губах. — Долго же ты шел. — Извини, просто мой папа решил прочитать мне лекцию о защите и все такое. — Значит, он видел статью, — фыркая, отвечает Луи. — Ты лучше спроси, кто ее еще не видел. — Я собираюсь твитнуть какую-нибудь гадость про этот журнал. Дай телефон. Гарри вводит код и открывает Twitter, наблюдая за тем, как тот быстро что-то печатает в открывшемся окошке. — Написал. Гарри обновляет страницу и смотрит выжидающе на Луи. «Я бы хотел начать день со слов «иди нахуй, The Mirror». — Ты серьезно? Так ты говоришь о том, что они написали неправду? — Нет. Я говорю этим, что вся статья не имеет смысла, чтобы они прекратили совать свой нос в частную жизнью граждан. Гарри кивает и забирает у Луи его телефон, воздерживаясь от проверки сообщений, чтобы узнать, с кем еще он общается. Также Гарри сдерживает порыв спросить его о том, боится ли он совершать каминг-аут, будет ли он стыдиться парня, если на самом деле решит раскрыться. Блять, ему страшно. Луи оставляет машину напротив учебного центра. Делая глубокий вдох, он решительно открывает дверь. Элеонор, как всегда, сидит за стойкой регистрации, и, когда они подходят ближе, она дарит им сострадательную улыбку, зная, зачем они здесь. Когда Гарри и Луи входят в кабинет, ван Гал сидит за столом с журналом в руках. — Привет, — говорит Луи, садясь подальше от него. Гарри садится напротив Луи, стараясь быть максимально профессиональным. — Вы оба знаете, почему вы здесь. — Да, — тихо отвечает Гарри. — Кто-нибудь может объяснить мне, что произошло? Вернее, что происходит? Вы встречаетесь? Как долго это продолжается? Луи смущенно смотрит вниз на свои руки, но Гарри не хочет быть тем, на кого выльет свой гнев тренер, поэтому он тоже ничего не говорит. В конце концов, Луи набирается смелости и отвечает за них обоих. — Ну… на самом деле мы являемся очень хорошими друзьями, просто иногда… мы целуемся, — мямлит он, не поднимая глаз. — Серьезно? Парни не отвечают. — Полагаю, вы еще не решили эту проблему, — говорит ван Гал, закрывая журнал. — Послушайте, мальчики. Я позвал вас сюда не для того, чтобы кричать на вас или указывать вам на то, что это неправильно. Нет, парни, то, что вы делаете, конфиденциально, это не мое дело, пока это не влияет на имидж команды. Я не гомофоб, я не имею ничего против этого. Луи, если ты хочешь, я могу назначить публичные интервью для тебя, чтобы выйти, или что-то, что позволит тебя чувствовать себя комфортно. Луи мычит в ответ, чувствуя себя неуютно под строгим взглядом тренера. — Я не… мне не нужно никакое интервью. Я сделаю это, когда придет время. — Так или иначе, в целях твоей продуктивности мы должны принять некоторые меры, — решительно говорит ван Гал. — Что вы имеете в виду? — спрашивает Гарри. — Я не хочу, чтобы Луи витал в облаках во время Лиги. Так что вы либо прекращаете все это, либо, Гарри, ты уволен. Слова тренера не задевают Гарри, как это должно быть. Единственная вещь, по поводу которой он волнуется, — это увидит ли он Луи во время Лиги, так как ему больше не разрешат присутствовать на тренировках. Какое оправдание он должен будет придумать, чтобы видеть Луи ежедневно? Хотя, зная себя, ему все равно не хватит смелости спросить парня об этом. Луи переводит свой взгляд на Гарри, вопросительно смотря ему в глаза. — Я бы хотел быть уволенным, — отвечает Гарри, смотря на ван Гала. Он не уверен, правильно ли поступает, но он надеется, что Луи примет его поступок за начало чего-то хорошего. Видимо, он делает правильный выбор, потому что глаза парня моментально загораются. — Тогда решено. Я попрошу Элеонор составить контракт, который ты сможешь подписать на следующей неделе после игры. Гарри кивает, тем самым показывая, что разговор закончен. — Итак, я рад, что мы так быстро нашли компромисс. Вы свободны. Луи, увидимся завтра. Ван Гал тепло прощается с Гарри, заставляя тем самым чувствовать себя неуютно, но тот ничего не говорит ему об этом. Луи предлагает подвезти его домой, так что после общей выкуренной сигареты они залезают в машину. — Ты нервничаешь? — спрашивает Гарри. — Ты о чем? — отвечает Луи, не отрывая глаз от дороги. — Я говорю про Лигу. — Нет, просто надеюсь, что ничего не испорчу. Десять минут спустя они останавливаются у дома Гарри. — Послушай, — начинает Луи, опуская сиденье. — Я сожалею насчет твоей работы. — Все в порядке. Я не так уж и много делал там. — Да, но… — И… я не знаю. Я думаю, то, что у нас… «есть мы», и это гораздо важнее, чем глупая работа на лето, не так ли? У Луи занимает пару минут, чтобы понять, на что намекает Гарри. — В смысле? Гарри медлит с ответом пару секунд. — В смысле ты и я. Я имею в виду, если ты хочешь этого. — Если я хочу чего? — Продолжать видеться друг с другом даже при том, что я больше не буду присутствовать на ваших тренировках. — Да, я хочу этого, — улыбаясь, отвечает Луи, наклоняясь вперед, чтобы поцеловать Гарри в губы. Сердце парня, словно безумный молоток, начинает стучать в груди, но он игнорирует это, выходя из машины и открывая ворота. - Гарри проводит ближайшие два дня в своей комнате, изводя себе нервы завтрашней первой официальной игрой «Манчестер Юнайтед». Он не видел Луи с тех пор, как тот высадил его в субботу возле дома, поскольку у футболиста были тренировки и пресс-конференции почти каждый день. Сейчас полдень вторника, а это значит, что менее чем через четыре часа стадион будет заполнен болельщиками со всех концов страны. У его отца есть два абонемента, но из-за того, что его в последний момент отправили за границу на неделю, он отдает свой билет Найлу. Барбара по-прежнему находится в Париже до пятницы, так что Гарри проводит почти все свое время с Найлом, разговаривая об их сексуальном опыте, девочках и футболистах. — Я не могу поверить, что у нас места буквально возле скамейки, это будет то еще зрелище! Как ты думаешь, нас впустят в их раздевалку? — Вряд ли, ван Гал очень строг в этом плане, — отвечает Гарри, пристально смотря в окно такси. Сейчас они едут пообедать, а сразу же после этого поедут на стадион, надеясь избежать толпы. Гарри бронирует им столик в Пикадилли, наверное, лучшей пиццерии во всей Англии. — Как отреагировал твой отец, когда узнал, что ты уволен? — Я честно рассказал ему, почему мне пришлось уволиться. Он ответил мне, что он по-прежнему не собирается покупать мне машину, и что мне надо накопить денег, чтобы купить ее. — Да уж, сочувствую тебе. — Когда тебе купят машину, я тактично намекну ему, что мне тоже нужна. — Вообще-то, это будет подарок на мой день рождения, — улыбаясь, отвечает Найл с полным ртом пиццы. — Не разговаривай с набитым ртом. — Господи, ты говоришь, как Барбара. — Я Барбара, но только без длинных волос и влагалища. И я определенно лучше нее в постели, — ухмыляясь, отвечает Гарри. — Я очень сомневаюсь на этот счет, — отвечает Найл, косясь на него. — Да ладно. Луи сказал мне, что я хорош в этом. — Нет, спасибо. Я бы не стал заниматься с тобой сексом, даже если мне заплатили бы. Ну, это, естественно, зависит от суммы, которую мне заплатят. — Ты не мой тип, друг, — смеясь, отвечает Гарри. — Что? Я твой тип. Если бы я был геем, ты бы точно позвал меня на свидание. — Нет, я бы не стал. У тебя нет задницы, а как ты знаешь, я люблю упругие попки. Ты выглядишь, как тощая курица с выпирающими коленками. — Вот и дружи с тобой, — обиженно вздыхает Найл. — А если серьезно, ты никогда не был влюблен в меня? Даже ни капельки? Гарри качает головой. — Мы знаем друг друга слишком долго, и я уже говорил тебе, что ты не в моем вкусе. — Да, потому что ты любишь парней постарше и посильнее. И у которых есть мясо на костях. — Видишь? Ты прекрасно знаешь меня, — шутит Гарри, на что Найл бросает кусок оливки ему в лицо. Она не попадает ему в нос, но зато прилетает в его волосы, отчего парни дружно начинают смеяться. Друзья заканчивают есть пиццу около пяти, и Гарри чувствует себя сегодня щедрым, поэтому предлагает заплатить за них обоих. — Я буду любить тебя вечно, — говорит ему Найл, когда они спускаются по лестнице в метро. — Это почему? — смеется Гарри. — Потому что ты заплатил за мою пиццу, которая… я даже не могу это объяснить. Я обязан тебе жизнью. — Найл, это просто еда. — Я люблю тебя. Гарри закатывает глаза, отчего Найл тут же гладит его по спине, приговаривая: — Я шучу. Если мы выиграем сегодня, я оплачиваю выпивку. Гарри соглашается, смотря на расписание, замечая, что нужный поезд придёт меньше, чем через минуту. — Ты рад? — Ты о чем? Вагон метро останавливается на несколько секунд, впуская внутрь толпу народа, одетую в футболки «Манчестер Юнайтед». — Я говорю об игре. Ты наконец-то увидишь своего парня, поддержишь его. Я точно уверен, что все сегодняшние голы Луи будет посвящать тебе! Он определенно заметит тебя, мы же будем сидеть очень близко к полю! — Он не мой бойфренд! — отвечает Гарри, смотря на группу девочек в красных футболках, которые в ответ смотрят на него довольно подозрительно. Он наклоняется и тихо шепчет Найлу на ухо: — Я думаю, что эти девочки узнали меня. — Хм… может, потому, что они болеют за команду, чей новый игрок целовался с тобой в общественных местах? — Ох, дерьмо. Ты прав. Наверное, они узнали меня. — Кому какое дело? — пожимает плечами Найл. — Ты прав. Даже притом, что до игры еще целый час, большинство людей уже стоят перед стадионом, ожидая возможности войти. — Какой-то дурдом, — жалуется Найл, показывая охраннику VIP-билет. Как только они садятся на свои места, официант ставит перед ними поднос с бесплатными напитками. Найл, как и всегда, в полном восторге. Они находят свои места пятнадцатью минутами позже, достаточно близко к середине поля, чтобы хорошо все видеть. — Это удивительно. Давай сделаем совместную фотку, чтобы все завидовали нам. — Ты выглядишь, как школьница, которая только что получила свой первый лифчик, — смеется Гарри. — Эй, ты должен быть против сексизма. Гарри качает головой и смотрит на камеру, копируя выражение лица Найла. — Я выложу это фото в Instagram. — Господи Боже. — Эй, по крайней мере, я не выкладываю фотографии моей еды с глупыми хэштегами. Вскоре Гарри получает уведомление о том, что его друг запостил что-то новое, и он просматривает его только потому, что начинает скучать. niallhoran: рады присутствовать на @manchesterunited с @harrystyles! #seasontickets https://36.media.tumblr.com/af746eae613bc46b89ed16be800e6086/tumblr_nxt8dvgE0M1st5q26o1_400.jpg — Интересно, что Луи делает прямо сейчас. Наверное, волнуется, — говорит Гарри, вздыхая. — Я знаю, что тебе поможет. Пойду возьму нам два пива и начос, и, когда я вернусь, ты должен прекратить мелодраматично вздыхать, иначе я ударю тебя в лицо. — Ладно. — И даже не думай воровать у меня начос, — говорит Найл, вставая. — Не буду. Найл поворачивается и удаляется в сторону палатки с едой. Он возвращается через полчаса, пропуская тот момент, когда команды выходят на поле, делая разминку. — Я купил кое-что для тебя, — радостно говорит Найл, вручая ему небольшой пакет, ставя два пива и начос на стол. — Что это? — Посмотри и узнаешь. Гарри открывает пакет и достает оттуда красиво сложенную красную футболку. Он разворачивает ее, смотрит на заднюю часть, где гигантскими жирными буквами написано «ТОМЛИНСОН». — Это мой подарок для тебя. Так ты можешь поддержать своего парня. — Он не… ох, ладно. Гарри одним движением снимает с себя свою футболку, быстро надевая подарок, стараясь не улыбаться, как идиот. Она приходится ему впору. — Напомни мне сфотографировать Луи, когда он выйдет на поле, — говорит Гарри Найлу, когда две команды выходят на поле, начиная пожимать руки. Весь стадион моментально начинает кричать и подбадривать команды. Найл улыбается и наклоняется к Гарри, шепча: — И на ком из нас теперь первый лифчик? — Это не имеет никакого смысла. — Да что ты! Ты просто сказал… — Тссс! Там Луи, — улыбаясь, говорит Гарри, показывая рукой на последнего игрока, выходящего на поле, одетого в белые шорты и обтягивающую красную футболку. Луи смотрит по сторонам, пока не встречается взглядом с Гарри, он счастливо ему улыбается, начиная прыгать на месте, разминая мышцы. Гарри собирает в кулак всю силу воли, чтобы не запищать, как девчонка, когда Луи поднимает вверх футболку, чтобы вытереть пот с лица. Так, ему точно нужна эта футболка, чтобы подрочить на нее позже. Подрочить? Боже, ему определенно нужна новая жизнь. Команды разминаются около пятнадцати минут и опять заходят внутрь только для того, чтобы выйти с детьми, держащими их за руки, слушая национальный гимн. Затем комментатор начинает по одному представлять игроков, и, возможно, Гарри это кажется, но, как только очередь доходит до Луи, весь стадион (по крайней мере, вся сторона Манчестер Юнайтед) начинает кричать громче всех, без устали скандируя фамилию любимого игрока. Луи в полном восторге смотрит на трибуны, начиная немного нервничать, отчего Гарри хочется его потискать и трахнуть на сырой земле одновременно. Он очень надеется, что он сделает это позже. Игра начинается через пять минут, и Гарри, к сожалению, не удается вдоволь налюбоваться Луи, так как тот, словно молния, начинает метаться по полю. Все начинают подбадривать его, болеть за него, дабы он забил гол, после которого официально сможет считаться игроком клуба Манчестер Юнайтед. Сердце Гарри падает куда-то в район пяток, когда звучит свисток, оповещая тем самым о перерыве, хотя счет все еще ноль-ноль, даже притом, что Луи атаковал ворота соперников шесть раз. — Если они победят, я обосрусь, — говорит Найл после того, как возвращается с очередной партией пива. — Если они проиграют, я тоже обосрусь, но в плохом смысле. — Как ты вообще можешь обосраться в хорошем смысле? — спрашивает Гарри, хватая пиво. — Ну, знаешь, есть такой вид дерьма… — Ладно, закончим этот разговор. Найл ржет, меняя тему, спрашивая у него совета, что купить Барбаре на их двухмесячный юбилей, который будет через две недели. — Вы дарите друг другу подарки каждый месяц? — Да. Это гарантия хороших отношений, не так ли? — Я думаю, что обычно дарят подарки на более важные даты. Найл закатывает глаза. — Ой, только не надо тут начинать нести весь этот романтической бред. Рассказывай это Луи или кому-то другому, кому это нравится. — Я не думаю, что ему это понравится. Он больше похож на тебя. А я скорее… на Барбару в наших отношениях. — Ну, если ты так говоришь, тогда он должен был трахнуть тебя в зад неделю назад. Гарри думает об этом пару секунд. — Он и трахнул меня неделю назад. — Неделю назад, неделю назад, — поет Найл, начиная громко смеяться.* Раздается свисток, и команды вновь появляются на поле, что означает конец перерыва. — Сколько ты готов поставить на то, что Луи будет вести счет? — спрашивает Найл. — Если он забьет, то точно будет вести сегодня ночью. — Когда ты успел стать таким пошлым? — спрашивает Найл. — Анальный секс меняет людей. Найл в приступе смеха запрокидывает голову назад, чуть не сбивая рукой пиво со стола. — Я дам тебе пятьдесят фунтов, если тебе удастся трахнуть его раньше, чем он трахнет тебя снова. — Я согласен, — отвечает Гарри, протягивая руку. Игра начинается, и через несколько голевых передач Руни забивает гол в ворота соперников, отчего половина стадиона начинает сходит с ума. Через десять минут игры игрок под номером семь из другой команды забивает ответный гол, и настроение Гарри тут же скатывается до нуля. Он не хочет пенальти, потому что видно, как игроки невероятно напряжены, поэтому он скрещивает пальцы и надеется, что кто-то из МЮ забьет еще один гребаный гол, или, может быть, другая команда случайно пнет мяч в свои ворота. Это происходит за минуту до конца игры. Кэррик пасует Луи, Луи пинает его Эррера, и, как только он достаточно близко подбегает к воротам, Эррера передает пас Луи, чтобы тот забил мяч в ворота. Мяч, словно пушечное ядро, летит прямо над головой вратаря в сетку, отчего половина стадиона кричит, как сумасшедшие. — Он, блять, сделал это! — кричит Найл, обнимая Гарри, начиная прыгать вокруг него как идиот. Луи подбегает к своей команде, и они все тут же кучей падают на него, хватая за волосы и хлопая руками по спине. Раздается очередной свисток судьи, оповещая всех о конце игры. Все невероятно рады и счастливы, и Гарри просто не может оторвать глаз от Луи. Они устанавливают зрительный контакт, и Гарри счастливо улыбается ему, демонстрируя свои ямочки, поднимая большой палец, а Луи, подмигивая, улыбается ему в ответ. Луи ловко перепрыгивает через один из небольших заборов и быстро поднимается по ступенькам, из-за чего Гарри тут же вскакивает со своего места, чтобы быть на одном уровне с ним. Младший парень даже не понимает, что происходит, потому что в следующий момент Луи целует его у всех на глазах. Найл начинает кричать, что не может в это поверить, начиная фотографировать их, но Гарри все равно, сейчас он может сосредоточить свое внимание только на губах Луи. Он не может поверить, что Луи целует его на публике. Когда Луи отстраняется, он улыбается ему самой счастливой улыбкой, которую Гарри никогда прежде не видел. Их поцелуй транслируют на большом экране, вместе со всеми ликующими вокруг них болельщиками, которые празднуют свою первую победу. Луи сквозь крики вокруг них говорит ему, чтобы они с Найлом пришли в их общую раздевалку, как только успокоится народ, Гарри счастливо кивает в ответ, на что Луи напоследок быстро целует его, возвращаясь обратно к своей команде. Когда команда исчезает внутри, Гарри может почувствовать, как множество пар глаз теперь смотрят на него, но он пытается держать спину прямо, следуя за Найлом к ближайшему выходу. Через пару минут блужданий они, в конце концов, находят раздевалку, перед которой стоят два охранника. — Эм… мы пришли к Луи Томлинсону, — говорит Гарри. — Я вижу это по вашим футболкам, но боюсь, что все здесь ради кого-то. Я не могу вас впустить, простите, парни. — Но вы можете… хотя бы просто позовите его сюда. Он знает, кто мы. — Боюсь, что я не могу сделать этого. Гарри закатывает глаза и достает из кармана телефон, оправляя Луи короткое смс-сообщение. Несколько секунд спустя Луи без футболки выходит за дверь, говоря охранникам, чтобы они впустили Гарри. — Они со мной. Гарри дарит одному из охранников невероятно милую улыбку, заходя внутрь и хлопая дверью позади себя. Найл сразу же бежит в сторону де Хеа, оставляя Гарри наедине с очень потным и в то же время очень привлекательным Луи. — Привет, — тихо говорит он, любуясь Луи. — Привет. — Эм… поздравляю с хорошей игрой. — У тебя красивая футболка. Гарри может чувствовать, как его щеки моментально наливаются румянцем. — Какой момент игры тебе больше всего понравился? — спрашивает Луи, спасая Гарри от неловкого ответа на замечание, которое он только что сделал. — Когда ты поцеловал меня в конце. Луи закатывает глаза. — Вообще-то я ожидал, что ты скажешь, что моя задница выглядит просто бесподобно в этих шортах. — Я не хочу быть слишком банальным, — отвечает Гарри, смотря по сторонам, пока не видит, как ван Гал беседует с интервьюером. — Что сказал ван Гал тебе насчет поцелуя? — Его на самом деле не заботит то, что происходит между нами, но он хочет назначить мне каминг-интервью. — Ты действительно хочешь сделать это? — Да, — улыбается Луи. — Я чувствую, что готов к этому. Интервью назначено на пятницу, сразу после нашей игры с «Aston Villa». — Правда? Я горжусь тобой. — Я должен благодарить тебя, на самом деле. Если бы не ты, я бы никогда этого не сделал. — Как к этому отнесётся твоя семья? — спрашивает смущенно Гарри. — Они всегда это знали, — фыркает Луи. Неожиданно телефон Гарри начинает жужжать в кармане. Это сообщение от Барбары, которая говорит, что она смотрела игру по телевизору и до сих пор находится в шоке от поцелуя. Гарри отвечает ей улыбающимся смайликом, возвращая свое внимание обратно к Луи. — Не мог бы ты сфотографировать меня в этой футболке? Хочу загрузить фото в мой Instagram. — Конечно. Хочешь похвастаться? — Ох, заткнись. Он поворачивается и вручает Луи свой телефон, ожидая щелчка фотоаппарата. — Ладно, я пойду в душ, подождешь меня? Гарри кивает и садится на одну из скамеек в ожидании. В скором времени к нему присоединяется Найл, рассказывая о вечеринке по случаю победы в доме де Хеа, заканчивая разговор вопросом: — Мы едем, да? — А нас пригласили? — Конечно! — радостно отвечает Найл. — Он просто сказал мне, чтобы я сказал тебе тоже. Она начинается в десять, потому что им не надо завтра на тренировку. — Отлично. Как раз успею принять душ и переодеться. Найл закатывает глаза, ничего не добавляя. Гарри хихикает и загружает фото в свой Instagram. harrystyles: большая игра @manchesterunited! так горжусь @louist91 :) https://41.media.tumblr.com/e7a06e2c78050d0c060359d6867bd380/tumblr_nxt8dvgE0M1st5q26o2_400.jpg Он получает сорок лайков менее чем за две минуты, что крайне необычно, но, опять же, с тех пор, как Луи начал фолловить его два месяца назад, на него подписались более десяти тысяч человек. Все они, в основном, являются поклонниками «Манчестер Юнайтед», некоторые пишут ему хорошие слова, а некоторые — ужасные вещи. Что сказать, такова жизнь. В любом случае, Гарри это сильно не беспокоит, потому что теперь очевидно, что Луи любит его. Найл и Гарри всё ещё в раздевалке, последний с горящими глазами встречает Луи из душа, с полотенцем, низко висящим на его талии. Он быстро вытирается и говорит им, что заберет их позже из дома Гарри, чтобы отвезти на вечеринку к де Хеа. Затем, прямо перед тем как выйти из раздевалки, он ловит Гарри за руку и говорит ему, чтобы тот взял с собой смазку. — Зачем? — тупо спрашивает Гарри. — Потому что я не хочу, чтобы мне было больно, когда ты будешь трахать меня. Гарри смотрит на него не моргая. — Теперь иди, ты же не хочешь попасть в пробку, — подмигивает ему Луи, закрывая дверь.