Служба спасения для Поттера

Эта погода была просто ужасной. Дождь лил стеной, и нависшие над самыми крышами тучи были похожи на грязные клочья мокрой ваты. В такую погоду есть только одно желание: сесть у горящего магическим огнем камина, завернуться в плед и задремать. Однако, Гермиона была другого мнения, утверждая, что им троим просто необходимо куда-то выбраться, как они это делали раньше. Гарри и Рон хотели по старинке отправиться в Три метлы, но Гермиона настояла на обычной маггловской кафешке, в которую она раньше часто заходила с родителями. Рон развел руками с таким лицом, словно хотел сказать: "С ней не поспоришь", но промолчал. Гарри было, в общем-то, всё равно. Они аппарировали в переулок, неподалёку от кафе и, прикрываясь втроём одним синим зонтом, зашагали по мощёной булыжником улочке.  — Гарри, тебе нужно меньше работать, — громко говорила Гермиона, пытаясь добиться, чтобы шум дождя не заглушал её слова, — ты очень похудел, стал на себя не похож. Возможно, тебе стоит взять отпуск и переехать к нам?  — Тебе не кажется, что сменив фамилию на Уизли, ты вдобавок потихоньку меняешь имя на Молли? — усмехнулся Гарри, тыкая Рона локтем в бок. Тот сдавленно хрюкнул и ответил на тычок. Идя мимо стеклянных витрин и окон, Гарри невольно сравнил себя с ними. Результат его не сильно обрадовал: такая деловая Гермиона, в сером плаще, стучала маленькими каблучками по мостовой, а её волосы были убраны назад и гладко причесаны. Рон тоже избавился от вязаных мамой свитеров и, с лёгкой подачи Гермионы, превратился во взрослого мужчину и больше походил на совладельца магазина, чем когда бы то ни было. Сам Гарри не был, конечно же, грязным или в обносках, но выглядел он неопрятным и растрёпанным. Под глазами залегли большие тёмные круги, давно не стриженные волосы свисали, закрывая половину всё тех же круглых очков, а трёхдневная щетина была какой-то клочковатой, словно шерсть собаки, которую побрили, пропустив некоторые места.  — Если бы тебя увидела миссис Уизли, то она бы немедленно привела тебя в порядок! Между прочим, она сильно обижается, что ты теперь не приходишь к ним в гости. Они с Джинни и мистером Уизли всегда рады тебя видеть, ты сам это знаешь. Гарри недовольно поморщился и отвернулся от Гермионы.  — Ты знаешь, почему я к ним не прихожу.  — Знаю, Гарри, и думаю, что это ужасно глупо. Если вы с Джинни расстались, это не значит, что вы не можете быть друзьями, или хотя бы просто видеться. Гарри хотел было объяснить, что ему просто-напросто до сих пор больно её видеть, что он боится, что при встрече не выдержит и закричит во все легкие, что он до сих пор по вечерам смотрит на их совместные колдографии и заливается огневиски... Но не стал, потому что они уже пришли. Маленькое кафе пахнуло на них запахом свежей выпечки, а в уши тут же назойливо заползли звуки, присущие таким заведениям: стук чашек о блюдца, переставляемые тарелки, скрежет ножей и вилок, звон бокалов и журчание наливаемого чая. Гермиона на мгновение замерла у порога и произнесла:  — Это место несколько изменилось, но, думаю, так даже лучше. Раньше это было обыкновенное бистро. Надеюсь, корзиночки у них такие же вкусные, как и раньше. Выбрав свободный столик у окна, выходящего на залитую водой улочку, они расселись и стали ждать официантку. Почти все столики были заняты, и две девушки сновали туда-сюда с подносами, не обращая внимания на новых посетителей.  — Лучше бы сходили к маме в гости, — проворчал Рон, когда ожидание порядком затянулось, и Гарри зазевал.  — Успокойся, Рон. Посмотри, как много посетителей. Я уверена, скоро подойдут и к нам. — сказала Гермиона строго и как-то слишком по-учительски. Словно в ответ на её слова, к столику подошёл молодой человек в фартуке официанта, с двумя меню в руках. На глаза его падала длинная платиновая чёлка, словно он специально спрятал ото всех глаза. Гарри резко поднял голову и вгляделся сквозь волосы незнакомца, который быстро положил перед ними меню и удалился, но не успел ничего разглядеть. Он посмотрел вслед официанту и отметил что-то неуловимо знакомое в этой походке, в обречённо ссутуленных плечах и светлых волосах. Рон тут же провозгласил, что хочет пиццу, и Гарри отвлёкся от незнакомца, подключаясь к выбору еды. Гермиона сказала, что все просто обязаны попробовать корзиночки, которые являются фирменными пирожными этого заведения, и все дружно согласились. Через некоторое время снова подошел официант и, забрав меню и записав заказ, удалился.  — Гермиона, тебе не показалось, что он похож…  — На Малфоя? — закончила за Гарри Гермиона. — Да, мне тоже так показалось. Но, сам подумай, что ему тут делать? Гарри пожал плечами и ничего не ответил. Он задумчиво глядел в окно, не слушая болтовню Рона, который увлечённо рассказывал о нововведении во Всевозможных Вредилках, пока официант не вернулся с подносом. Поставив на стол огромную пиццу и три чашки с капучино, он снова ушёл. Когда он вернулся с пирожными, от пиццы уже осталась ровно половина. Вытирая пальцы о салфетку, Гарри снова попытался пробиться взглядом сквозь белесую чёлку, и на мгновение ухватил взглядом холодные серые глаза.  — Малфой! — воскликнул Гарри и смутился. Он сам не ожидал от себя такой бурной реакции, к тому же на них обернулись несколько посетителей за ближайшими столиками. Рон подавился и закашлялся, Гермиона стала хлопать его по спине, незлобно браня, а Гарри все смотрел Малфою вслед. Он был удивлён, насколько изменился слизеринец и стал на себя непохож. Конечно, длинная чёлка закрывала пол-лица, но в самой манере держать себя он был неузнаваем. Вся хвалёная аристократия слетела, словно шелуха, а гордость сдулась, будто воздушный шар. Да, он был безупречно выбрит, волосы по-прежнему шикарны, а дешевые ботинки начищены до блеска. Но это был будто и не Малфой вовсе.  — Гарри, зачем ты так закричал? Я чуть не умер. — прокашлявшись, буркнул Рон и схватил очередной кусок пиццы.  — Не знаю, — пожал тот плечами, — я просто очень удивился. Гермиона что-то попробовала сказать по поводу неожиданной встречи, но Гарри и Рон её не поддержали, так что тема быстро замялась. Пирожные оказались и правда такими вкусными, как говорила Гермиона, поэтому Рон съел почти все, оставив другу и жене по одной штуке. Вечер подходил к логическому завершению и Гарри попросил счёт, который принесла другая официантка. Он хотел заплатить сам, но Рон остановил его:  — Стой, это же мы тебя пригласили. К тому же теперь я вполне способен оплатить какой-то там счёт. Перед уходом Гарри незаметно подложил к чаевым почти все маггловские деньги, которые у него были, но, кажется, это заметила Гермиона, потому как она странно на него посмотрела. Уже на улице друзья пригласили его к себе, но Гарри отказался. В небольшой квартирке его ждала неоткрытая бутылка огневиски и фотоальбом, о чем он благоразумно умолчал.  — Слушай, мы так и не поговорили нормально. Можно я приду к тебе завтра? — сказала Гермиона, собираясь аппарировать с Роном. — Нет, я завтра работаю. Приходи в субботу. Кивнув, она подождала, пока Рон попрощается с Гарри, и они отправились домой. Немного постояв, Гарри развернулся и пошел в сторону метро. Конечно, он мог тоже мгновенно оказаться дома, но ему хотелось прокатиться по подземке. Он любил метро, любил пустые вечерние вагоны, любил запах станций, любил грохот, который выбивает все мысли из головы и не позволяет погрузиться в них хотя бы по дороге. Войдя в квартиру, Гарри бросил ключи на тумбочку и прошел в спальню, стягивая по пути мокрую, прилипающую к коже рубашку. Кинув её на пол, он стянул носки и услышал неожиданный стук в стекло. Подойдя к окну, он разглядел в наружной темноте небольшую сову Андромеды Тонкс. Открыв створку, он впустил продрогшую птицу и взял у нее письмо. Бабушка его крестника сообщала, что через неделю Тедди исполняется три, и она приглашает Гарри в гости на небольшой ужин в честь этого события.  — Три года? Прошло уже три года… — произнес он вслух и присел на кровать, опустив плечи. Птица настойчиво заверещала, видимо, ожидая ответа, и Гарри пришлось подняться, чтобы отписаться. Начеркав несколько строк о своём согласии и поблагодарив за приглашение, Гарри отдал сове клочок бумаги. Та тут же подхватилась с места и улетела в ночь. Закрыв окно, он пошел в гостиную, взял с полки бутылку с огневиски, открыл ее и огляделся в поисках альбома. Того нигде не было, а искать что-либо в царящем вокруг полном беспорядке Гарри был не в силах. Поэтому, он постепенно выпил около половины бутылки и, наконец, забылся в душном и неприятном сне, который не нёс ни капли облегчения и отдыха.