Смерть - наказание, или спасение???

Наверно именно в тот момент я умер. Я не понимал, что делаю, и к чему это может привести. Тот вечер стал началом конца. Наступило долгожданное забытье. С того дня моя жизнь изменилась. Теперь я знал, что у ощущения свободы, расслабленности, и божественной эйфории есть четкое название. В тот вечер я попробовал кокаин. «Кокаин («дутый», «кокс», «снег», «кока», «вдох», «конфетка для носа», «свисток», «снежинка») — белый кристаллический порошок, обычно вдыхаемый через трубку или соломку с гладкой поверхности, такой, как стекло или зеркало. Гидрохлорид кокаина легко растворяется в воде, поэтому его не только нюхают, но иногда вводят внутривенно или глотают.» Теперь я был частым гостем того заведения, в котором работал Том. Я приходил туда практически каждый день, за очередной дозой «успокоительного». За полтора года я попробовал всё, что он мне так любезно предоставлял. Это были и чудо-таблетки ЛСД, экстази, крэк и даже грибы. «Псилоцин и псилоцибин («грибы», «поганки») — наркотические вещества, обладающие галлюциногенным эффектом. Содержаться в грибах-поганках. Для наступления наркотического эффекта достаточно принять 2 грамма сухих грибов. Главная опасность этого наркотика — его доступность.» Марихуану и гашиш я курил так часто, что казалось эти травки могли полностью заменить обычные сигареты. Первые месяцы меня забавляло мое нынешнее состояние, ведь все эти препараты дарили мне такое желаемое мною ощущение безмятежности, легкости, свободы. Тогда я ещё не понимал, что уже стал наркоманом. Следующие два года превратили мою жизнь в настоящий кошмар. Я потерял все. Работу, друзей, знакомых. Я остался совсем один, но меня это не сильно волновало, ведь один я с тех пор, как погибла моя семья. Единственной ниточкой, связывающей меня с внешним миром, был Том. Он продавал мне все, что я просил, в любое время дня и ночи. Это продолжалось до тех пор, пока у меня не закончились деньги. Я продал всё, украшения, дорогую антикварную мебель, оставшуюся от родителей, всё, что было когда-то ими куплено за большие деньги. Я медленно , но верно превращался в полное ничтожество, жалкое подобие человека, временами не адекватно мыслящее существо. Я стал противен сам себе. Очень часто у меня дома собирались компании молодых людей, имен которых я даже не знал. Но в состоянии наркотического опьянения мне было всё равно, кто меня окружает. Зачастую это были такие же обреченные личности, как и я. *** Снова, эта убивающая мое сознание, резкая боль. Распахиваю глаза и пытаюсь сесть. Попытка не увенчалась успехом, и я снова свернулся на старом, неприятно пахнущем диване. Вместе с проблемой отсутствия денег, ко мне пришла новая беда - ломка. Все сознание поглощено только одной мыслью - где достать дозу? С этого момента мой совершенно отравленный организм начал причинять мне невыносимые страдания. Я сходил с ума от этой жуткой необходимости, от муки всего моего существа, изнемогавшего без наркотика... «Поначалу признаки ломки напоминают простуду. Наркозависимого беспокоит озноб, повышается температура тела. Затем присоединяются головные боли, сильные боли во всех мышцах и костях. Они становятся постоянными и настолько сильными, что их сложно сравнить с какими-то другими болями. Из-за них наркоман не может спать, заниматься привычными делами.» Сквозь пелену помутневшего от боли сознания понимаю, что у меня есть только один выход. Медленно поднимаюсь с дивана и на ватных ногах иду в ванну. Встаю по обжигающе-горячий душ, который немного снимает озноб. Смотрю на свое отражение в зеркале и ужасаюсь. Тошнота с новой силой подкатывает к горлу, но я делаю над собой усилие и начинаю одеваться. Старые потертые джинсы практически висят на моих тощих бедрах, а безразмерная толстовка как мешок висит на поникших плечах. Одеваю бейсболку, черные очки, и выхожу на улицу. Ночь – единственное время, когда можно существовать. Поднимаю голову и зажмуриваюсь от яркого света луны, заливающего всё вокруг. Обжигающая, одинокая слеза, быстро стекает по горящей огнем щеке. Я давно уже все для себя решил. - Том! – пытаюсь перекричать громкую музыку и едва не падаю от сильного головокружения. - Что ты тут делаешь? – недобрый взгляд, знакомых до боли карих глаз, устремляется прямо на меня. - Надо поговорить, - произношу еле слышно, но Том понимает меня. Едва заметным кивком головы указывает на ту самую дверь подсобки, и я на ватных ногах иду в указанном направлении. Сейчас или никогда? – успевает мелькнуть мысль, прежде чем дверь за моей спиной с грохотом закрывается. Медленно оборачиваюсь и всматриваюсь в твое лицо. Какие чувства сейчас отражает твой взгляд? Злость? Ненависть? Презрение? А мне уже всё равно. Делаю два шага к тебе, опускаюсь на колени, и резким движением дрожащей руки расстегиваю ширинку на твоих джинсах. Унизительно? Да, но другого выхода я не вижу. - Так вот зачем ты пришел…- доносятся до меня словно из тумана слова Тома. Он одним рывком поднимает меня, и повернув к себе спиной вдавливает в стену. - Я знал, что однажды ты выберешь именно этот способ оплаты, - горячее дыхание на моей шее, выбивает из меня остатки здравого смысла. До синяков сжимаешь мои бедра и без предупреждения входишь в обессилевшее тело. Резкая боль пронзает всё мое существо. Замираешь на несколько секунд, давая мне отдышаться, выходишь полностью, а затем врываешься в меня с новой силой. До крови прикусываю нижнюю губу и держусь изо всех сил, чтоб не сорваться, не закричать, не зарыдать в голос от боли, обиды, унижения. Ты врываешься в меня с новой силой, снова и снова причиняя нестерпимую боль от проникновения. Сейчас я полностью в твоей власти, я подчиняюсь тебе, твоему желанию, твоей жажде уничтожить меня, опустить пониже, полностью втоптать в грязь. Движения становятся более резкими, быстрыми, дыхание сбивается. Я чувствую, с какой ненавистью ты трахаешь меня. Несколько резких толчков и ты изливаешься в мое податливое тело, после чего я, потеряв остатки жизненных сил, опускаюсь на пол, не в состоянии устоять на ногах. Нет сил даже на то, чтобы поднять голову. Ты быстро одеваешь и джинсы и бросаешь на меня уничтожающий взгляд. - Ты жалок Билл… Уходи, и больше никогда тут не появляйся, я уже ничем не смогу тебе помочь…- тихо произносишь и бросаешь мне в лицо несколько измятых купюр… *** Сильно затягиваю резиновый жгут на руке и подношу шприц к вене… Теперь я точно уверен – это моя последняя доза… Последние секунды на осознание происходящего. Жалею ли я о загубленной в 23 года жизни? Виню ли я Тома, за то, что предложил тогда кокаин? Нет. Я никого не виню. Мы сами выбираем тот, или иной путь. И каждый сам для себя решает, что это – спасение и избавление от мук, или это наказание, за слабость и нежелание победить самого себя… The End 29.07.2015