Тайна переписки

Здравствуй и пребывай в чудесном расположении духа, дитя ночи Черный Ворон! Позволь с тобой не согласиться – я отнюдь не полагаю, что чудеса творятся только ночью. Днем также вокруг нас происходит немало чудес, но из-за того, что солнце освещает ту часть Земли, на которой находится наблюдатель, он к ним уж не так внимателен, как ночью, ибо первобытный страх ночи, пусть и манящий и благоговейный, вытесняется лучами дневного светила. Я приведу тому элементарнейший пример: в банке, где людям приходится часто бывать и стоять в изнурительных очередях, вряд ли кому-то после рабочего дня захочется рассматривать стены. А зря: разводы, сперва кажущиеся расплывающимися завихрениями, оказываются при внимательном изучении волнами, на которых… лежит обнаженная русалка! Это удивительно, но никто не поднимает глаз от своих бумаг, не хочет найти чудеса. Может, это и к лучшему, ведь если бы об этом чуде знали все, оно перестало бы им являться. Поэтому чудеса способны видеть только чуткие люди, душа которых зрит не на поверхность, а вглубь явлений и вещей. Остальные же довольствуются пустой оболочкой, но в этом виноваты лишь они. Должна признаться, я была приятно удивлена тоном твоего письма, — а все же ты романтик (какая прелесть!), который сидит за тяжелой дверью собственного рационализма и выходит размяться только по ночам. Чудесно, я очень рада, если окажусь права, ведь тогда мы с тобой больше даже, чем родные люди, — мы с тобой комплементарны. Удивительно, правда? Подозрительная колючка и закоренелый реалист превращаются ночью в сумасшедших по природе своей романтиков и увлеченно беседуют обо всем на свете, болтая ножками с карниза крыш и наблюдая за звездой в спокойной глади лужи. Ты сам неплохо уяснил, что я не прочь научиться тому, чего не знаю и не прочь узнать. А предложение заманчиво звучит к тому же… Но, понимая, что такой настрой приходит не всегда, я буду ждать удачного момента, и тогда ты будешь должен мне рассказать о ночных чудесах все, что знаешь. Вова, ты наверняка заметил, что я задаю тебе приличное количество вопросов, но ты то ли считаешь их риторическими, то ли не хочешь удовлетворить мое любопытство… Я составила список из вопросов, которые когда-либо тебе задавала и не получила ответа. Но это не значит, что на этом заканчивается все, что я хочу у тебя спросить, — список вопросов из прошлых писем: 1. Расскажи мне о своем неомарксизме! 2. И все-таки, что же ты имеешь в виду под «личным письмом»? 3. Поделись со мной своим мнением насчет того, как ты относишься к наркоманам, чей наркотик – общение с интересными людьми. 4. Публиковал ли ты что-нибудь в Интернете? 5. Любишь ты посещать театры, или обходишь их сторонкой? 6. Мне все еще интересно, как ты меня представляешь. Что значит «осязаемый»? Что меня можно пощупать? 7. Неужели тебе самому после прочтения рассказа трудно составить описание героев? Или ты хочешь узнать их от меня? 8. Считаешь ли ты рассказ «Предназначение» достаточно серьезным для возраста, в котором я его писала? 9. А вот вопрос, возникший по ходу поиска вопросов в письмах: вопрос к цитате из твоего письма — «малюсенький эпизод из личной жизни. Одной своей девушке я писал очень длинные письма» — отсюда следует, что у тебя не одна девушка, а несколько? Или ты неправильно выразился? Или что это вообще такое, меня распирает просто-таки от любопытства: ты – начинающий шах, приверженец многоженства, а так как неженат (да ведь?), то приверженец многоухаженства? 10. Почему тебе интересны мелочи моей жизни? 11. Я рассказала о своей любви. А ты любил когда-то? 12. Ощущаешь ли ты, что люди разного пола думают тоже по-разному? 13. Как ты думаешь, можно ли полюбить такое существо, как я? 14. Как считаешь, слишком ли я серьезно отношусь к любви? 15. Кто такой Данелий, все же? 16. Чем ты занимаешься, что вечно занят? 17. Ты сильно ощущаешь мое влияние на твою жизнь? Ну вот, закончились вопросы на семнадцатом. На цифре, которая будет означать 29 сентября в 21:30 число лет, которые я прожила на Земле. Не упускай из вида, что я хочу получить ответы на все вопросы, что я тебе задала. Танюшка Cool