Роза Хэзевей

Я прошу вас, читатели, комментировать - что нравится, что не нравится. Я не привыкла работать в пустоту!:) Но вот где ее искать? Да, у него были связи во многих городах, но он был не уверен, что кто-нибудь мог ее уже заметить. И все же. Попробовать стоит. Да, позвонит, как только закончится допрос, заберет документы, вещи и покинет Академию, перед этим обзвонив знакомых. Какой довод он приведет Кировой? Нужно? Захотел? Едет к семье в Россию? Да что угодно! Это его дело. Личное. По крайней мере, он совершеннолетний, маме звонить не станут. В своих размышлениях Дмитрий не заметил, как дошел до нужного номера. Постучав два раза, он стал ждать. Дверь открыл Адриан через несколько секунд. Заметив на своем пороге Беликова, Ивашков усмехнулся, опираясь на дверной косяк, сложив руки на груди.       -Чем обязан?       -Принцесса Драгомир здесь? – холодно поинтересовался Дмитрий, взглядом обшаривая спальню.       Не успел ответить морой, как за его спиной показалась Лисса с красными, опухшими глазами и бледным лицом.       -Дмитрий? Что ты тут делаешь? – устало, дрожа всем телом, спросила моройка. – Адриан, пусть он войдет.       Тот нехотя кивнул и отступил вглубь комнаты. Беликов вошел, закрыл дверь. В это время девушка устало опустилась на измятую постель, обняв себя за плечи, непрерывно наблюдая за стражем.       -Принцесса, я обязан проводить вас в кабинет директрисы. Там состоится допрос выживших.       -Она еще слаба,- вмешался Адриан, кинув взгляд на свою подопечную, которая смотрела куда-то в пустоту, раскачиваясь туда-сюда, как сумасшедшая, шепча под нос одно и то же словосочетание, которое никто не мог разобрать.       -Понимаю, но она должна там присутствовать.       -Думаю, все обойдутся и без ее участия,- подойдя к ней и присев рядом, проговорил мужчина.       -Роза…ты была так добра…так добра…ко мне…Роза...моя дорогая Роза…– еле прошептала Лисса, смотря в пол, на свои ноги, так и не перестав раскачиваться.       От этих слов Дмитрий так и застыл. Сумасшедшие люди делятся на две категории: безобидные и опасные. Лисса выглядела слабой, беззащитной, но тронь ее и она оторвет тебе голову, вполне возможно, что и кровь испьет. Да, недаром говорят: «С кем поведешься от того и наберешься». Две подруги с переплетенными судьбами, но вот у одной она обрывается, жизненная нить летит вниз, осыпается в воздухе, стружка легким касанием падает на землю. Удар. Ее больше нет. Другая душа, чья нить держалась на плаву благодаря первой, наблюдала за падением подруги. Нежелание бороться, пытаться выжить без чьей-либо помощи душит, соблазняет, и вот чужая судьба следует за своей подругой, набирая скорость при полете, расправляя крылья как порочный ангел, который сбежал с небес к грешнику ради любви. Хруст. Будто ножницы пополам, – сломалась волшебная нить, и теперь она как верный слуга покоится у ног своей госпожи, которая не сдалась, а проиграла противнику.       Разные. Такие разные. Но подруги. Без Розы Лисса ничто, прах, она не выживет, сдастся. Все это время Роза была для нее как жизнь, путеводитель. Она – что-то вроде воздуха. И теперь, когда кислород перекрыли, остался азот, а вместе с ним смерть, что очень характерно в данный момент для принцессы. Таша не сможет ничего сделать, в какой-то день она обнаружит Драгомир мертвой или свихнувшейся. Господи, что же делать? Что может человек, у которого свои собственные проблемы? Нет, не так нужно задать вопрос. Что нужно предпринять для спасения полусумасшедшей моройки? А главное, как избавить ее от воздействия духа? Кто согласится стать «поцелованным тьмой», чтобы есть всю гниль, которая находится в Лиссе? Заплатить ему? Господи, что за бред. Какая чушь. «Беликов, пора в отпуск.» – единственный ответ, который пришел на все эти вопросы.       -Что ты такое говоришь? – поглаживая по плечу Лиссу, спросил Адриан, таким образом выводя Дмитрия из размышлений.       Лисса подняла голову, улыбка озарила ее лицо, отчего мужчины нахмурились, а Дмитрий напрягся.       -Ничего…это неважно…все хорошо…все хорошо… – глухо, медленно, как будто уверяя других в своих словах, проговорила она. Адриан крепче прижал к себе девушку, обратив взгляд на Беликова.       -Я же тебе сказал, она слаба и не может там появиться.       -Где? Где я должна появиться? – переспросила Лисса, снова подняв голову, казалось, вступительной речи Дмитрия она даже не заметила.       -Директриса хочет, чтобы вы, принцесса, присутствовали на допросе пострадавших,- ответил страж.       Адриан фыркнул, налил себе виски, бутылка которого оказалась под кроватью и разом выпил. Жестом предлагая то же самое и Лиссе, на что та грустно улыбнулась и покачала головой.       Опираясь рукой о плечо мороя, Василиса, пошатываясь, поднялась, но тут же споткнулась и полетела бы вниз, если бы Дмитрий вовремя не среагировал и не подхватил ее. В нос ударил запах спиртного, перемешанный с шоколадом. Ивашков читает его мысли. Молодец, королевский отпрыск, теперь Драгомир окончательно невменяема. Обнадеживало лишь то, что учуять запах можно было на интимном расстоянии, нос к носу, к чему надеялся Дмитрий, никто не прибегнет за этот день. Увидев, что дампир обнюхивает ее, Лисса виновато улыбнулась, губы были опухшими, красными.        «Оказал первую помощь…Морой…» – пролетела мысль в его голове.       Дышала Василиса прерывисто и тяжело, она попыталась встать, предварительно повиснув на руке дампира.       -Кузина, тебя проводить? – опустошив второй стакан и закусив куском лимона, поинтересовался Адриан, так же поднявшись.       -Нет, не надо, я с Дмитрием. И…спасибо тебе, за все,- Лисса попыталась улыбнуться, но вместо этого получилась гримаса боли и тоски.       -Мы же друзья. – в ответ моройка кивнула и дала увести себя Дмитрию, который топтался от нетерпения и беспокойства.       Выйдя из номера, они пошли к лифту, точнее ползли. Лисса еле шла, все время, спотыкаясь и водя руками по стенам, как для поддержки. Спустившись по лифту, Дмитрий окончательно убедился, что принцесса не дойдет без падений или ссадин. Поэтому, быстро развернувшись, отчего ни в чем неповинная девушка врезалась лбом ему в грудь и тихо ахнув, он без каких-либо вопросов взял ее на руки и понес к штабу стражей, где, собственно, и находился кабинет директора, перед этим удостоверившись, что никого нет, чтобы не скомпрометировать моройку. Дошли они быстро. По лестнице Лисса поднималась сама, понимая, что кругом свидетели и об ее выходках никто не должен знать. По дороге она попросила у Дмитрия прощения, заливаясь краской стыда за свое с ним поведение, сказав при этом, что понятия не имеет, что на нее нашло и что Роза обязательно оторвет ей голову после такого инцидента. На все это дампир отрывисто кивнул, сказал, что все в порядке, продолжая вести под руку.       Постучав пару раз в дверь и услышав долгожданное: «Входите!», они вошли. Их глазам открылась следующая картина – стражи около дверей вместе с Альбертой, в креслах по правую сторону расположились Кристиан, Мия и Эдди, который, судя по всему, до сих пор не пришел в себя. Мия, бледная, испуганная, вжалась в кресло, бегая глазами по каждому из присутствующих, выискивая ответы на свои вопросы. По близости, по левую сторону сидела Таша, одобрительно смотря на вошедших, позади всех, за столом, восседала госпожа Кирова во всей своей красе. Одно кресло было свободным, рядом с Ташей, и Дмитрий поспешил усадить туда свою ношу, после чего встал среди стражей. Директриса встала, обошла стол, холодно смотря на каждого из ребят.       -Мы собрали вас здесь, чтобы узнать, что конкретно произошло в Спокане, а также о случившемся с Мейсоном Эшфордом и Розмари Хэзевей,- сказала Альберта, обогнав своей речью директрису.       При упоминании о Розе Лисса вздрогнула, волна паники и страха пробежала по ее лицу. Смотрела она на Дмитрия, как на спасителя, будто он мог что-то исправить, пролить свет на всю эту истории.       -Мы хотим вас опросить. Расскажите, все как было. А вы, Василиса Драгомир, здесь, как подруга Розмари Хэзевей и связи с тем, что кроме вас у нее никого не было, вы присутствуете на этом закрытом допросе.       -Что с ней? – мертвым голосом спросила Лисса, дрожа всем телом, сама того не замечая, она вцепилась в руку Таши, которая тихо положила ее на ручку кресла своей соседки, так сказать, для сближения.       -Она стала стригоем. И наша задача узнать при каких обстоятельствах,- ответила Кирова, совсем не ожидая той реакции, которая последовала незамедлительно.       Лисса, сорвавшись с места с перекошенным от злобы лицом, кинулась на Кирову. Мия вскрикнула, подпрыгнув на стуле. Стражи превратились из статуй в подвижных, быстрых и смертоносных машин, но лишь один успел поймать принцессу, заранее предвидя такой исход событий. Схватив за плечи и прижав к своей груди, опасаясь, что моройка начнет вырываться, он стал оглядываться по сторонам. В комнате повисла тишина. Директриса, перепуганная до смерти таким поведением, смотрела на всю сцену с широко распахнутыми глазами, полными любопытства и страха. Стражи замерли, осматриваясь вокруг. Послышались всхлипывания и хрипы. Слезы душили молодую девушку, зарывшись головой в пыльник Дмитрия, так чтобы ее никто не мог увидеть, Лисса давилась слезами, комкая рубашку. Мужчина медленно, заторможено поглаживал ее по голове, шепча какие-то успокоительные слова, в которые ни он, ни она не верили.       -Ложь…все это ложь…– через комки слез, прохрипела Лисса, выглядывая одним глазом из-за плеча дампира, который огородил директора от нее. – Где….где Роза?       Новый поток слез заглушил ее слова, уткнувшись носом в сильное плечо стража, она продолжала топить свое горя этими слезами. Кристиан было подорвался, но его быстро остановила Таша, что-то ему сказав, отчего морой обратил свой пронзительный, взволнованный взгляд на девушку, потом на тетю, и лениво кивнул, но садиться раздумал.       -Что вы с ней сделали…вы, животные?! – прохрипела с новой силой в голосе Лисса, глаза пылали от раздражения, презрения и...бешенства.       Опять животная стихия овладела ей, покоряя на свою гордость. Василиса пыталась вырваться из крепких объятий, отталкивая Дмитрия, с какой только могла силой, не переставая извиваться всем телом, издавая толи рычания, толи тихие крики.       Два стража сделали несколько шагов в попытке помочь коллеге, на что Дмитрий покачал головой, прижимая к себе сильнее Лиссу.       И вдруг, совершенно того не ожидая, раздался крик полный страдания, немой боли, которая резала без наркоза сердце, наслаждаясь каждой ей отведенной секундой, наполняя свою тщеславную сущность чужим горем, поедая ужасными зубами все естество девушки, запивая вкусный ужин слезами и всхлипами. Плача в голос, Лисса опустилась на пол, Дмитрий больше не смел ее удерживать. Она захлебывалась потоками слез, которые текли по лицу и утопала в блузке, оставляя большие разводы своего присутствия.       Кристиан сорвался с места, оттолкнул Дмитрия, опускаясь на корточки рядом с девушкой, притягивая к себе, теперь уже он шептал утешительные слова. Лисса вцепилась мертвой хваткой в воротник его чистой и свежей рубашки, ее размазанные слезы текли по его щеки и спускались под рубашку – на мужественную грудь.       -Скажи…это…это… правда? – запинаясь, сражаясь с удушающей волной слез, которая подкатывала к горлу, заставляя ее делать паузы и брать хоть немного такого нужного воздуха для жизни, промолвила моройка.       -Лисс, успокойся, слышишь меня?       -Ответь мне…       Кристиан смотрел в заплаканные глаза Василисы, он не мог причинить ей еще больше боли, но и лгать было глупо, она все равно когда-нибудь узнает правду, так пусть она будет из его уст.       -Да, она стригой,- не без труда смог он сказать это предложение, ощущая вину за случившееся, которая подталкивала воспоминания и эти слова, которые бросил Розе на последок, выбегая из дома с Мие, которая поддерживала его. Обещание, которое так и не выполнил.       Лисса вжалась, походя на маленький беззащитный комочек, продолжая плакать. Госпожа Кирова всплеснула руками, открыла было рот для своих неуместных замечаний, но строгий взгляд Альберты дал ей понять, что это никому здесь не нужно.       -Я хочу знать…знать…как это произошло….       -Мисс Драгомир, именно этим мы и хотели заняться,- не выдержала директриса.       Ее холодный, сдержанный взгляд созерцал, как Лисса садится в кресло, сжимая руку Кристиана, который сел рядом, смотря нежно и любовно.       -Я думаю, мы можем начать допрос,- вмешалась Альберта, до сих пор наблюдающая за всей этой сценой, которая переходила в драму. Нерешительно, можно сказать неохотно, Лисса кивнула, вместе с ней и остальные.       По щеке Мие безмолвно скатилась одинокая слеза, понимая, что сейчас придется пережить заново весь этот ужас. Ужас, который никто не смог остановить…       -Полагаю, Озера, ты начнешь первым,- хаметила Кирова, любопытство не мог скрыть даже ее холодный и повелительный тон. Тот кивнул.