Приключения во времена Людовика XIII продолжаются (II книга)

В один из дней кто-то из слуг привел к Изабелле бедно одетого мальчишку в огромных сапогах не по размеру. Он протянул графине ее шпильки с жемчужными головками и гордо сообщил, что пришел от своего лесного отца. Он любопытством оглядывал комнату трактира; его взор остановился на открытой шкатулке с драгоценностями Изабеллы - к счастью, в его лице не было алчности. -Мне велено передать вот что: - грубовато произнес мальчик. - Если от того места, где вы говорили с моим отцом, идти на север две мили, вы наткнетесь на дом лесника. Там находится человек. Он болен. Мы его деньги, конечно, того…забрали, и лошадь тоже, но еду оставили. Если хотите сделать доброе дело – пошлите за ним кого-нибудь. Он - дворянин и… этот… иностранец. -Что с ним? – воскликнула Изабелла. -Отец говорит, что горячка. Он весь в давних и свежих шрамах – даже лицо. Может быть, он – бретер из Парижа?! Он взял предложенный сверток с отменным куском ветчины и, более не отвечая на вопросы, ушел. Смутное сомнение охватило Изабеллу. Иностранец со шрамом… Кто это? Уж не дон ли Себастьян?! Но что он тут делает? И как послать в лес слугу? Попросить мужа? О небеса! Легко сказать! Неизвестно, что ответит ее грозный муж, едва она заикнется об испанце, вновь оказавшемся у них на дороге! Стоило ли ей тайно поехать к нему? Или следовало забыть о нем, заняться повседневными делами, словно никогда не было его в ее жизни? Но нужно быть с собой честной… Хотя прошло уже несколько лет со дня испанского плена, Изабелла, конечно же, помнила о доне Себастьяне. Он уехал тогда, как думал, навсегда, но он сейчас он оказался в Париже. Что привело его во Францию? Только ли желание увидеть родину? Изабелла опасалась, что нет. Сможет ли он совладать с собой и не пытаться увидеть ее? Поминуя его внезапные и резкие вспышки страсти, наверное, увы, нет. Не лучше ли ей самой навестить его? Но она и не хотела ранить де Силлек даже намеком на склонность к романтичному испанцу! Изабелла любила де Силлек слишком сильно, чтоб заставлять его ревновать. Да, она обожает его до самого чрева, но, наверно, все-таки не будет ничего страшного, если она попробует спасти испанца. Она побежала к Джулии. -О господи, - запричитала та, выслушав ее сбивчивый рассказ, - только этого не хватало! Дон Себастьян, что, рассчитывает преследовать тебя всю жизнь!? -А если там не он, а какой- то несчастный? Мы же не бросим его одного в лесу? -Нет, конечно! Пошли туда слугу! -Но слуга не знает дороги! -О, я помню подобное выражение упрямства на твоем лице…Ах, Изабелла, ты не думай поехать туда! -Джулия, я должна убедиться, что там не дон Себастьян! -Ты с ума сошла! -Помоги мне! -И еще просишь меня помочь! Боже всемогущий! Я и не подумаю тебе помогать! -Но почему?! -Меня убьет господин граф! Лучше сию минуту иди и сама расскажи ему все, что узнала! -Да он же подумает, что я специально договорилась встретиться с доном Себастьяном! -Ты бы так подумала на его месте? -Нет, конечно! -Так почему ты отказываешь де Силлек в праве понять тебя? Потому что он мужчина?! -Да! -О святые! До чего сложно с такими людьми, как ты! У вас все всегда мудрено! Вам сложно признаться в любви, в нежности, в проступке, вам невозможно покаяться, открыться, попросить прощения. Даже правду сказать затруднительно! -Джулия, какую правду? Ты что говоришь?! -Я так и знала, что испанец никогда не успокоится! Я давно заметила: все твои поклонники как на подбор люди горячие! Так она причитала все следующее время, но все –таки решилась сопроводить Изабеллу к несчастному в лесу. Они взяли слуг Джулии, ее лекаря и тихонечко улизнули из города. Для визита Изабелла выбрала скромное платье – светло-серое, с небольшим испанским воротником. Пусть не видит дон Себастьян ее обольстительной и загадочной. Так будет лучше - он, несчастный, не влюбится еще больше. Но разве Изабелла могла скрыть свои смеющиеся глубокие глаза, влекущие губы, розовый атлас щек, роскошные волны волос, изумительную фигуру, обаяние улыбки? Как она могла спрятать жизнелюбие, удивительную доброжелательность к людям? Взглянув на себя в зеркало, Изабелла осталась довольна своим скромным обликом, не понимая, что кажется сейчас красивее, чем в первый миг встречи с испанцем, ибо из зеркала смотрела не наивная девушка, а знающая себя молодая женщина- женственная, чарующая, уверенная в себе. С маленьким отрядом она свернула возле Айстра налево и углубилась в лес. По счастью, Изабелла хорошо ориентировалась и быстро вывела сопровождающих на нужное место. Маленький домик лесника представлял собой крепкое строение под крышей из дранки, сделанное умелыми руками и окруженный кустарником с алыми блестящими плодами. Перед слегка покосившимися дверьми домика Изабелла остановилась и осмотрелась. Кругом мрачно высились сосны, как высокие поминальные свечи. Было тихо, только ветер тихо ворчал в тяжелых кронах, да иногда вдруг в подлеске раздавался треск сухого валежника под чьей- то осторожной ногой. -И что теперь? - с неудовольствием отозвалась Джулия. Она яростно надвинула на глаза шляпу с красивыми перьями нежно- зеленого цвета. - Чего ты замерла? Ты же жаждала увидеть своего красавчика – входи! -Не будь злой, Жули! -Знаешь, если ты так мало ценишь свою жизнь и любовь г-на графа, что рискуешь ими, то я отнюдь не собираюсь лишиться уважения твоего мужа. А я его потеряю, если выясниться, что я тебе помогала. Я тебя умоляю, Изабелла, прошу как хорошая подруга, мы должны только глянуть, кто там страдает, и сразу бежать отсюда подальше! Ты слышишь? Я не хочу, чтоб ты выслушивала речи своего испанца. Говорить он умеет, надо отдать ему должное, и каждый раз он, будто вещун, заговаривает тебя! А теперь войдем! Но Изабелла медлила. Лес внезапно потемнел –это облако закрыло солнце. Налетел резкий порыв ветра. Деревья застонали, заурчали, мрачно нахохлились. Подруги поскорее вошли в дом, где уже скрылись слуги. Слова дворянина-разбойника подтвердились: в старом доме лесника они обнаружили больного человека. Это был действительно дон Себастьян. Он, похоже, давно впал в забытье, и лежал на кровати под старыми медвежьими шкурами бессильно склонив голову набок. Несмотря на восковую бледность похудевшего лица он казался спокойным и почти красивым, словно жизнь уже ушла из его сердца. Отвратительный глубокий шрам, стягивающий его левую щеку, выглядел сегодня на его лице ненужным, и хотелось смахнуть его рукой, как черную траурную бабочку. Лекарь присел у кровати. Слуга по его знаку начал растапливать очаг, в котором лежал хворост, покрытый пылью. -Идем отсюда, Изабелла! –торопилась Джулия, волнуясь, ибо Изабелла застыла как изваяние. – Мы сделали все, что могли и можем вернуться. Тут вокруг могут быть ужасные разбойники или дезертиры! Кто их знает – вдруг они специально заманили нас сюда и собираются напасть! А я –не ты, я дорожу своей жизнью и поем тех, кого люблю и кто любит меня! Изабелла подчинилась. Она повернулась, чтобы выйти на крыльцо, когда ее пригвоздил к месту голос дона Себастьяна с присущими ему резкими интонациями. -Не уходите! Донья Изабель, я узнаю вашу походку среди тысяч шагов, я слишком хорошо помню вас. Мне не нужно открывать глаз, чтоб понять - вы рядом. И Изабелла горько пожалела, что приехала. Он и не думал разлюбить ее. Любовь ясно читалась на его вдруг задрожавшем, худом, заросшим бородой лице! Даже скромное платье не помогло - он опять обжегся о ее красоту. -Донья Изабель! - надрывно прошептал дон Себастьян, приподнимаясь. Лекарь уложил его силой и поднес к его губам кружку с вином. Слуги суетились рядом, подожгли фитиль масляной лампы под потолком, достали из корзины различные притирания и бальзамы, бутылки с вином, жареную курицу, истекающую ароматным соком пулярку и холодный заячий паштет. -Приветствую вас, - промолвила Изабелла напряженно. Дон Себастьян рухнул на кровать, словно вспышка энергии лишила его сил, но продолжал жадно оглядывать Изабеллу, не обращая внимание ни на кого. -Вы изменились, - прошептал он, будто в бреду. - Стали еще красивее и обольстительней. -Мой друг, откуда вы здесь? -А вы? – он глядел на нее с таким видом, словно у него от избытка чувств сжималось горло. -Один человек сообщил мне о вас! -Разбойник!? Они ограбили меня; похоже, даже забрали лошадь, но меня не убили, увы! -Они сообщили, что вы здесь. Лекарь осмотрел больного, накапал и уже подавал ему мутную склянку с микстурой. -Вы ранены, сударь? -спросил он озабоченно. -Нет, нет! Оставьте меня!– испанец не отрывал взгляд от лица Изабеллы. - Я искал вас на Луаре, донья Исабель, но мне сказали, что вы уже уехали вслед мужу в Ла-Рошель. Джулия желчно хмыкнула. Она приоткрыла дверь на улицу, чтоб пустить в дом немного свежего воздуха. Порыв ветра поднял с пола серое облачко пыли. -Я отправился сюда, донья Исабель, но по дороге силы покинули меня! Лошадь привезла меня сюда, почти полумертвого. Мне хватило силы дотащиться и упасть на этот жесткий холодный тюфяк. Потом помню смутно - разбойников, бесцеремонно обыскивающие меня и мою сумку. Сосновая шишка со следами смолы с глухим щелчком упала на ступеньки и отскочила к сапогам Джулии. Джулия вздрогнула и позвала Изабеллу: -Идем! Нам пора! -Нет! –вскричал дон Себастьян. -Ему нельзя говорить, мадам!- сообщил лекарь с неодобрительными нотками в голосе. –И перевозить его тоже нельзя. У господина сердечная болезнь. Тут нужен полный покой. Ваши милости могут вернуться, а я и Жан с Иовом останутся. -Поехали скорее! - прошептала Джулия. Она все еще не снимала перчаток и не подходила к дону Себастьяну. Изабелле на миг показалось, что подруга опасается не столько нападения разбойников, сколько приезда совсем других людей. -Останьтесь, сударыня! - воскликнул испанец с мукой. По его лицу прошла судорога. –Умоляю вас! -Идем же! – воскликнула Джулия опять чуть ли не с ужасом. Она, уже никого не слушая, быстро дала указания двум слугам, лекарю и почти вытолкала Изабеллу из домика. -Это безумие! –повторяла она, задыхаясь то ли от страха, то ли от волнения. –Ужасно, что он говорит! Изабелла, прошу тебя, не слушай ты его! Его речи о любви не доведут тебя до добра! Если я приму поцелуи какого- нибудь приятного кавалера, Анри надуется, но простит меня, не выдержит, но твой муж… Он не простит никогда, слышишь!? Умирать будет, но не простит! Ты знаешь его силу воли – он не простит тебя, Изабелла! Возможно, не убьет тебя, но заставит себя позабыть тебя! Ради бога, ради всего святого, не сломай ему и себе жизнь! Ты не любишь испанца, но ты можешь ошибиться и полюбить! Изабелла тяжело вздохнула. Ей была непереносима мысль, что дону Себастьяну не дано было узнать любовь - и все из-за нее. И в то же время такая беззаветная любовь трогала ее до глубины души. В доне Себастьяне таилось непонятное очарование, нежность и бескорыстье. Все дорогу обратно она думала о нем, не обращая внимание на красоту окружающего их осеннего леса, уже разукрашенного кое-где в нарядные багряные и лимонные цвета. Пронзенный косыми лучами яркого солнца, он блестел как золото. -Что мне сказать Анри? – мрачно спросила Джулия. –Изабелла, ты меня слышишь? Как я ему, объясню, где была? Солгать? Мне неприятно ему лгать! И если я скажу ему правду, я вовсе не уверена, что он предпочтет не вмешиваться в ваши отношения с графом де Силлек! Все четверо наших друзей знали друг друга задолго до появления нас в их жизни – они преданы друг другу! Они сообщат де Силлек, где ты была. Лучше заранее попроси прощения у своего грозного супруга! -Да за что просить?- удивилась Изабелла. -Не знаю, -махнула рукой Джулия. –Имея я мужем сурового графа де Силлек, я бы все время каялась и стояла на коленях. Изабелла улыбнулась. По счастью, Джулия тоже замолчала и только кусала губы, кутаясь в широкий теплый плащ. Она подозревала, что доброе сердце Изабеллы принесет ей беду.