Доиграем в детективов!

***

— Итак, что мы имеем? — Два… часа… ночи… — Неужели ты собрался качать свои детские права? — весело обернулся к дивану Ногами Нейро. — Или нашему маленькому тараканчику и правда захотелось в кроватку? — Я не таракан, — по-взрослому серьёзно раздалось с дивана. — Я Сиэль. Граф Фантомхайв, пёс Её Величества… — Мы имеем убийство, — ответил на свой же вопрос Ногами и поставил на карте города, лежащей на красном столе «Трои», жирный крест маркером, взятым у молчаливой Акане. — Ты описываешь убийство в центре Лондона Викторианской Англии. А мы с Яко расследовали убийство здесь, в Токио. Первое совпадение: убийства произошли в столицах. Мой труп — Смитс — оказался крайне загадочен. Новый заместитель даже поиграл с нами сегодня днём…       Сиэль никак не подал виду, что слышит весёлого изувера. Он хотел спать… или не был сердоболен к покойным врагам, как и странный демон, нависший над столом. — Если твоё зеркало убило всех свидетелей, то нить расследования уже оборвалась и смысла продолжать это нет. — Организация, занимающаяся комп. обеспечением, должна насчитывать гораздо больше людей, чем та горстка охранников, которую съело Зеркало.       Нейро отметил кружками ломбарды, музеи, вокзалы и учебные заведения, где могли бы храниться безделушки Викторианской эпохи. Чутьё подсказывало, что обмен Яко на этого мелкого бездаря осуществил именно магический предмет или, как минимум, этот предмет послужил рычагом для перемещения. — А вот и второе сходство: в обоих столицах убийство произошло в местах, расположенных близко к общественным заведениям. Твой труп, ты сказал, был в пивной. А возле нашей компании расположен приличный английский паб. Возможно, убийства послужили компонентом для вашего перемещения. Но убийца здесь не один и тот же. Слишком бессвязна цель.       Он обошёл стол, всматриваясь в карту с другой стороны. — Если предположить, что два преступления связаны… — Ты сначала с одним делом разберись, чудище, а уж потом про второе думай.       Зря он это сказал — диван, на котором сидело его графское высочество, крутанувшись, впечатался в пол. — Не задирай нос, клещ. Обе эти загадки низкокалорийны. Так что сперва я найду рабыню, а потом уже разберу каждую из этих прогнивших тайн.       Тайны гнилые. Всё, что так или иначе связано с магией, чаще всего не имеет смысла раскрывать. Но в аду другой пищи почти не было, а поэтому демон прекрасно в таком разбирался. Мальчик под диваном от мыслей его не отвлекал. Но не из вежливости. Сиэль не мог позволить себе стонать. Но как тут промолчишь, когда вся твоя голова вдарилась в пол по милости какого-то чудака из ада?! — Ты хочешь раскрыть дело или найти свою слугу?! — И то и другое. Но поочерёдно, — методично ответил Ногами, забираясь на потолок. — Если у меня есть возможность, то я сначала найду рабыню, а уже потом съем каждую из тайн. — Не знаю, как ты их собрался есть, — скептически отозвался граф, потирая ушибленный лоб и выползая из-под тяжёлой мебели, — Но тебе не кажется, что разумнее сначала поесть, а потом искать её. Всё равно, если имеет место быть перемещение во времени… — Ты ешь руками?       Сиэль опешил и от вопроса и оттого, что демон оказался на потолке. — Что? — Мясо, картофель, супы, рис. Ты, считающий себя культурным и благородным, ешь готовые блюда руками?       Сиэль не до конца понял отношение вопроса к теме расследования, но ответил «Нет». — А чем ты ешь? — …Вилкой. — Так вот, ничтожество: Яко — моя вилка. А преступления — моя еда, накрытая баранчиком*. Для меня открыть крышку загадки — просто, но тогда я должен немедленно съесть её без вилки у всех на виду. Так что теперь, надеюсь, ты должен понять, почему я ищу свою первую рабыню, а не несусь в полицию с донесением на сына заместителя директора кампании. — …Ты уже узнал… — И не хочу ждать. Так что «вилка» мне нужна в ближайшие дни. Иначе блюдо остынет.       Полный расстановки и спокойствия демонический тон почему-то напомнил Сиэлю голос учителя. Наверно, в то время, как Себастьян заражал Европу чумой, Этот демон обучал юные дарования в надежде обрести «свою вилку». И, судя по всему остальному, этот демон тогда сильно разочаровался в большинстве людей. — Вижу, толку от тебя никакого, — холодно констатировал адский детектив. — Раб номер два отвезёт тебя к дому Яко. Обыщи его на предмет посторонних, характерных для твоего времени, вещей. И не смей волынить. Помни, что здесь нет твоей дорогой нянечки.       Огроменные зелёные глаза приблизились к нему, источая презрение. — Мой раб мне гораздо дороже, чем ты своему контрактору. Ты еда. А Яко — вилка и нож, которым я разрезаю еду и ем её. — …Есть с ножа — признак дурного тона.       Нейро улыбнулся довольным оскалом акулы. Граф несгибаем. Как Яко. Он не так уж и бесполезен, и тем более он не слаб. Пока этот таракан вполне подойдёт для того, чтобы демон мог отвести душу и поговорить о деле. Временно с ним можно работать. — Годай, отведи нашего нового сотрудника в нору инфузории. Мать мокрицы ещё не вернулась из турне, так что…       Из-за стола охраны — только храп… Как же хорошо Сиэль сейчас понимает Шинобу. Немного мата — и движок старой развалины зачихал второсортным пением. Нейро с улыбочкой помахал им ручкой, потому что подрезал тормоза и не знал, в какой момент Годай начнёт материться снова…

***

— Кто такая Яко?       Годай не оборачивался. И так за дорогой следить сложно, ремней безопасности нет (они как бы есть, но они как бы сгнили), так что смотреть глаза в глаза вообще не имеет смыла. — Придурошная одна. Будь воля, знать бы её не знал. Одни проблемы приносит. — А почему Он ею так дорожит? Чем она примечательна? — Ха, а ты попробуй найди вторую такую, — высмеял мафиози и тут же зевнул.       Граф искоса посмотрел на кольца на его нижней губе. Уточнять о подобном самоистязании (а иначе вставку металла на лице не назовёшь) нет сил и смысла. — Она его первый помощник, я прав? — Больше. Она весь он. Его имя, его власть. Он прикрывается ею и творит, чё заблагорассудится. — А ей от этого какая выгода? — Выгода?! Мы что, по-твоему, такие идиоты, чтоб работать на этого чёрта добровольно?!.. — Осторожней!       Сигнал чужой машины разнёсся по ночной трассе, пустой до этого, как асфальтированная степь. Годай вывернул руль, поскольку на тормоза не рассчитывал — жизнь в конторе научила. Машина пролетела, пройдясь ржавым внешним зеркалом по дорогой иномарке и получала ещё один грозный гудок и мат на японском. Шинобу вдарил по сигнальнику в ответ, но уезжающая машина услышала только слабое «фа-фак» его ржавой развалюхи. — Ну! Я твои номера запомню!.. — послышалось вдалеке, но мафиози не испугался, потому что всегда имел в багажнике другие, «чистые». Опять-таки виновата жизнь в конторе. — Значит, она работает по принуждению? — не успокоился граф.       Шинобу ошарашенно посмотрел на мальца, как будто тот спрашивал «Голубого ли цвета небо?». — Ну, да… — И она была бы рада, если бы была возможность от него сбежать?       Вопрос имел колоссальное значение. Если эта девушка, о которой ходит столько противоречивых отзывов и чей портрет печатают в местной цветной газете, будет мешать Себастьяну вернуть всё и всех на свои места, то это проблема. — …Не совсем, — склонил голову Мафиози, проезжая очередной поворот к дому юного детектива. — Как это? — Она, конечно, против, что этот псих её бьёт и чё хочет делает с её именем, но эти двое уже срослись, как два прижатых друг к другу дерева сакуры.       Сиэль хлопнул глазом. А Годай был чуть горд: это сравнение он почерпнул из очередного сериала. — Они типа партнёры, мелкий, и друг без друга если не подохнут, то будут голодать… Не знаю, как этот, а Яко голода не переживёт. Так что ищи её, цепной пёс!       Жаргонный тон звякнул наравне с брошенными мальчику ключами от дома. Машина остановилась, и дверь переднего сидения открылась, свисая на одной петле. Сиэль вышел и в открытое боковое окно улыбнулся громиле. — Из нас двоих сейчас Ты цепной пёс.       Шинобу не стал царапаться с малолеткой. Он спокойно отъехал назад, развернулся, и, когда чихающий грохот мотора стал удаляться от дома по трассе, Сиэль почувствовал, как здесь кладбищенски тихо.       Деревья вишни не цвели, и, казалось, умерли. Огромный дом, похожий на положенные друг на друга уменьшающиеся коробки, был бел в сиянии фонарей, совсем как погребальный комплекс. Окна зияли провалами, на гармошке-ступеньках криво улеглась тень от железных перил. «Дом Яко» — сказали они. Графу отчего-то показалось, что это — крохотный Тауэр. Нет, разумеется, здания эти не били и близко похожи… но… ощущение, что из стен вдруг начнут завывать тоскливые голоса усопших, не покидало Сиэля. Сила, гордость и боль… как в любом благородном поместье, которые когда-то каждый день видел граф.       Дверь поддалась двум поворотам ключа, и в нос ударил прелый запах бумаги и маркера на спирту, ещё малознакомый Сиэлю. Наученный Годаем, Фантомхайв стал искать на стене выпуклость, на которую нужно надавить, чтобы появился свет. Выключатель щёлкнул, немного ударив в глаз его милости. Он снял обувь, повязку и вздохнул полной грудью. Всё, чего он сейчас хочет — разобраться с устройством подачи воды и сполоснуться. А затем уснуть и забыть про демона, требовавшего обыск дома его рабы. Сиэль потянулся. Ему всё равно. Себастьян скоро уладит проблему, это в его интересах — не потерять сытную душу.

***

      Сон не шёл. Возможно, это оттого, что он не понял, как включается горячая вода, и купался в холодной, а возможно, из-за того, что в доме не было ни одной мужской вещи, кроме халата, в который он и был одет. А возможно, это было оттого, что Сиэль ничего не знал. Не знал, что творится, почему это произошло, как это исправить и как избавиться от последствий. Повязка лежала в кармане, потому что на прикроватной тумбочке стояло чёрное фото. Мужчина. И Сиэль встал, чтобы пройтись по дому и, может быть, действительно сделать обыск, пока его снова не будет клонить в сон.       Он встал с постели прошёлся по периметру комнаты. Прошёлся по коридору. По кухне. Светящийся ледяной шкаф с едой ни капли его не заинтриговал, хотя еды там было на все вкусы, да и объёмом на десять порций. Шкаф с вещами напомнил гардероб куртизанки: короткие юбочки, туфли без каблуков под вещами, сочетающимися по цвету. Неинтересное содержимое шкафа. У Фантомхайва на каждой полке мог притаиться револьвер. А вот найденные по всему дому журналы и фотографии в рамочках рассказали графу гораздо больше.       Яко — звезда немалого уровня. Она детектив и психолог, юное дарование, резко заявляющее «Убийца — ты!». Её первое дело — внезапная смерть её отца. То, что полиция сочла за самоубийство, оказалось делом рук начальника управления. «Скандальное разоблачение Такеды» — гласил очередной журнал. Дальше громкое дело всемирно известной певицы и слава, идущая в гору с каждым новым преступлением.       «Наверно, она заключила контракт с демоном, чтобы он нашёл убийцу её отца, а в обмен предложила свои услуги, » — подумал пёс королевы, хотя и не знал, насколько ошибочен этот вердикт. Но среди всех размышлений он не мог не заметить…       Она улыбается. Круглосуточно и постоянно. «Детектив-лакомка раскрыла очередное преступление!». И обложка с милой худой девчонкой ненамного старше него. Вот она с мэром, с поварами, толпами спасённых жертв и раскаявшихся убийц. На заднем плане «ассистент»… Она потеряла отца, связалась с дьяволом, работала на него и терпела унижения и издевательства, трудности, страхи и снова унижения… Но она не перестала улыбаться.       Сиэль подумал, что она, наверное, сильнее него. Конечно, она не круглая сирота, владелец компании, страж порядка на теневой стороне политики. Но она видит убийство за убийством, и терпит возле себя демона, возможно, для того, чтобы в этом мире была хоть какая-то справедливость…       Граф отбросил газету и плюхнулся на кровать. Глупые мысли у него перед сном. Эта девчонка — жертва обстоятельств и безвольная кукла своего господина. Вот и всё. И ни чем она его не лучше. Жалкая блоха, как и говорил Нейро…       Не смотря на горящий свет утомлённый небывалыми даже для контрактора приключениями граф Фантомхайв покинул реальный мир. Сон наступил, как и ночь. Неожиданно и очень тихо…

***

      Вторая карта измалёвана до черноты. В распечатанном плане старого Лондона тоже ничего нет. Два убийства абсолютно разных людей в абсолютно разных времени и месте. Никому не выгодно. Ничего не приносит. Нельзя понять, как таинственный некто создал портал между двумя временами и поменял одного подопечного демона на другого. Да ещё и взбесившееся Зеркало. Слишком странно адское оружие отреагировало на призыв. Возможно, перемещение Яко и Сиэля искорёжило ткань пространства, и теперь всякий вызванный дьявольский приём будет сходить с ума, как только найдёт себе жертву? Несостыковка.       А что если преступления как таковые и не были-то нужны? Допустим, кому-то просто нужно было выманить Сиэля и Яко. Значит, этот кто-то осведомлён о профессии обоих. Или нужно было докопаться не до Яко, а до него самого? Или это выстрел наугад? Эксперимент? Что если это чья-то случайная игра со временем и людьми?.. — «Заказать тебе кофе?» — тактично напечатала Акане, наблюдая, как цепко смотрит демон на каждый дюйм Лондонской карты. — Нет, — улыбнулся он. Надо же, о нём уже заботятся. — Я настолько плохо выгляжу? — «Нет-нет» — дважды отчеканила косичка, торчащая из стены. — А что ты думаешь, Акане-чан? Этот таракан заменит нам Яко? — «Яко лучше! — забарабанили волосы. — И не спрашивай такого, потому что я начинаю бояться, что ты перестанешь её искать.»       Нейро расхохотался. Косичка не отпечатала ответ. Её тёмные, сальные от волнения волосы молчаливо повисли у стенки. — Ты думаешь, что я отдам мою игрушку в чужие руки? — переспросил Нейро и снова залился смехом. Косичка ответила только одно: — «Я тоже боюсь за неё, как и ты».       Демон отсмеялся и прочитал. Молчание вновь воцарилось в кабинете адского детективного агентства. Акане — человек. Человеческий труп, если быть дотошным. Переспрашивать, что она имела ввиду, бесполезно, ибо Нейро никогда не поймёт людских чувств и понятий о том, кто как за кого переживает. Он снова всмотрелся в карту и вспомнил недавний разговор с «рабом по переводу». И усмехнулся: какую параллель он провёл. Яко-вилка. Яко-нож. Нет, ведь это просто Яко-отмычка, его податливый инструмент и способ хоть как-то выплеснуть свой садизм, который в верхнем мире считается плохой чертой характера, противоположностью нравственности. Насекомые! В аду садизмом можно развлечь себя в любой компании и при любых обстоятельствах. Земля не то. Здесь блохи имеют права и защиту, говорят о себе больше, чем есть на самом деле, желают неприкосновенности. Но Яко одинока, беспомощна и слаба, чтобы противостоять его демоническому желанию и заявить в полицию, продемонстрировав синяки и следы растяжений. Годая, конечно, тоже можно бить, но он потом долго рта закрыть не может, а это так надоедает… Вот и этот мелкий шкет оказался слишком чувствительным. Правда, можно потом будет играть злые шутки на его благородстве, ибо демон понял, что это больная точка для пацана… Но Яко всё равно нужна. Она его понимает.       Для кого-то «голод» просто слово. Но только не для них. Не для двух существ, у которых круглосуточно сверлит в мозгу одна и та же мысль. Безграничная жажда вкуса, объёма, калорий. Яко разделяла его манию пищи. Для них обоих еда больше, чем топливо. Это смысл бытия, аргумент существования… И теперь Нейро остался один эту терпеть мысль. Его голодающий раб сейчас далеко. И даже неизвестно где. И когда. И в каком окружении, и какую отраву жрёт.       Демон сел за стол с разрисованной картой. Гнилой трюк. Никто не оставил ему послания с высоты птичьего полёта. Все подсказки на земле, и их надо искать завтра… Уже сегодня. Пять часов утра отображалось в углу монитора. Пять часов утра…       …Самое время поспать.