Маленькая чертовка

Как известно, беда не приходит одна. На этот раз их случилось аж целых две: первая подрывала дух фейритейловцев изнутри, обернувшись белокурым ангелом с танцующими в карих глазах чёртиках, а вторая появилась одним (не) прекрасным утром на пороге гильдии, приехав в Магнолию прямиком из Эры. Это был небезызвестный в определённых (хвостатых) кругах представитель Совета, капитан Лахар. Ибо туда пришло несколько жалоб о творящихся в Магнолии безобразиях. Надо было срочно разобраться во всём и выяснить, куда же, чёрт его дери, смотрит „Хвост Феи“ и как он мог такое допустить? Первое, что поразило представителя Совета — это город. Нет, он был всё такой же цветущий и приятно пахнущий, но народу на улицах как-то резко поубавилось, а те, кто ещё передвигался, предпочитали прятаться за деревьями. Решив, что всему виной „монстры“, о которых упоминалось в докладных записках, маг поспешил в гильдию. Памятуя о буйном нраве „хвостатых“, Лахар осторожно открыл дверь и сразу отпрыгнул в сторону… Ну, в общем он не прогадал. Только вместо привычно вылетающего „мужика“ Штрауса оттуда на метле вылетела экстравагантная целительница „феечек“. Маг моргнул. Снял очки. Протёр. Надел. Опять моргнул. Не помогло. Ибо старушка, всё также восседая на метле, гордо возносилась в небеса, беря направление в сторону леса. Проводив странный летательный аппарат и его водителя глазами, мужчина всё же рискнул переступить порог гильдии. Где его ждало второе на сегодня потрясение — покрытый лишаистыми пятнами огромный мужик, преспокойно пробующий на зуб копательную часть старой ржавой лопаты. — Кто это?! — прохрипел представитель Совета, показывая трясущимся пальцем на ожившего упыря. „Упырь“ оторвался от поглощения лопаты, поднял на капитана красные глаза и задумчиво так протянул:  — Капита-а-ан, как вы могли меня забыть? — в этот момент одно из лишаистых пятен оторвалось от его лица и шлёпнулось на пол. Лахар позеленел. Зомби почесал место, от которого отвалилось пятно, и представился: — Я Гажил Редфокс, железный убийца драконов. Капитан икнул: — Кто тебя оживил?! Магию вуду запретили ещё в прошлом столетии! — Да я вроде и не умирал, — пожал плечами его собеседник. — А как ты свой внешний вид объяснишь?! — медленно скатываясь в истерику, возопил Лахар. — Ну, это… Приболел малость, — почесал макушку Гажил. — Кстати, а чего вы стоите? Присаживайтесь! — и гостеприимно похлопал ладонью по скамье рядом с собой. — Это не заразно, правда! Ну, может, почешетесь немножко… Ответить капитан не успел, ибо мимо него прошли двое парней, покрытых волдырями с ног до головы и отчаянно скребущие разные части тела. Представитель Совета побледнел ещё больше и, отшатнувшись в противоположную сторону от предположительно живого и незаразного железного драгонслеера, грозно поинтересовался: — Где мастер Макаров? — Я за него, — лениво отозвался со второго этажа Лексус. — Дедуля приболел малость. — Тоже чешется? — с опаской спросил Лахар. — Нет. На воздушных шариках катался, укачало малость, — пояснил маг молний. — А что случилось? — Жалобы в Совет поступили, что по городу монстры ходят, а ваша гильдия ничего не делает. — Это какие такие монстры? — полюбопытствовал Дреер-младший, бросая странный взгляд куда-то вглубь помещения. — А такие такие! — воскликнул капитан, игнорируя поведение громовержца и вытаскивая из кармана пачку бумаги. — Вот слушайте! — он начал зачитывать выдержки из присланных в Эру жалоб: «Многоуважаемый Совет! Прошу вас обратить внимание на происходящие в нашем городе странности. Последнее время участились встречи мирных горожан с различными монстрами, которые все, как один, околачиваются рядом с гильдией „Хвост Феи“. …В окрестностях города появилась самая настоящая ведьма. Она летает на метле, сверкая глазами и посылая на головы несчастных встречных непонятные проклятия (как утверждает мой свояк. К сожалению, разобрать, какие именно проклятия, он не смог по причине глухоты, полученной при травме головы предметом типа скалка). Кроме того, эта самая ведьма откапывает на местном кладбище мертвяков и оживляет их. Потом они спокойно разгуливают по окрестностям, отбирая у крестьян лопаты, видимо, желая закопаться обратно… (железный убийца драконов довольно ухмыльнулся, потирая место, с которого отвалилось очередное пятно). …Мало того, что чудовища пугают мирных граждан по ночам, так они ещё и похищают детей! Своими глазами видел, как волосатый монстр с зелёной шерстью, ветвистыми рогами, копытами и свиным пятачком вёл на верёвочке маленькую очаровательную девочку. И это среди бела дня! .. (- Это не я её, — завопил Драгнил. — Это она меня!) …Сии монстры столь ужасны, что даже сами волшебники небезызвестной гильдии в ужасе покидают её: на днях оттуда выбежала Кана Альберона и без чувств упала на улице. На все вопросы сердобольных граждан она могла сказать только одно слово: „Чудовища!“ и снова потеряла сознание. Кажется, она до сих пор не оправилась, потому что всё ещё сидит дома и не навещает свою любимую винную лавку…» (гадалка всхлипнула и с испугом покосилась на стоящую в баре выпивку). — И это, — потрясая бумагами, продолжал разоряться капитан, — не считая внезапно обезумевшей женской части населения Магнолии, бегающей по городу с криками: „Целуй его, девоньки! От нас ни один жених не должен уйти!“ (звёздный дух льва нервно икнул), плодоносящих одеждой деревьев (маг льда поплотнее запахнул рубашку), голодных птиц, которые не могут найти в окрестностях ни одного жучка (Титания побледнела и поудобнее перехватила мухобойку) и странного синего животного, отбирающего у людей ключи (заунывное мявканье, раздавшееся с потолка, заставило Лахара замолчать и поднять голову в поисках источника звука). Как вы всё это объясните, а?! „Хвостатые“ начали объяснять. Представитель Совета молча слушал, чувствуя, как его глаза медленно, но верно покидают предназначенное им природой место и перебираются на лоб, одновременно увеличиваясь в размере, а челюсть, наоборот, желая на полную катушку использовать закон земного притяжения, с первой космической скоростью стремится к полу. — Ну, и где она? — только и мог он спросить, когда рассказ был закончен. Маги расступились, и из глубины зала (куда маг молний недавно кидал странные взгляды) к нему шагнула… Нет, даже не девочка и вовсе не то исчадие ада, как ему здесь расписывали! Это была настоящая принцесса, каким-то непостижимым образом сошедшая со страниц детских книжек и решившая по доброте душевной посетить их бренный мир. — Люси Хартфилия, — церемонно представилась она, делая изящный реверанс по всем правилам этикета. — Прошу меня простить, что принимаю вас в таком неподобающем виде, господин… э-э-э? — Лахар, — автоматически выдавил из себя мужчина. — Господин Лахар, не соблаговолите ли выпить со мной по чашечке чая и рассказать последние новости? — Прошу простить, мисс, — ответил законник. — Я вынужден на минуту вас покинуть, — он отвесил девочке поклон и направился к стойке, буквально кипя от негодования: мало того, что одного из самых адекватных и милых волшебников гильдии в ребёнка превратили, так ещё и научат не понятно чему. Решение пришло мгновенно. — Миражанна, — обратился он к Штраус-старшей, — можно я заберу малышку в Совет, пока не найдёте решение для обратного колдовства? Мира посмотрела на него круглыми глазами, потом неуверенно кивнула: — Х-хорошо, только вещи для девочки соберём. Да, и ключи её возьмите с собой, вдруг заклинание само развеется. Уставший от произошедшего в гильдии капитан, ожидая, когда соберут его будущую головную боль в дорогу, присел перевести дыхание и выпить стакан воды (за упокой… простите, за здравие себя любимого) за барную стойку. Недалеко от него стояла огромная кастрюля, накрытая крышкой, на которой лежал небольшой груз. Не сумев перебороть любопытство (Лахар, видимо, забыл, что не всё, увиденное у „хвостатых“, полезно для морального здоровья), мужчина сдвинул груз и открыл крышку. Заглянув в кастрюлю, он буквально застыл (Ёла, если бы ей посчастливилось стать свидетельницей данной метаморфозы, умерла бы от зависти): на капитана, призывно подмигивая, смотрели огромные лазурные глаза, опушённые чёрными ресничками, и тянулся, сложившись в трубочку, пухлый красный ротик. К сожалению (или счастью), законник не успел вовремя среагировать на буквально выпрыгнувшее из кастрюли НЕЧТО, что заключило мужчину в страстные объятия и прошептало: „Всё. Я влюбилось“, после чего смачно чмокнуло Лахара в губы и растеклось кавайной лужицей по полу. „Хвостатые“ зааплодировали. Ведь ни у кого из них не хватило смелости поцеловать НЕЧТО, чтобы от него избавиться, поэтому и пришлось в кастрюльку запихивать… До лучших времён, так сказать.

***

Перед отъездом в Совет девочку одели, как настоящую принцессу: на ней было нежно-фиолетовое платьице, волосы уложили в сложную прическу и закололи жемчужными заколками. Не девочка — ангел. А уж как она себя вела: сдержанно, с достоинством, чисто аристократка. Впрочем, никто из „хвостатых“ не сомневался, что этот „цветочек“ ещё покажет себя во всём великолепии. А умирающий на балконе со смеха маг молний искренне сожалел, что пропустит такое представление… Капитан Лахар, взяв малышку за руку, пошёл к двери, но на полпути попросил Люси подождать его и вернулся к стойке. — Э-э-э… Мира… Я могу надеяться, что это, — он указал глазами на кавайную лужицу, всё ещё присутствующую на стойке, — останется между нами и не покинет стены гильдии? — Можете, — кивнула дьяволица и, глядя в спину уходящего представителя Совета, уже тише добавила: — Наверное… Дверь гильдии за Лахаром закрылась. Магнолия выдохнула. Эра и Совет ещё не знали, что их ждёт…