Себастьян и Яко. День 2
1 июня 2024 г., 17:33
Днём погода была чудесная и девушка и дворецкий принимали у себя приглашённых гостей в прохладном, спокойном замке. Себастьяну приходилось очень внимательно следить за слугами во время приготовления перекуса, поскольку визитеры знали толк в чайных церемониях.
– До тех пор, пока мы не найдём моего господина, его дела надлежит передать тому, кто лучше всего в них разбирается. Наш старый знакомый – Лау – станет нашим доверенным лицом.
"Ещё одна маска, " – подумала Яко.
– Хоть он и является главой мафиозной структуры и хозяином морфиновых притонов, с ним вы можете чувствовать себя спокойно – он довольно лоялен к дому Фантомхайв.
– Он знает о вашей природе?
– Никто, кроме господина и вас не знает о том, что я демон, – улыбнулся Себастьян.
Пока готовились кушанья, Яко примеряла новый наряд: светло-серое платье, окаймлённое тёмно-пшеничным тонким кружевом. С париком её цвета волос она выглядела сдержанно и располагающе, что было как раз для делового совещания. Собранные в тугую причёску волосы ей не мешали, но всё это было чуть строже обычного характера её поведения. На пальцах красовалось несколько скромных золотых украшений. Её как будто заглушили, поставили в рамки, сделали так, чтоб она не могла двигаться не по плану. Вдобавок ко всему, на её запястье висел белый веер, который совсем её не интересовал и болтался, как ненужная сумка.
– Лау с радостью примет дела из наших рук. Остаётся убедить его, что граф вернётся, иначе власть, которую так берёг мой хозяин, ждёт не самое лучшее распоряжение.
Ответственность. Как обычно.
– Постарайтесь не выдать своего происхождения. Наш гость хоть и кажется мирным, может найти применение любой лежащей не на своём месте вещи.
– Полагаю, в прошлом он уже запятнал себя. Хотя, даже если нет, можно ли надеяться на благопристойность криминалитета?
– Всё, что я хочу сказать, это "не судите людей по обложке". Он может позволить себе многое; наша задача в том, чтобы доказать, что мы можем ещё больше.
Впрочем, как только визитёры прибыли, всё успокоилось: слуги, привыкшие к двум гостям из Китая, приняли их как родных. К Себастьяну молодой человек с закрытыми глазами тоже обращался по-свойски, а к юной леди двое посетителей отнеслись так, как будно она достойно занимает своё место в этом доме. Но Яко помнила предупреждение.
Они уселись внутри в одной из широких комнат. Гости уселись на небольшой диван у стены, а Яко присела в кресло, стоящее рядом со столиком, на котором красовался чайный поднос мягкого сине-зелёного цвета с золотой окантовкой. Исторический подтекст давал запах китайского чайного дерева, который добыли из индийского района Даржелинг, находящегося на высоте 2000 метров.
После того, как дворецкий ввёл гостей в курс дела (а именно, что граф уехал ненадолго по срочным делам, но никто не должен знать этого) они недолго поговорили терминами вроде "западный ветер", "необходимость держать лицо" и "честь рода", после чего перешли непосредственно к чаепитию.
Яко заинтересовала спутница Лао: у неё были песочного цвета глаза, совершенно не обременённые разумом или эмоциями. Этот человек отдыхал от каши в голове.
– Я уверен, мы с вами подружимся. Что может быть лучше дружбы? – подняв, развел руки китаец.
– Брак, – бесцветно буркнула девушка у него на коленях.
– Ну-ну-ну-ну-ну, Ран Мао шутит , – он снова принялся гладить её по голове и ногам, а затем представил. – Это моя сестрёнка...
– Названная, – уточнил дворецкий.
– Сестра, – так же бесцветно вставила девушка.
– Ну что ж, чем ещё я могу помочь моему дорогому графу?
Яко чувствовала себя лишней, но всё равно играла роль. Она читала, как душевное безразличие, скрытое любезностью, исходит от этого незнакомца, при этом абсолютное доверие связывало его с "сестрой".
Что должно было случиться, чтобы человек перестал верить всем и вся, но остался предан кому-то, кто так холоден? Это можно было сказать и о мужчине, и о женщине. Старая связь вилась вокруг этих двоих, и инстинкт заботы о других смертных в лакомке взял верх.
Стоило ей вобрать в лёгкие воздух, как на неё пронзительно посмотрел дворецкий. Тот самый усмиряющий безжизненный взгляд.
Лакомка выдохнула. Не получиться у неё познакомиться "по душам".
Глаза китайца немного приоткрылись.
– И всё-таки не верится, что вы оставили своего хозяина, Себастьян Михаэлис. Такое чувство, что наш маленький граф не исчез, а "сделал вид, что исчез". Он ещё здесь, в Англии?
– Я не могу распространяться о подробностях поездки моего господина, – мило улыбнулся Михаэлис.
– Ясно, – сказал человек, и, кажется, в его голове созрел некий план. – У графа осталось не так много родственников с тех пор, как умерла его тётя – Мадам Рэд.
– У Сиэля умерла тётя? – переспросила Яко.
– А вы не знали? – улыбнулся Лау. – Весь род Фантомхайв держится на нём одном! Именно этот замок полностью сгорел до основания, когда погибла его семья...
Глаза Яко раскрылись от ужаса.
– ...родители и младший брат, – добавил Лау.
С губ Яко вырвался шокированный вздох.
– Вы правда не знали об этом?
Лакомка посмотрела на дворецкого, но тот ничем, кроме серьёзности, не ответил. Видимо, она выдала себя.
– Какая же вы тогда ему родственница, раз не знаете таких вещей, да, Ран Мао?
Растерянность и стыд словно навесили ей перед лицом, отчего девчушка отвернулась.
Себастьян понимал, что нужно вмешаться. Согласно своим обязанностям, раз чай заварился, он разлил его по кружкам и взглядом дал своей госпоже понять, что она не одна. Но девушка знала, что долго ей не удастся быть такой, какой видел её Себастьян. Парик начинал чесаться в районе затылка, а в платье было неудобно. Жутко было от понимания, что у её собеседника планы, отличающиеся от её.
– Брат не хотел меня огорчать...
– Вы хотели сказать "кузен"?
– Ой, да.
– Позвольте, мы научим вас, – Лау повернул лицо к своей дорогой спутнице. – Если вы, например, девушка, и вы чего-то хотите, то, сначала вы отвлекаете, например, мужчину, своей красотой, а потом, незаметно для него, берёте то, что нужно.
– Но мне действительно нужно, чтобы вы помогли нам.
– Нам? Вам и кому? Или только вам? Вы не похожи ни на делового человека, ни на заинтересованного, вами движет иная нужда.
Он усмехнулся, поднимая кружку с чаем.
– Есть много людей, кому выгоден крах "цепного пса". Тому, кто предаст дом Фантомхайвов, многие окажут услугу. На худой конец можно и своими силами справиться. Не так ли, Себастьян?
Её уводили. В дебри.
Себастьян занял позицию в буферной зоне.
– Всё так, господин Лау. Моему господину нужна помощь.
– Так зачем вам эта девочка? Могли бы попросить меня напрямую.
– Я всего лишь дворецкий, – елейно улыбнулся Себастьян, прижал руку к сердцу и поклонился.
– Так что же у вас случилось? Я слышал, на замок напали. Говорят, хотели убить графа, но вместо него увидели девушку! Ха-ха!
– Да, слухи быстро распространяются, – согласился дворецкий.
Яко чувствовала, будто её уводят на дальний план. Может, так лучше? Не мешать и затаиться?
– Стало быть, волку сломали клыки. Кто же теперь владеет Лондоном?
– Всё ещё Королева.
– А граф, стало быть, ждёт, пока его дворецкий во всём разберётся.
Яко поняла, что дворецкий совсем вычеркнул её из поля зрения, и теперь смотрит только на гостя.
– Притворяться, будто всему рад, так утомительно, да, Ран Мао? – китаец мягко тронул молчаливые губы указательным пальцем.
– И не говорите, – выдохнул слуга. – Порой господа бывают столь требовательны. Вам ли не знать?
– Ещё как знаю. Лондонская знать... да и низшие сословия. Все они из одного теста.
– Госпожа Яко отказывается есть приготовленные мною блюда.
Яко была ошарашена: она не ожидала, что дворецкий будет на неё жаловаться. Её словно предали. Она хотела было оправдаться, но Лау не дал вставить слова.
– Бедный дворецкий. Выходит, мы с тобой одни понимаем их суть.
– Взгляд вглубь вещей – то, чем славится китайская мудрость.
– Получается, юный лорд не скоро вернётся, и за его делами надо приглядеть? Я не против. Но не поможете мне разобраться, господин дворецкий?
Яко поняла, что китаец хочет переманить Себастьяна.
– Вместе мы сможем сохранить и приумножить наследие Фантом...
– Хватит! – вскричала она.
Хватит. Хватит ей думать, будто от неё ничего не зависит. Хватит делать вид, что её интересует только план "Б"! Хватит думать, что будет, если она облажается. Она не собирается делать вид, будто её тут нет.
– На время отсутствия Сиэля Фантомхайва его дела – это моя задача!
Себастьяна истерика хозяйка слегка рассмешила, но, в целом, он был рад, что она "очнулась". Не зря он делал вид, будто его интересуют слова иноземца.
– Да. Я не Фантомхайв! Но я – это я! Я могу помочь ему!
– О, да? И как же, юня леди?
– Заставить вас сотрудничать.
Лакомка встала.
– Возьмите дела Сиэля и преступников в свои руки! Или я натравлю на вас Себастьяна.
Дворецкий был спокоен, как могильный камень.
Лау скептично наклонил голову.
– Вот как? Вы явно первый день в деловых разговорах.
Китаец положил на столик чашечку с чаем.
– Что же мешает мне согласиться, а покинув вас, изменить решение? За пределом этих стен мой охраной занимается не только Ран Мао.
Взгляд девушки, направленный на Яко, был тяжёлым как свинец.
– Дело не в Себастьяне и не во мне. Дело в новой фигуре на доске, – многозначительно ответила лакомка. – Когда пешка доходит до края доски, она может стать любой фигурой, и поведёт себя по другому. Когда Себастьян окажется бесполезен перед вами, что вряд ли, королева пошлёт своих приближённых слуг. И очень сомневаюсь, что они, как мы, будут пить с вами чай.
Лау хмыкнул.
– Но вы же знаете, юная леди, – его глаза слегка приоткрылись в презрительном взгляде, – кто стоит за вашей спиной.
Лакомка обернулась.
Недоумённо стоял дворецкий. Вот уж как он не ожидал, что дело направят против него.
– Знаю, – выдала Яко. – Но больше, чем Себастьяна, я боюсь потерять себя.
Все взгляды упёрлись в неё. Но в этот момент лакомка объясняла истину не им, а самой себе.
– Я просто школьница. Да, я помогаю Сиэлю, хоть он мне – никто. И хоть Себастьян помогает мне только ради Сиэля, я всё равно считаю его хорошим. Не потому, что он приветлив...
Михаэлис улыбнулся.
– А потому, что он держит своё слово. У него есть правило. Как и у меня.
"Очаровательно, " – подумал дворецкий. Если бы она знала, что эту черту ему привил молодой господин... Впрочем, никто об этом ничего не спрашивает.
– Моё правило – быть собой там, где это нужно и возможно. Когда тобой руководят – это гадкое чувство. Но когда у тебя нет сил быть собой – это ещё хуже. Себастьян помогает мне, а я – ему. И мы оба должны приложить максимум усилий, чтобы быстрее со всем разобраться.
Они улыбнулись друг другу.
– Поэтому я прошу освободить нам руки, чтобы...
– Что ж, я слышал достаточно.
Оба гостя поочерёдно встали.
– Во сколько вы оцениваете мои услуги, раз вы готовы выложиться в полную силу?
– ...Мы отдадим всё, что не повредит Сиэлю и Себастьяну продолжать их дела.
– Стало быть, это всё его состояние, кроме прав на компанию "Фантом" и фамильного особняка. Что скажешь, Ран Мао?
Бережно поглаживая её по руке, китаец делал вид, что внимательно слушал.
– Выгодная сделка, – негромко сказала она.
Яко про себя выдохнула.
– Что ж, отлично, – всплеснул китаец, – yī yán wéi dìng*!
***
– Ва-банк, обычно, идут отчаявшиеся. Вам повезло, что для Лау эта сделка изначально представляла коммерческий интерес. – Что? – Он просто набивал цену. Он сразу понял, что нам не к кому обратиться... – ...Он развёл нас... – поняла лакомка. – Да, в мире сделок вы и правда первый день, – улыбнулся Микаэлис. – Но почему вы меня не остановили? – Потому что вы правы: человеку не нужно прятаться и быть тенью от самого себя. Ему нужно пылать ярко – за такими душами и охотятся демоны и "работники неба". Да, этими слова лишили лакомку любой радости от любезного обращения. Пока Себастьян расшнуровывал корсет платья, постучалась Мэйлин. – Госпожа, обед из яиц, бекона, сосисок, фасоли, тостов, помидоров... – Мэй Лин, он сгорел или готов? – нетерпеливо просил дворецкий. – Готов. Но... его готовил Бард... Поэтому... Себастьян шумно выдохнул. – Ничего, Себастьян-сан, я переживу, – уверила лакомка. – Благодарю. Но, если будет на то возможность, не рассказывайте, что вас здесь так кормят, – очаровательно улыбнулся дворецкий. Дворецкий тихо, однако без робости зашёл за ширму. Госпожа была в шёлковом пеньюаре. – Ааа! Себастьян-сан, выйдете! – Госпожа, в купальне вы позволяли себя лицезреть... – Так то купальник, а это нижнее бельё! Выйдите! Всего один шаг – и дворецкий уже был с другой стороны. – Вы можете не стесняться меня, моя леди, – тоном бездушного Фаустаса сказал демон. – Я ваш слуга, и вы для меня святыня, а не предмет вожделения. Лакомка, одеваясь, буркнула что-то вроде "ага, как же " и вышла из-за ширмы. – Вы хотите сказать, что это всё меняет? – улыбнулся Микаэлис, уставив взгляд в новый наряд. – Да, это меняет всё. Разрезав ночную рубашку и делав из неё винтажные топ и юбку с поясом, лакомка приступила к еде.***
После обеда хотелось потянуться и погулять по особняку, раз уж так всё складывается. Хлопок, похожий чем-то на джинсу, на Яко смотрелся не ахти, но она была довольна свободными движениями. Подумать только: в 21 веке она и знать не знала о каких-то там проблемах подполья Англии, а теперь... Вот бы ей интернет – она бы сразу всё разузнала бы и разрулила. – Эх, – протянула юная особа. Её босые ноги ходили по коврам коридоров. Ненадолго она заглянула в свою комнату, где оказались принесённые Себастьяном газеты и журналы мод. Видимо, он хотел позаботиться о том, чтобы ей не было скучно. Она бы хотела ещё побродить по дому, но невидимая рука подтолкнула её к публикациям – любопытно узнать, что нынче всем интересно. Журналы мод оказались болезненно умными, это был как пазл "соберите подходящее платье из разных фасонов", да и какое-то уважение они вызывали, что ли, а не желание полистать и наслаждаться. А газеты были Яко милей – они напоминали ни то новости, ни то документалки, где... Резкий инсайд пронзил её мозг, как стрела. Точно. Точно-точно-точно! Как же она могла забыть?! Но... Но может просто оставить ему письмо где-нибудь? Но где? Где есть такое памятное... – Ах! – вскликнула Яко. "Троя! Стол!" Детали плана, словно вложенного в её голову, вдруг сложились. Она придумала. И никому не расскажет. Никому. Кроме... Себастьяна. – Себастьян-сан! Спустя вежливую секунду к её двери подошли. – Да, госпожа? – Я хочу связаться... То есть послать весточку демону. Хочу передать где я и что делаю. Мне нужен памятный стол. – Стол? – Да. Такой стол, который у вас самый важный. Такой, чтобы я спрятала в него письмо и, если он уцелеет, мой демон в 21 веке смог забрать его оттуда. – ...На вашу удачу, госпожа, в рабочем столе моего господина есть потайной слой. – Отлично! – Будут ли ещё каке-нибудь распоряжения? – Дайте чистой бумаги, пожалуйста. Хочу отослать пару заметок в газеты. – Я могу передать письма лично тем адресатам, для которых они предназначены. – О, не нужно. Я просто хочу опубликовать пару загадок в колонках. В моём времени у меня времени не было на это. – Что ж, я рад, что вам нравятся ребусы, – улыбнулся Себастьян и закрыл дверь. "Отлично, он ни о чём не догадался." Яко тут же поскакала к кровати вспоминать "загадки", которые им устраивали преступники. "Пока он будет думать, что я отправляю письмо через стол, я оправлю Нейро несколько подсказок о том, где искать меня. Письмо может и исчезнет, а газеты, надеюсь, будут оцифровывать, они попадут в интернет. В крайнем случае, на совпадение укажут любители журналов фанатам моего клуба, а они достучатся до Нейро. Надеюсь". – Как называется мёртвый любитель бомб? БОММЕР. Кто смахивает своё лицо хвостом? КИЦУНЕ. Как называют дом преступника? Сорочье ГНЕЗДО... Ей предстояло вспомнить как можно больше таких вещей, чтобы послать в как можно большее количество газет и... и просто надеяться? Ведь ответа она так и не услышит. Если не справиться сама... – Госпожа, я принёс бумагу. Да... – Спасибо. – Вы чем-то озабочены? Тогда... – Нет. Я выложусь в полную силу, чтобы поскорее вернуть всё на свои места, – улыбнулась лакомка. – Я рад. – Спасибо! И с этими словами она приступила к работе.
Примечания:
*традиционная фраза для заключения договора.
