Мое любимое чудовище

   Грубиян и хам! Тоже мне хозяин замка. Ещё один командир!    Тереза отвела меня в спальню и подала тёплое платье чуть выше колена, мягкие балетки, а также нижнее белье, только без бюстгальтера. Вся моя одежда была мокрая, хоть выжимай.    Я спустилась по ступеням в холл. Было несколько дверей: одна вела в гостиную с камином, а другие — мне не известно, что за ними. Больше всего мне хотелось открыть огромную дверь, ведущую на улицу, но…    — Мисс Левицкая, — возле открытой двери стояла Тереза, — прошу вас к столу.    Я подошла к женщине и, ответив на её улыбку улыбкой, осторожно вошла в столовую.    Огромная столовая с большими окнами, в которые подглядывала голубая луна. Имелось две двери: узкая, видимо на кухню и двухстворчатая — в холл. На середине стоял длинный стол, забитый тарелками с едой, которые были прикрыты крышками. Меня пытаются накормить или откормить? Может быть, они ждут ещё гостей? Ребята! Наверное, их тоже ждут, так же, как и я. На стенах висели пейзажи с горами и водопадами. На самом верху красовалась голова молодого оленя. Здесь любят отрывать головы.    Я аккуратно села на деревянный стул с высокой спинкой. Чувствую себя не в своей тарелке. Тереза открывала крышки блюд. Всё выглядело таким красивым и вкусным, но аппетита нет. Я не могу спокойно сидеть в огромном замке, пока точно не буду уверена, что с моими друзьями всё в порядке.      — Прошу прощения, я не хочу кушать, — резко встала я, но тяжёлая рука Терезы, которая легла мне на плечо, заставила меня вновь сесть.    — Приятного аппетита и ещё раз с днём рождения, — улыбнулась женщина и направилась к узкой двери.    — Подождите, Тереза, а разве вы не поужинаете со мной? — спросила я.    Женщина обернулась, чтобы посмотреть на меня и тяжело вздохнуть.    — Нет, я уже поужинала.    Я кивнула головой и уставилась на блюдо — копчёный лосось с зеленью. Ну что ж, приступим. Так, а где столовые приборы?      — Тереза, — позвала я, но никто не откликнулся.    Я тихо встала со стула и пошла на кухню.      — Простите, а где…    Где женщина? На кухне горел свет, но никого не было. Куда она могла деться? Надеюсь, что я не стукнулась головой, и мне это не мерещится. Ну не будет же мне казаться, что я разговаривала с женщиной. Что-то начинаю сомневаться в своей психике.    Пока я искала приборы, то успела разглядеть помещение: выглядит, словно деревенская кухня. Большая белая печка с разноцветной росписью занимала достаточно места. Но зачем нужна печь, если здесь есть плита с духовкой? Решили совместить прошлое и настоящее? Различные шкафчики с баночками, приправами, кухонной утварью. Возле мойки красовался огромный холодильник. Что мне бросилось в глаза, так это дверь, которая, скорее всего, вела на улицу. Я взяла приборы и поспешила вернуться к ужину.    Было тихо, лишь ветер напевал свою мрачную мелодию, а дождь подыгрывал ему. Настенные часы пробили ровно девять вечера. Я села за стол и сразу же застыла. Рядом с моей тарелкой уже лежали вилки, ложки и ножи, но откуда они здесь? Я что, шизофреничка?! Даю сотку, что ничего не было!    Моё тело затряслось от ужаса. Неужели я одна в этом огромном замке, в котором проживает мистика?! Надо лечиться.    Хотелось встать и бежать, но в животе очень сильно урчало, да в голове пульсировало. Нет, я точно рухну, если встану.    Я всё же поужинала и направилась в гостиную, чтобы согреться. Рядом с диваном, на журнальном столике, лежала плоская тарелка с печеньем. Господи, прошу тебя, пусть это будет Тереза, а не бабайка!    Взяв одно печенье, я поняла, что оно ещё горячее, значит, женщина всё же здесь? Пока я ужинала, гостинцы давно бы остыли. Ребята, прошу вас, заберите меня!      — Добрый вечер, — послышалось за спиной.    От неожиданности я дернулась, уронив печенье на пол. В дверях стоял сэр Эванс. Он улыбался мне, снимая мокрую кожаную куртку.      — Добрый, — робко ответила я, а потом добавила: — извините.    Быстро взяв печенье, я вновь положила его на тарелку. Наверное, это неприлично.    Ну почему именно он появился в данный момент? Неужели других людей не было? Я обернулась, но никто не стоял в дверях и никто не улыбался мне. Это мне тоже показалось? Я схожу с ума!      — Почему вы все время извиняетесь?    Я подпрыгнула от страха. Теперь сэр Эванс шёл к дивану с двумя стаканами: один был длинный вытянутый с соком, а второй — маленький с чем-то прозрачным.      — Значит, вы настоящий, — выдохнула я.    — Что? — переспросил он, но я лишь махнула рукой в ответ. — Держите.    Мужчина протянул мне стакан с апельсиновым соком, и я взяла его дрожащей рукой.      — С днём рождения, — сказал сэр Эванс, делая маленькие глотки из стакана.    Что он пьёт? Алкоголь? Водка. Это не похоже на белое вино, да к тому же никто не пьёт так вино. Да, скорее всего, это водка.      — Простите, сэр Эванс, мои друзья точно приедут за мной?    Послышалось тихое рычание.    — Да, — рыком ответил мужчина.    — Скажите, а где мой телефон? — спросила я, оглядываясь. Может быть, в его замке найдется хоть какое-нибудь средство связи.    — Я его выбросил.    Внутри чувствовалась тревога. Что-то заставляло меня думать о побеге.      — Но почему?    — Он не работал.    — Возможно, разрядился или намок и выключился! — я чувствовала, что повышаю голос.    — Прошу прощения, не знал, — спокойным голос произнес мужчина, продолжая пить.    — Сэр, не могли бы вы дать мне свой телефон? Я хочу позвонить в деревню и самой убедиться, что с моей командой всё в порядке.    — Нет, — весело ответил он. Ему весело?! — Видите ли, Ира, здесь горы, леса, поэтому связь не ловит. А в самой деревне есть телефон.    Я поставила стакан и, встав с дивана, и направилась к двери со словами:      — Прекрасно! Мне как раз туда и надо!    — Решила пойти в одних трусиках и платье? — насмешливо спросили меня.    Я застыла, держась за ручку двери. Да как он смеет? Мало того, что обращается ко мне на «ты», хотя я ему не подружка, так ещё и разглядывает меня! Нахал! С другой стороны он прав, куда я в такой одежде пойду?      — Тогда…тогда я спать. Спокойной ночи.    Я надавила на ручку и дернула на себя, но дверь не открывалась. Что за чёрт?! И вновь меня охватила паника.      — Постой.    Я закричала, когда увидела тень сэра Эванса. Он стоял очень близко. Как ему удалось так быстро и бесшумно подойти ко мне? Он похож на хитрого лиса. Нет, какой из него лис, это самый настоящий волк, который в любой момент может напасть на меня и растерзать!    — Ну, чего ты кричишь? — тихо спросил мужчина, аккуратно приподняв мою голову за подбородок. — Разве я такой страшный?    Господи, его глаза! Они словно гипнотизируют меня. Я боюсь их.      — Простите, нет, — прошептала я.    Мужчина ещё раз взглянул в мои глаза, а потом прошептал:      — От себя, Ирина.    Он открыл дверь и, отодвинув меня в сторону, вышел из гостиной.    Голова кружилась от паники и ужаса. Теряла контроль над телом: ноги затряслись, и я упала на колени, тяжело выдыхая.    Разум говорил, что сэр Эванс ничего плохого не сделал мне, но моя женская интуиция только и делала, что кричала мне: «Беги отсюда! Беги и не оглядывайся!».    Я подняла голову и взглянула на два стакана. До безумия хотелось узнать, что же в стакане Эванса. Осторожно встав на ноги, я пошла к столику. Взяла стакан с прозрачной жидкостью и, окунув палец, я приложила его к губам.      — Вода? — тихо прошептала я.    — Любопытство берёт верх? — услышала я и замерла, когда моё тело было прижато к груди сэра Эванса. — Я тоже хочу попробовать.    Он взял мои два пальца и опустил в воду, а затем взял их в рот, жадно облизывая. Мне стало противно, особенно когда я, повернув голову, увидела эту сцену. Я начала вырываться, но мужчина даже не двинулся.      — Зачем сопротивляться, Ирина? Ты такая нежная, хрупкая и маленькая, а я — сильный, властный, мужественный, а ещё очень возбуждённый. Разве можно говорить о сопротивлении мне?      Я, недолго думая, приподняла ногу, а потом со всей силы наступила ему на ботинок. Эванс заскулил как пёс. И пока он выл, я смогла вырваться из его объятий, которые были похожи на стальные тросы, и побежала к двери.    Как только я смогла прикоснуться к холодной ручке, меня крепко схватили за волосы и развернули к себе, прижав к двери. Мои длинные волосы были намотаны на огромную лапу мужчины. Было очень больно, казалось, что я лишусь головы, и её повесят как того оленя. Мои кулаки сжались от боли.      — Кулачки сжимаешь? Мне следует бояться тебя? — с усмешкой произнес этот монстр.    — Я обращусь в полицию! — захлёбываясь слезами, крикнула я, но мне лишь показалось, что это был не крик, а, скорее всего, мой тихий писк.    После моих слов мужчина засмеялся.      — И что же ты скажешь? — спросил он, сильнее прижимая меня к двери, когда я попыталась убежать. — «Меня безумно страстно желает возбужденный самец»? М-м-м? Или придумаешь что-то свое?    — Маньяк! — прорычала я.    — Как же ты изменилась за восемнадцать лет. Но этот запах… Ты сводишь меня с ума, Ирина! — рычанием прошептал Эванс, уткнувшись носом в мои волосы.    О каких восемнадцати годах он говорит?! Псих английский! Пожалуйста, Денис, забери меня!      — Почему у тебя не было мужчины? — внезапный вопрос заставил меня замереть и потерять дар речи.    Я не должна показывать ему свой страх, поэтому, набрав воздуха в лёгкие, процедила сквозь стиснутые зубы:      — А у вас?    — Я мужчина, Ирина.    — Я вас умоляю, на дворе двадцать первый век. Сейчас и не такое можно увидеть.    Кажется, я совсем забыла о страхе. На миг мне показалось, что Эванс увеличился в размерах. Он сильно сжал мои волосы и «набросился» на мои губы, жадно высасывая из меня всю энергию. Порезы на губах дали о себе знать.    Я вырывалась, пытаясь отстранить от себя маньяка, но было бесполезно.    — Прекратите…прошу… — это всё, что мне удавалось пропищать сквозь поцелуи.    Мужчина всё же оторвался от моих губ. Голова кружилась. Трудно дышать — тело прижато огромной массой.    — Надеюсь, вы подумали о последствиях?    — Последствия? — повторил сэр маньяк. — Ирина, это секс. И раз у тебя это первый раз, то ты в праве сама решать, где мы им займемся.    — Что? — пикнула я.    Замотав головой, я вновь стала вырываться:    — Нет! У нас ничего не будет! Я не позволю вам это сделать!    — Значит так, — злым рычанием начал Эванс, — не указывай альфе — это первое правило. Второе — раз ты сюда попала, значит, ты моя собственность. Третье — не подчинение альфе грозит наказанием. И четвертое — моё слово — закон!    Маньяк! Ей-богу маньяк! Что значит «альфа»? Какие восемнадцать лет? Что происходит? Я ничего не понимаю.      — Вы до сих пор злитесь из-за машины? — робко спросила я. — У меня есть деньги. Только они в сумке, а сумка в автобусе, а автобус в деревне, а деревня…далеко. — янтарные глаза монстра яростно горели.    — Пойми, наконец, мне деньги не нужны! Всё что мне нужно, так это твоё желанное тело, — прошептал «альфа», большими шершавыми ладонями приподнимая платье и гладя ими мои бедра.    — Я буду хорошей девочкой, вы меня отпустите? — на что только не пойдёшь ради спасения тела и души.    Приподняв одну бровь, мужчина смотрел на меня, а потом и вовсе рассмеялся.      — Хочешь, я скажу тебе, когда ты сможешь покинуть мой замок? — я кивнула головой. Он наклонился к моему уху и горячо прошептал: — Ни-ког-да!    Внутри всё сжалось. Зачем я нужна этому сумасшедшему?      — Почему вы так со мной? Я вас никогда раньше не видела. Разве я сделала вам плохо? — рыдая, спросила я.    В ответ ничего не прозвучало с уст монстра. Я даже не могла верить, что он все же отпустит меня.      — Прошу вас… — прошептала я.    — Заткнись! — громко закричал мужчина.    — Умоляю…    Перед глазами всё поплыло, и я уже не чувствовала своего тела.