Красные нити судьбы

Чо Сон услышала музыку задолго до того как подошла к дверям небольшого ухоженного дома, стены которого были увиты дикими розами. Это была даже не мелодия, а набор звуков, ноты наползали друг на друга едва увязываясь в строй. Возможно со стороны могло показаться что кто-то отчаянно мучает рояль, однако было нечто знакомое в этой неорганизованности. Будто однажды она слышала нечто похожее, только вот не могла вспомнить. Музыкант, очевидно, тоже, ибо ноты обрывались на середине звучания, пару раз хлопнула крышка рояля. Женщина невольно улыбнулась и постаралась расслабиться. С самого утра ее охватило непонятное волнение, словно она собиралась на большой прием, от которого зависело ее будущее, а не простой урок пения. Сегодня она слишком придирчиво выбирала наряд, остановив взгляд на простом белом платье с вышитыми по подолу красными маками, и такие же туфли-лодочки. Она не могла объяснить странное цепенение, которое больше усилилось на пороге этого дома, внезапную сухость в горле и нервно подрагивающие пальцы. «Что это со мной? Почему я так нервничаю?» Дверь оказалась открытой, в просторном холле было пусто и прохладно. Она зябко повела плечами и пошла на звук рояля. Белоснежная комната ярко освещенная солнцем напоминала стерильную больничную палату, разве что дорогая мебель и картины слегка разбавляли вид. Чо Сон успела заметить два больших книжных шкафа и обилие декоративных статуэток, прежде чем увидела высокого мужчину, очевидно, хозяина дома. Он так же был одет в белые брюки и кремовую рубашку, небрежно распахнутую на груди. Ким Те Ун так низко склонился над клавишами, что волосы упали на лоб и скрыли выражение глаз, когда он скомкал очередной лист бумаги и, не глядя, бросил его в ведро у стола. Чо Сон неловко переступила с ноги на ногу и внезапно разозлилась. Да как он смеет вести себя так неприлично! Она уже пять минут созерцает его спину, а наглый учителишка даже не соизволил обернуться. Она гневно свела брови и уже открыла рот, чтоб бросить несколько колких фраз. - Ты опоздала на 15 минут, - вдруг раздался его низкий бархатный голос и женщина осеклась, - в будущем, я не приемлю такого несерьезного отношения. Уроки вокала – это не хобби, а такая же работа как у других людей, поэтому тебе придется подождать пока я закончу то, что начал. Женщина задохнулась от такой наглости! Она так резко дернула ремешок сумочки, что он жалобно скрипнул и порвался. Еще никто не позволял себе такого высокомерного снисходительного тона по отношению к ней. - Пока ты ждешь, - тем временем продолжал Те Ун, - выпей чашку чая. Маленькими глотками, - уточнил он и махнул рукой в сторону стеклянного кофейного столика. Чо Сон промолчала исключительно потому, что клятвенно обещала себе и мужу как можно быстрей прийти в норму. К тому же от этих занятий зависела ее карьера и положение в обществе, поэтому пришлось подчиниться. Она бросила короткий взгляд на мужчину, от которого он должен был просто задымиться, и плавно села на белоснежный диван. Чай оказался ужасно горьким и отвратительным на вкус. - Что это за гадость? – она закашлялась и едва сдержала гневный возглас, - вы решили меня отравить? - Отныне, если хочешь в будущем сохранить голос чистым и звонким, тебе придется пить гадость утром и вечером. Это специальный рецепт, куда входят женьшень, имбирь, немного меда и несколько травяных настоев. - Вы сами это пробовали? – Чо Сон аккуратно вытерла губы салфеткой, - сомневаюсь что здесь есть что-то полезное. Те Ун вздохнул и развернулся к ней лицом, окидывая резким пронзительным взглядом тонкую фигуру, длинные темные волосы, карие блестящие возмущением глаза. Несомненно, женщина была намного красивей чем на фотографиях, которые он интереса ради полистал накануне вечером. Судя по выражению – та еще стерва, привыкшая к тому что весь мир должен пасть к ее ногам. - Пей до дна, и подходи сюда, я хочу послушать распевку и оценить глубину необходимой работы. Женщина демонстративно стойко допила чай и подошла к роялю, проведя пальцами по его блестящей поверхности. Она очень любила живую музыку и мечтала однажды даже сделать сольную программу с участием оркестра. - А что за мелодию вы играли? – миролюбиво спросила она облокачиваясь на крышку инструмента и любопытно заглядывая в разложенные здесь ноты. - Это не касается темы нашего занятия, - Те Ун выразительно посмотрел на нее, - расскажи, как обычно ты начинаешь распевку? «Ну хорошо, сухарь, подумала Чо Сон, я тебя научу быть вежливым» - Давайте я начну, а вы подыграете. Он согласно кивнул и повернулся к роялю. Женщина скептично улыбнулась и стала напевать одну из старинных мало известных песен, которую когда-то давно пела бабушка, когда укладывала детей спать. Колыбельная была красивой и сложной, ее голос взлетал по нотам как на волнах, душа наполнилась трепетом и гордостью. Собственный голос казался немного чужим и натянутым, однако она совершенно не чувствовала стеснения. Те Ун несколько раз качнул головой ловя такт мелодии, потом взял пару пробных нот и вдруг заиграл, сразу двумя руками, плавно скользя пальцами по клавишам, слегка прикрыв глаза. Создавалось впечатление, что он заранее знал какую песню она споет и теперь злорадствовал в ответ. Чо Сон резко остановилась и закашлялась. Горло свело спазмом. Очевидно, она слишком перестаралась и переоценила собственные силы, совершенно забыв про недавнюю болезнь. - Вода в графине! – по губам мужчины пробежала легкая улыбка совершенно преобразившая его холодные черты, - а теперь, когда ты стала понимать столь очевидные погрешности, закончим обмен колкостями и начнем работать, - он похлопал себя по груди, - следи за мной и повторяй каждое движение. Дыхание – это основа всего. Эти упражнения нужно делать перед каждой распевкой.