Подарок...

…но на этот раз её лицо и волосы не скрывали полы капюшона. — Мама?.. — Ты все поняла, да? Я старалась сделать так, чтоб ты не догадалась, но недооценила тебя… Прости меня, прости, — женщина говорила очень сумбурно и достаточно сложно было понять о чем идет речь. — Я… да, я смогла понять, но… Тебе же нельзя меня помнить, это может убить тебя! Я ничего не понимаю, мы же сделали все, чтоб ты забыла обо мне, как так? — Василиса понимала, что память о ней и даже этот разговор бесконечно вредят Лиссе, но не могла заставить себя уйти. Казалось, это их первый нормальный разговор как мамы и дочки, без каких-либо формальностей и условностей. Разве можно просто взять и уйти сейчас? Разве ей хватит на это сил? Нет… — Я и не забывала, малышка, — тепло улыбнулась фея, — в тот момент, когда ты выбрала изменить судьбу отца, для меня появилась другая параллель, где я и живу до сих пор. Удивительно то, что тогда меня нашел сам Эфларус, предложив сделку. Как он сказал, ты заслужила того, чтоб видеть двух своих родителей, ведь ты и так была лишена нормальной семьи, — Лисса смущенно потупилась, — но никто из нас не может общаться в одной параллели, а мне даже помнить о тебе нельзя, иначе начнутся серьезные проблемы. — И всё же, что ты тут делаешь? Ты сама сказала, что это невозможно. Тебе нельзя знать о дочери, у тебя другая жизнь, как так получилось, что ты оказалась здесь и разговариваешь со мной?! — Он расчасовал меня, Василиса, — женщина очень серьезно посмотрела на дочь. — Я не знаю как, каким образом. Меня уже нельзя было пробудить, но он смог, правда, не до конца. Так же, как и ты, я не понимаю, что это значит, но единственное место, которое мне доступно для посещения — это Расколотый Замок. Эфларус поставил мне условие — я не покидаю пределы этого замка и не сообщаю тебе о своей личности напрямую, а он не зачасовывает меня уже окончательно. Мне было разрешено общаться с тобой, помогать по мере возможностей и просто советом, но не называть своего имени, пока не догадаешься сама. — И вот я догадалась… Значит, ты теперь просто исчезнешь? Или это не считается, что ты нарушила условия? И что значит «расчасовал, но не до конца»? — девушка все больше начинала нервничать, потому что понятнее ситуация не становилась, а скорее наоборот: путала всё больше. — Ты сейчас можешь покинуть этот Замок? — Нет, Василиса, моя жизнь привязана к этому месту и тебе, покинуть Расколотый Замок я не могу. На всё остальное могу ответить только одно: я не знаю, ни про нарушение условий, ни про расчасование… Эфларус мало что говорил, а я была просто рада, что смогу видеть тебя. Возможно, у тебя самой получится связаться с ним и узнать подробности. Со мной на контакт он больше не выходил и я сомневаюсь, что выйдет. — Это все так странно… И даже жестоко. Он дал тебе жизнь, но привязал к одному месту. Почему так? Неужели нельзя позволить тебе просто вернуться к жизни? Зачем такие сложности и лазейки? — Эфларус гений, Василиса, он имеет возможность сделать что угодно, но никогда и никому не говорит об этом. Ему также известно многое из того, о чем мы даже не догадываемся. Думаю, ты знаешь, что все его советы и даже простые фразы имеют множество смыслов и трактовок. Прямо он не говорит ничего, поэтому от него достаточно сложно добиться объяснений, если вообще возможно. Эти знания вынуждают его к тому, чтобы говорить загадками. — Даа… Родион Хардиус говорил, что Эфларус был избран повелевать Временем, поэтому ему пришлось уйти из своей параллели, чтобы восстановилась гармония. — Вот именно. К тому же, в моей основной параллели моё время обнулилось, а создавать для меня новую он, видимо, не посчитал нужным, — Лисса смешно фыркнула, не держа зла на могущественного часодея. — Как же всё это сложно. Но, подожди, раз меня помнишь ты, а Лисса из новой параллели нет, то почему она вела себя как-то странно, будто что-то помнит? — Ну, как тебе объяснить, — бывшая Королева Фей в который раз смущенно потупилась, — тут уже моя вина. Я неосознанно начала влиять на новую параллель. Из-за этого часть воспоминаний передалась новой Королеве и она понимает, что что-то идёт не так, но что именно она не узнает. Периодически я оказываюсь в её голове и могу наблюдать за происходящим, а иногда и управлять ей самой. Не знаю, что происходит со мной, но это какое-то новое знание, ещё не изученное нашими часодеями, а Эфларус не передал его потомкам, к сожалению. Вдруг раздался звон оповещения. — Это от отца. Он хотел тоже найти тебя и поговорить, если ты — это ты. И… — Нет! Мне нельзя общаться с Нортоном. Скажи, что нашла меня, но я сказала, что больше не приду и исчезла. Спиши всё на странную незнакомку, но не говори отцу, что я не погибла. У него другая жизнь и в ней нет места для меня, — всё тише и тише говорила Лисса и в конце было практически не слышно ни слова. — Он скучает. Очень. — Я тоже скучаю по нему. Но таковы правила. Меня вернули для тебя, а не ради Огнева. Переживет, — женщина махнула рукой. — А теперь иди. Тебя ждут. В следующий раз, просто позови и я тут же приду. Больше не придётся долго меня ждать. До встречи, Василиса. — До встречи, мама… Юная Королева Времени со слезами на глазах проводила растворившуюся во тьме женщину. Это была её мать, с которой она так и не смогла стать семьёй. Которая практически ничего не знает о её жизни и увлечениях, друзьях и любимых. Но они наверстают всё. Станут одной семьёй. Василиса улыбнулась в темноту: у не наконец-то появилась мать, а значит она больше не одна. И, коротко написав отцу, что Ментина попрощалась, исчезнув во тьме и так и не сказав своего настоящего имени, девушка отправилась на очередное занятие, а после в свои покои. Она больше не грустила, на лице царила счастливая улыбка, удивившая всех. Она теперь не одна и это не могло омрачить ничего, даже проблемы с Марком. Больше не одна… С мамой…