Красные нити судьбы

- Хватит валяться! Сколько можно спать? И где твоя экономка? Подушка вылетела из-под головы и кирпичом приземлилась прямо на живот. Те Ун охнул и приоткрыл глаза. Яркий солнечный свет отразился тянущей болью в голове и слабостью в теле. Безумно хотелось укрыться с головой и переждать тошноту, однако одеяло безбожно сдернули и по плечам побежали мурашки. - Не хулигань, мне и так плохо, - простонал он, с трудом принимая сидячее положение и вглядываясь в размытые черты старшего брата, - почему так жутко болит голова? Мы что – пили вчера вечером? Со Чжо ухмыльнулся. - Прости, но я плеснул тебе в чай пару глотков какой-то гадости из синей бутылки в буфете. Не злись, просто бесит такая непоколебимость и равнодушие. - Плеснул? – глаза Те Уна расширились от удивления, - хочешь сказать что я один приговорил чашку японского сакэ и не заметил? - По-моему тебе было не до того, - брат отошел на безопасное расстояние и сложил руки на груди, - ты все равно пол ночи молча кивал на каждое мое слово, а потом вдруг метнулся к роялю и стал писать эти чертовы крючки. Те Ун поморгал, залпом выпил стакан воды и побежал в гостиную, на ходу подхватывая со стула банный халат. На блестящей лакированной поверхности были разбросаны ноты, они в беспорядке валялись даже на полу, слегка трепеща от свежего ветерка, ворвавшегося через открытое окно. Мужчина с трепетом всматривался в написанное, словно ища там ответ на свою странную зацикленность. Однако ноты врали. Он методично комкал одну страницу за другой и мрачнел. Все не то. Даже близко не похоже. Что ж за наваждение такое? - Достаточно, - тихо проговорил старший брат и трону его за плечо разворачивая к себе, - мне надоело видеть эту смурную физиономию. Смотри что я нашел в почтовом ящике! Ты вообще хоть иногда интересуешься окружающим миром? Со Чжо помахал пригласительным билетом на вечеринку по случаю презентации нового клипа его ученицы. - И что? Я не любитель подобных сборищ. Он мимоходом кинул взгляд на высокую фигуру брата в фиолетовом шелковом халате и дыхание вдруг перехватило. Такая знакомая вышивка на рукавах… Мутный образ высокого широкоплечего воина в доспехах с боевой саблей в руках на секунду вспыхнул перед глазами и растаял. Те Ун отступил на шаг, продолжая тупо пялиться на брата и с трудом удерживая реальность. На него вдруг накатила такая тоска, смешанная с сожалением и горьким чувством потери, что защипало глаза. Сам того не ожидая, он так крепко обнял Со Чжо, что тот удивлено крякнул. - Я тоже люблю тебя, брат, только давай все же поговорим о деле. - Я не хочу никуда идти, - Те Ун быстро взяв себя в руки, - оставь это. - Что, черт возьми, происходит? – взвился Со Чжо и его голос эхом отразился от стен, - почему ты запер себя в этом проклятом доме? За что ты наказываешь себя? Лицо младшего братишки превратилось в ледяную застывшую маску. Глаза сузились и потемнели, губы сжались, он выпрямился и повернулся спиной, всем своим видом показывая, что не намерен продолжать этот разговор. - Ты все еще винишь себя в той аварии? – не унимался брат понимая, что все равно ссора неизбежна, - прошло три года! Дорога была скользкой, понимаешь! Дорога! Здесь нет твоей вины, прими это и начни жить. - Спасибо, что беспокоишься обо мне, - голос Те Уна был спокоен и тих, словно вокруг спали тяжело больные люди, - однако я не буду обсуждать это с тобой. - Дело твое, - сдался старший брат и бесцеремонно нырнул с головой в холодильник, - однако больше не с кем. Ты оттолкнул от себя всех. Он обернулся и разочарованно понял, что остался один в комнате. Ох, какое нехорошее утро, а все этот проклятый дождь. Те Ун слышал, как хлопнула дверь, но не сдвинулся с места. Он не хотел вновь переживать события той ночи и всеми силами отгораживался от них, стараясь думать о другом. Но в голову не лезло ни одной путной мысли. Спустя пол часа он вышел в коридор чтоб открыть двери экономке. На тумбочке лежала банковская карта. Та самая, которую он вчера отдал брату. По губам пробежала улыбка. Со Чжо таки добился своего.