Отныне и во веки веков

И стихли голоса, Маргери попыталась скрыть слёзы, но несколько хрупких капель всё же омыли её румяные щечки. Серсея, так же как и все, хранила молчание. Король привык получать, что желал, и никто в гавани не смог бы его ослушаться. Санса, прикрыв усталые веки, впервые захотела упасть к его ногам и молить о расторжении брака - она не хотела становиться супругой тирана, не желала быть его королевной. Уж лучше карлик, чем это чудовище. Джоффри притянул волчицу к себе и его мягкие губы подарили девчонке нежный, почти что невесомый поцелуй. От его действий Санса обомлела; на секунду все грани смылись, обиды ушли на второй план, и даже смерть отца не омрачила этот миг. - Ты моя, а я твой,- его голос был тихим, но настолько чарующим, что волчица не верила своим ушам. Неужели тиран может быть таким нежным? В голову закрались сомнения, сердце замерло, и будто воздух прекратил поступать в лёгкие Сансы, когда король подхватил новоиспеченную королеву на руки и не обращая внимания на возгласы огромной толпы, вновь прильнул к её манящим губам. - Мой король, позвольте поздравить вас, - Маргери сделала несколько шагов вперёд, и, натянув привычную улыбку, поклонилась перед королевской четой. - Я должен просить у вас прощения, милая леди, но некогда я дал слово, что Санса Старк будет принадлежать только мне. Я поклялся богами и не смог нарушить клятву, данную моему покойному отцу. Кем бы я стал, если бы с такой лёгкостью нарушил свои же собственные слова? Я король, а не юнец, а потому беспрекословно выполнять волю совета и десницы я не буду! И тот кто станет противостоять мне - будет наказан. Санса стояла ни живая, ни мёртвая в своём белоснежном платье, подол которого был расшит серебряной нитью и напоминал многочисленные снежинки, что мирно покоились на дорогой ткани. Постепенно в глазах начало темнеть и последнее, что увидела девушка, был встревоженный взгляд её ненавистного супруга. Мрак поглощает, он плавно окутывает её своей тенью; его объятия сладки и опасны, но настолько трепетны, что уже никогда не хочется возвращаться в опостылевшую реальность. - Ваша милость, - кто-то пытается выдернуть её из сладкого плена, и постепенно тьма отступает. В незнакомой спальне царит полумрак. Оглядываясь по сторонам расфокусированным взглядом, юная королева тяжело вздыхает, и заметив свою служанку, улыбается как-то по детски, совсем невинно, и думает, что весь этот кошмар ей просто напросто приснился. – Король на пиру в честь вашей свадьбы. Вы слишком сильно перенервничали и потеряли сознание. Джоффри распорядился отнести вас в ваши совместные покои… Теперь вы его, и я должна вас подготовить к приходу мужа. - Нет! - простонала Санса. - Я не ослышалась? - Шая, не обратив внимания, продолжила зажигать свечи, и как-то загадочно улыбалась. Она была счастлива, а вот Санса напротив, боялась того мига, когда останется наедине со своим мучителем. - Как скоро он придёт? - надтреснутым голосом поинтересовалась волчица. Встав с мягкой перины, она подошла к зеркалу, пытаясь разглядеть в отражении ту девочку с севера, какой она была раньше, но так и не смогла. Столица подкосила её, и теперь она такая же как и все - боится даже собственной тени. Санса даже не заметила, как распахнулись двери и как одним властным жестом король велел удалиться служанке. Облокотившись об дверной косяк, он мог наблюдать за её действиями: как подушечки её пальцев скользят по щеке и плавно перемещаются на тонкую шею, как вздымается её грудь и как дрожат ресницы от не пролитых слёз. Она была прекрасна, его северная волчица, теперь полностью во власти льва. Быстрые шаги заставили королеву вздрогнуть и обернуться. Он был красив и настолько же опасен; его мысли были под семью замками, и девушка не знала, чего ожидать от жестокого короля, и поэтому полностью отдала себя на волю богам. - Моя леди боится? Жар его дыхания опалил кожу Сансы, заставляя сердце шумно биться в груди. Он улыбался, и от этой улыбки стыла кровь в жилах; от одной только мысли, что он будет первым, что именно он будет иметь её, как последнюю шлюху, хотелось выть словно израненный волк или впиться ногтями в его шею и разодрать его плоть, окропив себя и его проклятой кровью. Но на деле Санса продолжала покорно смотреть на своего супруга и ожидать дальнейших действий с его стороны. Секунды переходили в долгие минуты, а Джоффри так и продолжал нагло разглядывать её тело своим безразличным взглядом, никак не проявляя к ней особого интереса. - Да,- и только после её кроткого ответа, король накрыл её губы своими и ворвался в ее рот, как в покоренную крепость. Не прерывая поцелуя, он потянул волчицу в сторону и, прижав её к каменной кладке, одним лёгким движением разорвал тонкую сорочку платья, оголяя упругую грудь. Лёгкий стон протеста так и не был услышан. Она его, и теперь король всецело мог владеть ею, издеваться над нею, она безмолвная кукла в руках своего палача. - Скажи мне, как давно ты ненавидишь меня? - его пальцы задрали подол платья до бёдер; не прерывая зрительного контакта, Джоффри упивался своей властью, терпеливо ожидая ответа. - Я вас люблю, мой король, - голос её дрожал, слёзы уже катились по щекам от стыда, но она продолжала смотреть в омут его красивых глаз. - Ложь! А лжецов нужно наказывать, милая пташка,- склонившись к её шее, Баратеон прикусил чувствительную кожу, его руки скользнули вниз. Санса хотела прикрыть глаза, но король запретил. - Смотри, я хочу что бы ты навсегда запомнила эту ночь и того, кто будет твоим первым и единственным. - Я…я… не хочу. Её слова будто повисли в раскалённом воздухе и хлёсткая пощёчина разрезала тишину. Джоффри прикоснулся к ушибленному месту, и легонько погладил, стирая подушечками пальцев новые слезинки супруги. - Кто тебя спрашивает, пташка? В этом мире защитника тебе не найти, и чем быстрее ты это поймёшь, тем легче будет твоя жизнь. Поцеловав супругу в губы, король сжал кулаки и поспешил покинуть покои, но уже на выходе, он обернулся и, сделав лёгкий поклон, продолжил. - Вы были прекрасны, но не забывайте, я милостив только сегодня. Сладких сновидений, моя волчица.