Темные крылья

Cos it seems to matter where I go, I will always let you know That the place where I am is never far You know, you're not alone, don't be alarmed I'll find you no matter where you are So please remember that I'm gonna follow through all the way... "All the Way for You" - Poets Of The Fall

      Голова гудела. За закрытыми веками сверкали всполохи пламени. По коже молниями змеились трещины, все вокруг, казалось, состояло из огня и дыма. Внутренности, кости, жилы - все, что составляло хрупкое человеческое тело изнутри, дрожало и взрывалось тысячами алых брызг, крошилось в микроскопическую пыль. Тело ощущалось одной сплошной раной, что воспалилась и теперь истекала гноем и кровью, как маленький гейзер.        Возвращение к жизни никогда не было легким.        А уж тем более возвращение из ада.        Люси со слабым стоном попыталась невероятным усилием приподнять дрожащие опаленные ресницы. Из глотки вырвался жаркий выдох. В груди разворачивала свои бесконечные пески выжженная нещадным солнцем безжизненная пустыня – в легких выгорел весь воздух. Не ощущая ничего, кроме жгучей потребности дышать, девушка разлепила запекшиеся, пошедшие кровавыми трещинами губы и с жутким хрипом втянула окружавший ее дым.        Пространство вокруг из девственно-черного стало медленно перевоплощаться во что-то смутно знакомое – темнота покрылась миллиардами слепяще-белых точек, в которых стали различимы очертания предметов. Темные разводы на потолке, напоминающие очертания крыльев, осколки огромного зеркала на стенах и полу, серый бетон и грязно-бурые пятна засохшей крови, разбрызганные вокруг, словно удобрение.        Дрожа от слабости, сковавшей все тело, Люси постанывающим комочком оголенных нервов скрутилась на расплавленном бетоне, хрипя и постанывая. По стенам, полу и потолку шла вибрация, будто внизу разверзалась земля, стремясь поглотить и здание, и весь мир вместе с ним. Звенели осколки, осыпаясь со стен, подлетая над полом. Один из них прошелся прямо по бледной щеке девушки, расцвечивая лишенное всех живых красок лицо алыми разводами крови. В очередной раз взвыв от боли, Люси едва заметно шевельнулась и попыталась совладать со своим совершенно непослушным телом.        Руками нащупав пол под собой, она сумела чуть приподняться. Сощурив слезящиеся глаза, девушка тщетно пыталась разглядеть хоть что-то посреди плывущего пространства.        Рядом раздался страшный грохот – обвалившийся кусок потолка едва не похоронил под собой вскрикнувшую от страха Люси. Она сжалась, прикрыв голову трясущимися руками.        Внезапно тряска затихла.        - Все хорошо, ты справилась, Истинная, - коснулся ее слуха добрый голос. На плечи легли мягкие ладони. Повеяло легкой прохладой. – Открой глаза.        Девушка подчинилась и, распахнув глаза, увидела, что здание все еще продолжало рушиться, но вокруг нее и над ее головой расправились белоснежные, серебрящиеся благодатью перья, защищающие от падающих обломков.        - Лис… Лиссана… - кое-как совладав с хрипящим, дерущим горло голосом, вымолвила Люси. В панике оглянулась, часто и сипло дыша. – Нацу… он…        Ангел напротив нее сжала губы в узкую дрожащую линию, опустила взгляд голубых, как чистейшее небо глаз в пол, чуть отодвинулась. Второе ее крыло оторвалось от пола – под ним, безвольно распластавшись на растрескавшемся бетонном полу, лежал, раскинув руки, обнаженный юноша. Вокруг него все еще расплавленными волнами дрожал воздух. От разгоряченной кожи шел свет. Девушка видела, как его фотоны медленно вплавляются в заново обретенное тело.        - Когда вернется сознание… - Лиссана замялась и закусила губу. – Он… будет не в себе.        Люси на четвереньках подползла к безвольному телу и нерешительно протянула руку, но отдернула ее, стоило его груди начать вздыматься. Едва к нему вернулось дыхание, как поднялся оглушающий звон, к которому через мгновение прибавились душераздирающие крики. Люси зажала уши руками, чтобы не слышать. Из глаз прыснули горькие слезы – она слышала крик архангела, сходящего с ума от боли, пока его тело оживало заново, точно так же, как и распадалось когда-то.        - Почему… - в отчаянии прохрипела она, будучи не в силах завершить свою мысль.        Почему ему так больно? Ведь они вместе вернулись из самой преисподней – тогда почему ее боль не так велика, как его? Почему она не кричит так же, как и он, захлебываясь в агонии?        «У тебя был сосуд, в который ты могла вернуться, - прозвучал ответ внутри ее головы. Лиссана горько усмехнулась краешками губ, наблюдая за тем, как возвращался в этот мир его спаситель – мучительно и невыносимо долго. – Ему же пришлось собирать свое тело заново – с абсолютного нуля».        Свет погас минут через десять, показавшихся двум девушкам целой вечностью. Юноша затих, кажется, даже не дыша, приноравливаясь к своему новому-старому телу, к ноющим нервным окончаниям, к боли, твердящей ему о том, как ненормально это – возвращаться из самого ада, и о том, что он все-таки вернулся.        Люси придвинулась ближе, с трудом сдерживая рвущиеся наружу всхлипы, провела ладонью над его лицом, пытаясь уловить тепло вернувшегося дыхания. Нацу приподнял дрожащие, обожженные ресницы, рассматривая глазами цвета грозовых антрацитовых туч склонившуюся над ним девушку.        - Лу… - тихо, едва слышно прохрипел Нацу, потом, смежив веки, глубоко вздохнул, набирая полную грудь воздуха.        Девушка не смогла сдержать радостного всхлипа и протянула ладонь к его лицу, дотрагиваясь кончиками пальцев до раскрасневшейся от жара щеки. Нацу дернулся, с губ сорвался сорванный сип. Люси растерялась и в страхе взглянула на Лиссану.        - Не трогай, - ангел перехватила ее руку. – Нервные окончания совсем новые, чувствительные, и…        - Ему больно от любого прикосновения, - дрожащим голосом завершила за нее девушка, отдергивая ладонь. Невозможность прикоснуться к нему сводила ее с ума.        Нацу выглядел откровенно плохо. Обгоревшая кожа висела клочками, подпаленные волосы и ресницы, синюшный оттенок кожи. Он начал дрожать от холода, и Лиссана, недолго думая, укрыла его своим крылом, даря тепло и успокоение.        - Я перенесу вас домой, - вымолвила она, бережно стискивая ладонь юноши и дотронувшись второй рукой до плеча Люси.        - Домой? – спросила девушка. – Но…        - Ваш друг – Грей, кажется, - ангел мягко улыбнулась. – Он считает, что его дом вполне подойдет, - узрев вопрос в глазах собеседницы, Лиссана добавила: - Сихаил вернулся на небеса вместе со всеми, не волнуйся.        Через мгновение в разрушенном здании никого не осталось.        - Нацу, открой глаза, - чуткий сон девушки оборвался, стоило полушепоту нарушить царящую в комнате тишину. Она резко распахнула глаза, кляня себя за то, что уснула, не справившись с потребностями своего человеческого тела. – Давай, Драгнил, очнись!        Люси села на диване, куда ее, видимо, перенес Грей Фулбластер. Покрывало сползло с ее плеч и упало на пол, когда она поднялась на ноги и направилась к постели, где лежал перенесший болезненное воскрешение архангел.        Грей сидел на стуле рядом с постелью, сменив Люси на ее постоянной вахте, и пытался растормошить тяжело дышащего друга, что метался по широкому матрасу, сминая простыни и одеяла. На щеках его разлился неестественно-яркий румянец, губы потрескались от высокой температуры. Его тело, подвергнувшись изначально жестоким и крайне болезненным метаморфозам, а потом замерзнув в том разрушенном здании, теперь начало гореть. Восстановленные нервные окончания не принимали происходящее и всеми своими силами пытались сообщить своему хозяину о том, что все происходящее с ними – жесточайшая ошибка.        Человек поднял испуганные глаза на девушку, сглотнул, все так же сжимая дрожащее плечо друга.        - Он… - Грей глубоко и растерянно вздохнул. – У него температура зашкаливает. Я… Я такое в первый раз вижу…        Люси почувствовала легкое дуновение, а после нежная шелковистость незримых перьев коснулась ее плеч. Теплые ладони коснулись ее лопаток, а знакомый голос перезвоном небесных сфер наполнил ее уши:        «Примите мой прощальный подарок, - в голосе слышалась грустная улыбка. – Береги его, Истинная. Вы так долго искали друг друга, и наконец-то нашли».        Тонкие пальцы ангела сжали кожу на ее спине, а после резко исчезли. Люси ощутила болезненный толчок и, вскрикнув, упала на колени рядом с постелью, вцепившись в покрывало.        - Что с тобой? – всполошился еще более напуганный Грей, подхватив покачнувшуюся девушку. – Люси! – его рука легла ей на спину, но он тут же с испугом отдернул ее – что-то толкнулось наружу сквозь тонкую кожу на лопатках. – Что за…        Люси дрожащими руками стянула с себя поношенную футболку, что ранее принадлежала Нацу Драгнилу, и, совершенно не стесняясь своей наготы, попыталась дотянуться руками до спины. Но тут же повалилась на пол, согнувшись от очередного толчка.        - Развернись, - совладав со своим страхом и смущением, приказал ей Грей. Девушка послушалась, подвывая и кусая губы. – Твою мать… - севшим голосом произнес человек.        Что-то толкнулось снова, двигаясь под кожей, пытаясь разорвать ее в поисках выхода. На месте старых шрамов от сгоревших крыльев кожа лопнула, и нечто пыталось расширить раны изнутри. От каждого неаккуратного толчка девушка жмурилась и тихо скулила.        - Оно… двигается, - выдавил Грей, пытаясь придумать хоть что-то, чтобы облегчить страдания подруги. Решение – бесконечно безумное, но единственно правильное на тот момент – пришло в его голову как раз тогда, когда по тонкой спине заструилась кровь. – Сейчас! Держись!        Человек рванул в сторону кухни. Вырвав несколько ящиков с их законных мест, он нашел остро-наточенный нож и бросился обратно в спальню, где Люси, тщетно сдерживая стоны, в последнем отчаянном усилии удержаться в сознании цеплялась за руку лежащего на расхристанной постели парня.        - Потерпи и… - Грей глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться и не поддаться панике, - постарайся меня не убить.        Он опустился на колени позади нее, нервно облизывая вмиг пересохшие губы и думая о том, что, когда Драгнил очнется, то убьет человека на месте. Очередной всхлип заставил его крепче и увереннее перехватить нож.        Под аккомпанемент женского крика лезвие вспороло левую кровоточащую лопатку, и сквозь вскрытую кожу вмиг наружу прорвалось маленькое трепещущее крыло, белоснежные перья на котором слиплись от крови. Рубиновый бисер окропил пол и светлые брюки Грея, но тот не обратил на это и малейшего внимания. Его ошарашенный взгляд был прикован к едва заметно сверкающему благодатью крылу. Дрожащей рукой он дотронулся до влажных перьев и снял с них часть кровавой пленки, освобождая их из плена алой паутины.        - Грей… - тихо позвала его девушка, морщась от боли.        Второе крыло снова двинулось под кожей, принося блондинке очередную порцию неприятных ощущений.        - Черт, прости, - спохватился Фулбластер и, стиснув зубы, резким движением вспорол второй шрам. Перья прорвались сквозь оковы плоти и с явным облегчением расправились, сбрасывая кровь.        В немом оцепенении Грей провел ладонью по своему лицу – алые полосы прочертили линии по его коже. Долгое мгновение глядел он на свою окровавленную ладонь, а после поднял глаза на расслабившуюся девушку. Люси положила голову на скрещенные руки и глубоко дышала. На губах ее играла слабая улыбка. А в синих глазах сверкал божественный свет.        - Мне надо выпить, - выдохнул Грей и, поглядев на тихо засмеявшуюся подругу, добавил: - срочно.        Поднявшись и сжимая в руке ставший внезапно очень тяжелым нож, он на негнущихся ногах направился в сторону кухни, чтобы осушить бутылку очень дорого коньяка, припасенного на черный день. Не то чтобы день этот был черным, но выпить нужно было. Хотя бы для того, чтобы хаос в голове хоть немного приобрел вид чего-то структурированного.        Люси же, подтянувшись на подрагивающих руках, вытянулась на постели рядом со своим возлюбленным. По ее жилам начала разливаться знакомая сила, по которой она успела изрядно истосковаться за время своего человеческого существования. Вернувшаяся вместе с крыльями благодать свернулась комком тепла рядом с сердцем и теперь трепетала в ожидании своего часа.        Люси осторожно приобняла юношу одной рукой, положив ладонь ему на грудь прямо напротив сердца. Его неровный стук вызвал дрожь в ее теле, и девушка, закрыв глаза, почувствовала, как ее новообретенная сила заструилась по руке, устремляясь к кончикам пальцев, под которыми пульсировала чужая жизнь.        Благодать медленно вливалась в центр его груди, где своим теплом оплела дрожащую душу. Люси улыбнулась, чувствуя, как немедленно боль стала покидать тело, как начал утихать жар, как стали успокаиваться нервные окончания, смирившись со своей участью. Как душа архангела смирилась со своим возвращением в мир живых.        Второй рукой она огладила его предплечье, ощущая неровные края ожогов, оставшихся с того мгновения, как она потеряла свои крылья на его руках. Его тело было точно таким же, каким она его запомнила – до последнего шрама.        Крылья за ее спиной трепетали в нервном ожидании. Сияние их становилось все ярче, перья разрастались, принимая свой прежний величественный облик. Снежная слепящая белизна наполняла их изнутри.        Фалет снова могла разрезать космос и время на пласты.        Ангел снова мог вернуться в свою вечную обитель.        Но Люси не могла больше жить без любви.        Девушка распахнула глаза. Крылья ее распахнулись на всю комнату, наполняя ее своим бесконечным светом. Она изящно перекатилась на постели и села лежащему юноше на бедра, не отрывая ладони от его груди. Вокруг ее пальцев вился поток голубовато-серебристого света, проникая сквозь кожу к ровно забившемуся сердцу.        За секунду до того, как задрожали его ресницы, Люси приникла поцелуем к горячим губам, запечатывая их и не давая свету вырваться наружу. Нацу распахнул сияющие синим глаза, легкие его наполнились живительным воздухом, а сердце пропустило сразу несколько ударов.        Его сильные руки накрыли лопатки девушки – разорванная вокруг оснований крыльев кожа сомкнулась без единого намека на шрамы, кровь исчезла. Теплые пальцы зарылись в мягкий подпушек, сорвав с губ девушки невнятный стон, бесследно исчезнувший в поцелуе.        Она оторвалась от его губ, счастливо улыбаясь. Свет плавно погас, крылья вновь исчезли среди пластов времени и пространства.        Глаза в глаза.        Счастье в счастье.        Свет в свет.        - С возвращением, - прошептала Люси, обхватывая его лицо руками и прислоняясь своим лбом к его.        - Добро пожаловать домой, - с до боли знакомой улыбкой ответил он, зарываясь пальцами в ее светлые волосы. – Я, черт возьми, так долго ждал тебя, Лу.        Ее тихий смех наполнил спальню.        Он легко коснулся губами ее носа и усмехнулся:        - Только ты почему-то опять голая.