The Time s Come

      — Я убил Майкла Де-Санту…       Последние шесть часов Кэтрин Новаро, искушенная зеленым змием находилась в состоянии близкому к нирване. После долгого разговора у Лестера они вместе с Тревором и Франклином завалились в ближайший бар. По сути, осознание того, что за ее головой могут прийти, знатно портило девушке настроение. Блондинистый компьютерный гений, не задумываясь, предложил решение проблемы — ГРОХНУТЬ ВСЕХ К ЕБАНОЙ МАТЕРИ!       Тревору такой план пришелся более чем по душе. Да будь его воля, он бы сегодня же снял с Дэвина шкуру и положил ее дома перед камином. Но загвоздка была в другом: накрыть всех надо было одновременно и с одного удара. До того, как Уэстон поймет, что его предали. До того, как Стив Хейнс подключит ФРБ.       Поэтому у них было, как минимум, два дня, чтобы Лестер продумал все детали. И эту отсрочку они решили провести с пользой, а точнее, напиться в хлам и забыть обо всем. Первая часть плана, ну которая про напиться, была успешно выполнена. Тревор, несмотря на то, что еле держался на ногах, изъявил желание ехать в больницу. И как бы Фрэнк ни пытался его остановить — все было бесполезно. Прихватив с собой бутылку вискаря, и, с третьего раза попав ногой по педали газа, он уехал. Кэт успела только крикнуть, чтобы он сильно пациентов не спаивал.       И теперь, уткнувшись лицом в барную стойку, чернокожий гангстер изливал Кэтрин Новаро душу.       — Я убил Майкла Де-Санту…       — З…зачем? — девушка старалась бороться с туманом в голове. Но перед глазами все равно двоилось. Видимо, мешать пиво с водкой, как это делал Филипс, было не лучшей идеей.       — Знаешь… Ты таааакая красивая. Как ангел. Людям в больнице помогаешь, за дядюшкой своим ухаживаешь…       Кэт хотела было уточнить, что она просто хирург, но потом вспомнила, что говорить об этом не следует. А Франклин продолжал:       — Я не имею никакого права сидеть сейчас рядом с тобой. Я просто трусливый, завистливый ублюдок. Майкл никогда меня ни в чем не упрекал, всегда был рядом. А я, подлая скотина, взял и предал его. ПРЕДАЛ! — молодой человек, похоже, находился на грани нервного срыва. — Когда я понял, что он упадет, мне хотелось протянуть ему руку. Знаешь, как он на меня смотрел?! С таким осуждением! С таким пониманием происходящего. Лицемер — так Майкл назвал меня, прежде чем рухнул вниз. Лицемер. Блядь, как же он был прав. Меня тошнит от самого себя. Особенно, когда я смотрю на Филипса. Я всегда считал, что в нашей троице именно он самый опасный, непредсказуемый и безумный тип, который может пришить любого из нас. А вот как оно получилось. Оказалось, что это я дерьмо и предатель, а на Тревора в пору крылышки нацепить да ангельский нимб.       Кэтрин кожей ощущала абсурдность ситуации. Девушка понятия не имела, что же ей надо сказать, чтобы парень успокоился. Было видно, что Фрэнк долго держал это в себе и теперь прервать поток слов не представлялось возможным. Поэтому блондинка решила помолчать.       — Вот скажи мне, Кейти, почему Филипс меня не убил? Почему? Чего он ждет? — Клинтон выглядел таким растерянным, таким беспомощным, что плюнув на все правила приличия, Новаро подалась немного вперед и заткнула губы парня нежным поцелуем.       — Франклин, я просто уверена, что все устаканится, — девушка старалась не заржать, глядя на опешившего от такого поворота событий молодого человека. — Уверена, что Майкл не держит на тебя зла. А с Филипсом я сама разберусь! И вообще, если в течение пяти минут такси будет ждать нас у входа в бар, я поцелую тебя еще раз.       В тот день Амиль Готи, проработавший в службе такси больше десяти лет смог купить себе яхту на чаевые от странного пассажира и его прелестной спутницы.

***

      — Филипс, мать твою, ты что топаешь как слон? — Майкл Таунли нехотя открыл глаза. — Ты хоть знаешь, сколько времени?       — Мм… Без двенадцати пятнадцать… Тьфу ты блин, без пятнадцати двенадцать.       От мужчины исходил такой алкогольный дух, что брюнет невольно поморщился.       — Сколько ты выжрал? Цистерну? Две?       — Не, ну что ты так –то! Я и тебе принес! — жестом фокусника метамфетаминщик достал из рукава бутылку виски. — Вуаля! Дамы и господа, этот трюк стал возможен только с позволения вашего лечащего врача!       Майкл хмыкнул: Ти всегда знал, чем его задобрить.       — А пить мы как будем, придурочный маг-чародей? Из горла?       — Нет! — пошатываясь, он направился к застекленному шкафчику, стоящему в углу палаты и, поковырявшись там с полминуты, выудил две округлые стеклянные колбочки с плоским дном. Майкл, глядя на это, предпочел воздержаться от комментариев.       С тихим бульканьем разлилась янтарная жидкость внутри странной посуды, звякнуло стекло и с каждым глотком брюнет чувствовал, как волнами расходится тепло, накрывая с головой. Пока Майкл наслаждался почти забытым вкусом дорогой выпивки, Ти в красках пересказал ему все, что произошло у Лестера. Потом Филипс плавно перешел на рассказ о том, какими телячьими глазами Франклин смотрит на «госпожу доктора», о том, как однажды застал драку Кэт и бывшей девушки перепуганного нигера. И брюнет не смог сдержать улыбки. Впервые за долгое время ему было невероятно спокойно.       — Слушай, Филипс, у меня есть просьба.       — Я весь во внимании, мой драгоценный пухличек.       — Я могу грохнуть Дэвина сам?       Тревор подскочил на кровати, чуть не расплескав остатки виски.       — Блин, это я хотел тебе предложить! — он в шутку надул губы и насупился, будто передразнивая Аманду. — Вот всегда ты мне кайф обламываешь!       Мужчина ткнул собеседника в бок, за что получил подушкой по лицу. Вдруг Ти стал серьезным и внимательно посмотрел в глаза своему бывшему напарнику.       — Послушай, Майки… Я знаешь, о чем подумал… Может, нам не стоит убивать Франклина.       — Почему? Он ведь…       — Таунли, я лучше кого-либо понимаю, что он сделал. И я, поверь мне, сам еле сдерживался, чтобы не позавтракать его печенью. Но сейчас, я не знаю… Никогда не видел Кэт такой заинтересованной в чем-то, кроме своей работы. Думаю, Люся сможет придумать какую-нибудь страшную месть, в которую не будет входить труп Клинтона. Согласен?       Майкл прекрасно видел, что Ти ожидает от него любой реакции, кроме…       — Лаааадно! Я ж добрый пацифист! А ты вот, несчастная марка бытовой техники, размяк!       — И ничего я не размяк! — теперь Филипс швырнул в подушку в Майкла.       Мужчины дурачились, словно подростки до тех пор, пока в палату не зашла медсестра и не пригрозила, что расскажет обо всем доктору Новаро. После этого Тревор откинулся на кровать, заложив руки под голову.       — Слушай, Таунли, я вот что подумал. Франклину ведь заказали не только тебя, но и меня тоже. А если бы он предложил тебе грохнуть меня, ты бы согласился? — мужчина зевнул так, что у него хрустнула челюсть. — А хотя, ладно, не отвечай. Дурацкий вопрос!       Мгновение и гроза всего Песчаного Берега сопел, уткнувшись лицом в больничное покрывало. Он не видел лица своего бывшего напарника. Хотя, может, оно и к лучшему.       Майкл Де-Санта сидел на краю больничной койки, тупо уставившись в стену. Этот вопрос, на который Филипс не стал требовать ответа шпилькой вонзился прямо в сердце. И ведь действительно, предложи ему Франклин убить своего лучшего друга, что бы он ответил? А в прочем нет, ужас заключался именно в том, что брюнет прекрасно осознавал, как именно бы поступил. И от этого становилось так гадко на душе. В голове крутилось одно воспоминание о том, как трезвонил мобильник, пока он медленно умирал, распластанный на земле. В тот момент у него мелькнула мысль, что кто-то на другом конце провода очень беспокоится за него. Тогда брюнет и представить себе не мог, что Филипс уже ищет его. Что даже старуха с косой не выдержит его твердолобости и выпустит из костлявых пальцев хренового мужа, пьющего продюсера, труса и предателя по имени Майкл Де-Санта. А он бы, не раздумывая, убил бы его. Убил в надежде избавиться от чувства вины и страха.       Ночные часы пролетали незаметно, словно шелестящие осенние листья за окном в Северном Янктоне. Брюнет долго не мог уснуть, медленно допивая остатки крепкого алкоголя. А когда Морфей все же забрал мужчину в свои объятия, ему приснился бензин, огонь и крик, от которого он подскочил на кровати.       — Филипс, не ори! — Кэт мрачно усмехалась. — Это маленький профилактический укольчик!       — Ни хуя себе маленький! Я теперь зада не чувствую!       — И вам всем доброе утро, — Майкл глубоко вздохнул и откинулся на подушку.

***

      Все случилось очень быстро. Слишком внезапно по мнению Тревора и, стало быть, абсолютно неебически неожиданно по версии всех остальных. Через пару часов после того, как Кэт, закончив осмотр пациентов, надавав по кумполу Тревору за спаивание еще не совсем здорового Таунли, и, устав бороться с похмельем, уехала домой, раздался звонок.       — Мисс Новаро, вы решили, что моя задница недостаточно страдала и теперь хотите назначить мне еще курс витаминок? — Филипс валялся на больничной койке и откровенно маялся бездельем.       — Т…Тревор… Кто-то стрелял в нас! Франклин ранен! Мне страшно! И аптечка осталась наверху.       Мужчина вскочил на ноги, на ходу скидывая с себя больничное одеяние.       — Кэт, где вы сидите?       — В гардеробе… Тут нет окон и Франклин сказал, что так безопаснее. – Она, кажется, плакала.       — Правильно. Там и оставайтесь… Слушай, а твой черномазый ухажер еще в сознании?       — Да.       — Дай-ка ему трубку.       На заднем фоне послышалась возня.       — Тревор, это я, — голос у Фрэнка звучал глухо, будто через слой звукоизолятора. — На улице снайпер. Стрелял с вертолета. Будь осторожен.       — Думаешь, он не ушел?       — Скорее всего, нет. Пасет нас… Думаю, Дэвин пришлет сюда людей.       — Еду, — Тревор отключился, не став дожидаться ответа. Времени оставалось крайне мало. Дэвин, этот сукин сын оказался еще более ушлым придурком. Лестер ванговал, что подобное произойдет, но, как минимум, через пару дней. Ошибся, Нострадамус хренов.

***

      Его голова покоилась на девичьих коленках. Теплые пальчики перебирали волосы. И этот момент мог бы стать самым приятным в его жизни, если бы не кровоточащая дырка под правой ключицей.       Что-то теплое капнуло ему на лицо. Кэт зажимала рану его футболкой, надеясь остановить кровь. Она плакала. Совершенно беззвучно, лишь слегка вздрагивали плечи и слезы, скатываясь вниз, оказывались на его щеке.       Единственное, о чем только мог думать Франклин Клинтон — это о том, что если бы не Чоп, так своевременно стащивший ключи от машины, Кэтрин лежала бы сейчас на кухне в луже собственной крови вперемешку с кофе из чашки, которую она несла ему в гараж. И это пугало. Как, собственно, и то, что все оружие осталось наверху. В гостиной. Что если Тревор не успеет, то Кэтрин Новаро все-таки погибнет.       Забавно: впервые в жизни он так влюбился. Вспомнилась их первая встреча. Вспомнилась та, почти неприступная блондинка в очках. Она была прекрасна и холодна. Какие же мы парни придурки. Частенько мы выбираем партнершу по ее внешним данным. Вот отличные ноги, сиськи, задница и так далее. А в голове только одна мысль: "Достойна ли эта «самка» находиться рядом с несравненным мной?", "Не будет ли от нее хлопот?", "А хороша ли она в постели?". И, чего греха таить, он сам не далеко ушел от подобных мыслей.       Правда сейчас, в голове зрело страшное понимание того, что он больше не мог помыслить себе и дня без девушки, что могла усмирить Тревора Филипса, переспорить Лестера и смело броситься в самое пекло, чтобы спасти друзей. Без той, которая и заплаканной выглядела краше всех моделей мира. Хотелось верить в то, что у него еще будет время, сказать ей об этом.       А тем временем под ударом чего-то очень тяжелого вылетела входная дверь.

***

      Прошло сорок минут.       Джип остался около больницы. Сейчас Тревор крепко сжимал в руках руль ревущей спортивной машины, чей хозяин валялся на обочине пустынной дороги. Время. Время бежало вперед, нещадно отсчитывая мгновения до того момента, когда люди Дэвина доберутся до Кэт.       И какого члена, спросите вы, мистер Филипс так ягодицы рвал, чтобы спасти своего личного хирурга? Проблема была в том, что при всем обширном наборе отвратительных качеств на предательство мужчина был просто не способен. Совесть, если это, конечно, была она, а не очередной мутировавший таракан, сверлом врезалась в мозг, визжа, что друзей бросать нельзя! Нельзя и все тут!       А то, что Кэт входила в тот короткий список людей, которых Тревор мог назвать своими друзьями, не вызывало сомнений. Ведь недаром он прощал ей занудство, попытки заставить его питаться нормально и длинные, многочасовые морали на тему «Почему я так одинок или Мертвый друг- бесполезный друг», а так же «1000 способов не орать». Пока метамфетаминщик предавался подобным мыслям, пейзаж поменялся. Уютные особнячки миллионеров сменились блестящими коробками небоскребов. Достаточно было поднять голову вверх, чтобы понять — сладкая парочка в полной жопе. Вертолет, зависший за пару кварталов от дома представлял собой идеальную снайперскую позицию. Под ним, словно псы, готовые сорваться с цепи стояли черные тонированные внедорожники.       Тревор притормозил у обочины и хищно облизнулся. Крыша машины с тихим шорохом отъехала и мужчина ласково погладил любимый «Баркас». Было видно, что наемники не ожидают нападения с тыла. Все их внимание было приковано к окнам дома Франклина.       Выстрел.       Снаряд безошибочно нашел свою цель, утонувшую в огненном облаке. Обломки расшвыряло по периметру, не пощадив и джипы. Не меняя заряд, мужчина вжал педаль газа и рванул к объездной. Он боялся не успеть.

***

      — Кэтрин… Кэтти… Возьми, — Франклин чувствовал, что еще немного и он потеряет сознание.       В дрожащую ладонь девушки лег пистолет.       — Я не знаю… Я…       — Слушай, я не хочу тебя терять, — топот тяжелых сапог слышался на верху. — Ты не должна погибнуть. Сам я стрелять не могу. Целься в голову! Чтоб наверняка…       Девушка кивнула и сжала в похолодевших пальцах смертельную игрушку, слушая, как наверху что-то со звоном разбилось.

***

      Тревор не церемонился. По факту с имеющимся арсеналом он мог спокойно захватить какую-нибудь маленькую страну. Кроме того, был у мужчины один маленький секрет. Стоило ему разозлиться, как туман застилал глаза и он совершенно переставал чувствовать боль, превращая противников в кучи фарша, нашпигованные свинцом. К тому же, раны в этот момент на нем затягивались почти мгновенно.       Вот и сейчас, наемники Дэвина старались скрыть панику, недоумевая: кто вообще способен на такое? Кто способен перебить кучу элитных бойцов и остаться в живых? Что за демон выкашивал их смертоносным дождем?       И каждый из этих тренированных, бесстрашных парней испытывал дикий, леденящий душу ужас, встречаясь взглядом с мужчиной в окровавленной рубашке. Встречался взглядом и тот забирал его душу.       Все кончилось быстро. Тревор стоял посреди разгромленной гостиной, ноги оставляли бардовые следы на ковре. Где-то рядом хрипел, захлебываясь кровью, еще живой наемник. Пуля в лоб избавила его от мучений.       Выстрел, оглушительный в наступившей тишине раздался с нижнего этажа. Мужчина бросился к лестнице, чуть не поскользнувшись на алой лужице. Он рванул на себя дверь, из-за которой доносился надрывный женский вой.       Кэтрин раскачивалась из стороны в сторону, издавая странный, холодящий кровь звук. Около ее коленей валялся пистолет, а на полу, нелепо раскинув руки, лежал мужчина, вместо лица которого зияла страшная багровая дыра.       — Кэт! Вставай! — Филипс, обойдя труп, попытался поднять девушку. Но она снова рухнула на пол.- ТВОЮ МАТЬ! КЭТ! ОНИ ВЕРНУТСЯ!       Но блондинка его не слышала. Она остекленевшими глазами смотрела на мертвого мужчину без лица. Не выдержав, мужчина отвесил ей пару оплеух. После этого, промямлив что-то невнятное, она поднялась на ноги. Закинув на спину раненого Франклина, который к тому времени был без сознания, мужчина вышел из разгромленного дома. Вытолкнув мертвеца из-за руля, Филипс устроил Кэтрин и Фрэнка на заднее сидение, не забыв всучить ей аптечку, которую он прихватил из больницы и, надеясь что знакомые действия помогут девушке быстрее отойти от шока.       Машина уносила их в сторону дома Лестера. Тревор понимал, что ждать нельзя и надеялся лишь на то, что Люся умеет придумывать планы в экстренных ситуациях.