Отныне и во веки веков

Безумие. В его поблекшем взгляде, в искусственной улыбке. В каждом жесте и даже вздохе, этакая игра, где ты уже давно считаешься проигравшей. Санса корила себя за минутную слабость, за мгновение где она вновь позволила себе чувствовать. Что-то подсказывало ей об опасности, но разве мы думаем о плохом в минуты счастья? Конечно же нет, и волчица кружась в танце забыла обо всём. Взмах руки, их взгляды пересекаются, по телу прокатывается волна жара, затем резкого холода. В груди что-то заныло, а бабочки в животе взмахивают своими невидимыми крыльями настолько сильно, что голова начинает кружится, и в глазах появляется лёгкий огонёк желания. Рамси перехватывает девушку, не давая опомниться резко притягивает её спиной к своей груди, волчица облизывает губы и, подняв руки, подается в танце вперед, ближе. Бой проигран, и если бы девушка могла видеть взгляд его холодных глаз в ту секунду, то несомненно бы поняла, что находится в руках искусного игрока, но её ресницы были опущены, а бледное лицо приобрело легкий румянец вожделения. - Чего вы хотите? – она почувствовала его дыхание на своей коже, музыка плавно затихала, мир постепенно начал приобретать свои краски, будто возрождаясь из пустоты, что бы вновь окунуть девушку в круговорот времени и событий. - Не знаю, - и голос тонет в шуме голосов. - Твоя невеста очаровательна, я поднимаю этот кубок за ваших будущих детей! - Харальд Карстарк с шумом отодвигает стул и поднявшись из-за стола пристально глядит в потемневшие глаза Сансы Старк, она видит его напыщенное высокомерие и нескрываемую похоть, его грубые черты лица искривляются в подобие улыбки, и несколько глубоких морщин рассекают лоб и линию тонких губ. От омерзения и напыщенности волчицу передёргивает, она пытается вырваться, но сильные руки Болтонского бастарда не дают даже сдвинуться с места. И вновь ощущение, что ты лишь пешка, поблёкшая тень на этом празднике жизни, бывшая королева ещё раз делает попытку высвободиться, но всё безрезультатно, от его стальной хватки наверняка останутся следы на руках, но девушку это мало сейчас волновало. Она боялась, и вновь липкий страх медленно, стал растекаться по венам, проникая сквозь одежду, задевая истлевшую душу, вороша зыбкий пепел на останках души. – У неё острые зубки, не зря их дом носит герб волков, быть может такая и не по зубам нашему лорду? Волчица покорённая льв… - Заткнись!- Рамси делает несколько шагов вперёд, продолжая в буквальном смысле тащить испуганную девушку за собой, молнии в его глазах напоминают омут где пляшут тысячи чертей, и что-то подсказывает, что его ярость вновь обуяла остатки разума. Миранда с неподдельным восторгом наблюдала за возлюбленным прячась в тени нескольких колонн, ей хотелось видеть, как падёт та, что посмела посягнуть на её собственность. От таких мыслей ей стало даже дурно, узнай Рамси, что она считает его своим, и ей явно грозили бы розги, а быть может и кожаная плеть, но он же не узнает. И поэтому наказания за столь дерзкие мысли, не настигнет, а вот Сансу явно ожидало худшее. - Значит не по зубам? - секундное молчание. - Точно? Точно?! - Ууу, задел за живое? - мужчины сверлят друг друга долгим взглядом, хмель делает Харальда бесстрашным, а вот остальные гости начинают не на шутку опасаться и даже не за безумца, что решил подстрекнуть бывшего бастарда, а за свои собственные шкуры, в воздухе появилось тягучее напряжение, казалось, что к нему можно даже прикоснуться, ситуация полностью выходила из под контроля. Где-то послышался приглушённый стук, и все на секунду обратили внимание на молодого слугу, из его рук выпал глиняный кувшин, и под ногами нерасторопного юнца уже валялись несколько его частей. Хищная улыбка и грозный взгляд, вот что увидела Санса прежде, чем услышала его приглушённый крик, больше походивший на рык, и в зал уже вбежали несколько огромных псов, их глаза с маниакальным блеском про скользили по всем присутствующим, и останавливаясь на хозяине будто задали немой вопрос “кто?” - Взять! И псы срываются с места, Санса пытается остановить эту вакханалию, слёзы режут глаза, боль от его хватки становится невыносимой, от страха всё тело бьёт мелкая дрожь. Ужас всей картины смешивается с криками отчаянной женщины, откуда она взялась? Но, Санса ещё долго будет слышать её стоны, душераздирающую мольбу, и как она пытается протиснуться между стражниками, что сдерживают её около входа, а собаки, словно стервятники разрывают тело юнца, вгрызаясь белоснежными клыками в податливую плоть, пол залит багровой кровью, куски мяса свисают, как ошмётки, хочется закрыть уши руками, провалиться сквозь землю, лишь бы не слышать всего этого ада, но Болтон запрещает ей, он вновь разворачивает девушку спиной к себе, и шепчет, настолько приторным голосом, что хочется выть в полный голос от его напыщенности и цинизма. - Ты не пташка, а я не король, я не люблю когда мной манипулируют, выставишь меня на посмешище хотя бы раз, и на его месте мажешь оказаться и ты. Поняла меня? Голос пропал, ей хотелось ответить, но сил не было даже на обычный кивок головы, всё тело онемело и лишь жуткий крик до сих пор резал перепонки, а слёзы не прекращали стекать по бледным щекам. В чём она виновата, ведь всё так хорошо начиналось, но ведь с тобой не обычный человек, и ты давно не свободная волчица, ты пленница, игрушка, так научись быть покорной. - Поняла меня? - вопрос повторился, но более громко и настойчивей. - Я поняла, милорд,- почти что выплюнув каждое слово, Санса чувствует его губы на своих собственных, вкус его губ был таким знакомым, словно они целовались до. Объятия были обволакивающими, как расплавленный мед, словно специально Рамси кусает её, металлический привкус заполняет рот, он не закрывает глаза, ему нравится смотреть, как девушка превозмогая отвращение продолжает поцелуй. Сломанная, наивная, как она могла поверить, что сможет укротить зверя, что живёт в его сердце, он такой какой есть, ни больше не меньше. И что бы выжить, нужно подстраиваться под ситуацию, он прав, она больше не пташка, да и льва давно уже нет. Он оттолкнул её от себя настолько резко, что Санса с трудом удержалась сшибая рукой несколько приборов со стола, Рамси усмехнулся замечая страх на лицах его гостей. - Все встали! - он говорил с улыбкой, будто и не произошло ничего плохого, будто и не было окровавленного пола, этих псов с перепачканными мордами, и испуганной не на шутку невестой. - Я сказал встали! – и в этот раз нотки гнева смешались с яростью. Все зашуршали дорогими одеждами, отодвигая массивные стулья, их лица были напряжены, несколько лучников будто по немому приказу натянули тетиву в любой момент готовые спустить стрелы в любого на кого укажет хозяин. Дождавшись когда последний встанет из-за стола, Рамси с энтузиазмом поднял бокал и посмотрев исподлобья на всех собравшихся промолвил. - За этот прекрасный пир, и за мою не менее прекрасную невесту. За тебя.