Ночь охоты на гончих

К нему тебя приводит нос. Вам обоим лет по 7. У него медные волосы и глаза-щелки, которыми он хлопает, когда ты находишь его. Он спрашивает, чем это таким ты занимаешься, и ты вспоминаешь, что отец называет это слежкой. И когда ты говоришь ему это, он спрашивает, что такое «слежка», но ты не можешь ничего ответить, ведь сам знаешь только, что это как-то связано с запахом. Его запах ты искал все время. Он пахнет орехами, мятной зубной пастой и малиной-ежевикой-голубикой-клубникой. И тебе нравится. Очень. Он просит тебя присесть рядышком с ним на крыльце заднего дворика, и ты опускаешь взгляд на свои грязные голые ноги и такие же грязные руки, а потом вновь поднимаешь глаза на его приветливый дом с безукоризненно выкрашенными стенами и на него с чистыми рыжими волосами и в зашнурованных ботинках. И ты вдруг тушуешься, и, наверное, лучше развернуться и уйти, потому что наверняка в это самое время тебя ищет отец. Он выжидающе смотрит на тебя. Он улыбается тебе, и когда он улыбается, в нос ударяет ягодный запах. Ты садишься.  — Меня зовут Сонгю, я лис, — говорит он.  — А меня Ухён, я гончая, — отвечаешь ты. Широкая улыбка не сходит с его лица, и вы играете в слова, пока до вас не доносятся крики твоего отца, который зовет тебя по имени. *** Ты по-настоящему осознаешь, каково дружить с лисом, лишь в 16 лет. Отец берет тебя на первую охоту. Он обучает тебя слежке, разным запахам и как их различать между собой, потому что «вредители и в Африке вредители и от всех них несет дерьмом» — говорит он, разразившись смехом. Вы с отцом одновременно улавливаете запах койота. Он с гордостью скалится, и ты улыбаешься в ответ. Он взводит курок винтовки, и ты уже сомневаешься, что тебе нравится этот звук. Мы видите, как койот взбирается на ворота особняка. По ту сторону вытянув руки ему навстречу, стоит волк, он смеется и кричит койоту «осторожнее, идиотина». Ты просишь отца оставить их в покое. На что тот говорит, что волк еще и спасибо скажет за то, что ты избавил его от воришки-койота. Койот светло-русый с платиновым отливом и красивый. Он слышит ваши приближающиеся шаги и оборачивается, расположившись на самом верху ограды. Смотрит как-то по-оленьи беззащитно, распахивая глаза, когда твой отец стреляет. Тебе совсем не нравится запах пороха. Волк кричит и подхватывает койота, когда тот падает. Вы с отцом стоите за воротами, а койот с волком притаились за ними. У волка красные от ярости глаза, и ты знаешь, что он наверняка вырвет горло твоему отцу. Тем не менее отец спокоен и вежлив, когда объясняет тебе, что он просто пытается научить тебя охотиться, и волк свирепо на тебя смотрит. Нога койота окрашивается алым, он с трудом дышит, но держится за волка с каким-то спокойствием, которого тебе никогда не понять. Койот приподнимается и что-то шепчет на ухо волку, и почему, какого хрена волк не разрывает койота на кусочки и вообще, какого черта койот так спокоен? Волк в последний раз рычит в вашу сторону и говорит убираться нахрен, а затем помогает койоту встать на ноги и дойти до своего…. До их дома. Они любят друг друга. Волк и койот. Волк, занимающий самое высокое общественное положение, альфа, лидер, богач и койот, ниже него нет никого, отброс общества, бедняк, даже ниже лиса. Ты почти что смеешься им в лицо, потому что перед глазами на их месте вы с Сонгю, а твой отец стреляет ему в голову. Отводя тебя к машине, отец говорит, что у него ни грамма уважения к нарушителям, потому что нарушители не уважают систему, а ведь именно благодаря системе мир продолжает существовать. *** Однако Сонгю, склонив голову набок, говорит, что ты его лучший друг, а его глаза исчезают совершенно, превратившись в милые дужки, и о боже, он хорошеет не по дням, а по часам; ты сомневаешься, смотришь ли на него, как родитель на свое подрастающее чадо; друг, наблюдающий за взрослением друга; или влюбленный, наблюдающий за взрослением своей первой любви. Наверное, ты еще слишком юн, чтобы предаваться думам о любви, наверное, это за гранью твоего понимания, потому что для него ты только лучший друг… Нет, вы с ним лучшие друзья, а в этом, черт возьми, твое преимущество. Преимущество, которое должно заставить тебя дорожить им больше всех на свете, ведь ты лучший друг Сонгю, а это лучшее место, что только есть в этом мире (пока не появится место возлюбленного, тогда дружба скорее всего отойдет на второй план). *** Быть лисом значит быть мишенью для охотников. Быть лисом значит обречь себя на гибель от рук охотников. Быть псом значит быть родом из семьи охотников, шутки ради или ради денег. Быть гончей и водить дружбу с лисом значит, что однажды тебе придется убить его. Может, не сегодня, может, и не завтра, может, не через год или два. Но, в конце концов, отец постучится в дверь твоей спальни и поймает его с этими его рыжими волосами, глазами-щелками и резким ягодным запахом на твоей кровати. Он попытается убежать, но твой отец схватится за винтовку, что ты хранишь за дверью, и выстрелит ему прямо в голову. И тебе останется лишь сидеть там и жалеть, что ты вообще запустил его в дом. И отец находит, он находит его. Обнаруживает рыжеволосого лиса, когда тот бросает в тебя футбольный мяч и смеется, когда мяч отскакивает от твоей головы; твой отец находит рыжеволосого лиса, когда тот железной хваткой впивается тебе в шею и хохочет, когда ты пытаешься отцепить его от себя; твой отец находит рыжеволосого лиса, когда тот ни на шаг не отходит от тебя, когда вы выбираетесь в город за мороженым в вафельном рожке или еще чем-нибудь. Он ходит за тобой по пятам, потому что другие люди с опаской поглядывают, как он свободно разгуливает, но он одомашненный, у него сбоку на шее имеется пятизначный код, чтобы все знали, что он одомашненный и на него можно охотиться, только если он что-нибудь украдет или проберется на чужую территорию. И твой отец лишь выжидает подходящего момента, чтобы нацелить заряженное ружье на рыжего лиса и выстрелить ему в голову, а, может, в сердце. Отец иногда подходит ночью к твоей спальне, стучится, а у тебя сердце замирает всякий раз от стука. Он входит и оглядывается, и вы оба знаете, что ищет он прядку медных волос, но никто из вас не осмеливается нарушить тишину. Он подает голос первым:  — Ты — гончая, ты не можешь просто так взять и пустить лиса в свой дом, не оторвав ему голову. Ты говоришь отцу, что он ничегошеньки не сделал, он ни в чем не виноват. Однако старик не слушает, он устало вздыхает, на лбу видны морщины, под глазами мешки, а в голосе заметно разочарование. *** Ты пересказываешь ему отцовские слова, и он нерешительно улыбается и говорит:  — Блядь. Он больше ничего не говорит, поэтому ты рассказываешь ему о только что вышедшем фильме и может быть, вы успеете на вечерний сеанс, а после, может, зашвырнете парочку водяных бомбочек или пакетов с коровьим дерьмом в дома охотников. Он смеется, а ты пытаешься понять, что такого романтичного или сексуального в разговорах о коровьем дерьме, потому что он наклоняется к тебе ближе и без лишних раздумий целует в губы. Поцелуй не из разряда «мы лучшие друзья и я целую тебя в шутку», не из разряда «мы лучшие друзья и ты нравишься мне уже очень давно». Со сбившимся дыханием, неуклюже и грубо, с едва заметным оттенком «я твой лучший друг» и вспышкой «но мне никак не обойтись без этого, потому что я хочу тебя с самой первой нашей встречи». Ты отмечаешь, что вкус ничуть не отличается от запаха, мята, орехи и малина-ежевика-голубика-клубника. Вы вдвоем на заднем дворе, где в любую секунду может появиться его приемная мать, или просто услышит звуки вашей возни, если уменьшит звук телевизора лишь на одно деление или и того хуже, если отец выглянет из окна твоей спальни и увидит все те пошлости, что он с тобой вытворяет. В одежде становится тесно, в голове — туман, он во всем виноват, но ты притягиваешь его к себе, словно в нем кроется разгадка. Блять, ты едва ли способен держать глаза открытыми, потому что-то, что он делает с твоей шеей, совершенно за гранью, так что остается только зажмуриться. А потом ты слышишь выстрел, в носу — запах пороха, а перед глазами — истекающий кровью белокурый койот. Ты стонешь и подминаешь его под себя, оказываясь сверху, вы третесь друг о друга, но ты шепчешь «прекрати» в его ухо, и он послушно как собака повинуется. На его губах живого места нет, а на нем — одежды. Он с трудом дышит, заторможено моргает и красный до кончиков волос. На голове полнейший беспорядок и о боже, один его затраханный вид заводит тебя похлеще первого порно. Между вами не должно быть ничего кроме дружбы. Если бы дошло до секса по дружбе, все было бы намного проще. Но такие отношения не так обычно начинаются. Потому что в нос ударяет ягодный запах, а на языке ягодный привкус, и ты чувствуешь все-все эмоции, которыми он заполняет тебя с каждым поцелуем, черт подери. Он делает тебя своим, а ты не сопротивляешься. И как ты теперь вообще собираешься прицелиться и отстрелить его чертову голову?