Маленькая чертовка

На этот раз утро началось не с привычного поиска «козла отпущения», то бишь няньки для маленькой заклинательницы, а с военного совета. Утомлённые проказами блондинистого ангелочка, согильдийцы, наконец, решили, не рассчитывая больше на то, что ЭТО пройдёт само, поискать избавления от свалившейся на их многострадальные головы проблемы. В состав совета вошли: команда Нацу (включая сидящего на люстре Хеппи), Мира, Леви и позеленевший Гажил. Ребята старательно вспоминали все события, произошедшие непосредственно перед тем, как с их боевой подругой приключилась такая нехорошая вещь. Поднапрягши свои извилины, общими усилиями было рассказано о последнем задании, полученной награде, приложенной к ней шкатулке, возвращении домой… — Шкатулка! — вдруг закричала маг слова. — Я вспомнила! Люси просила меня узнать о странной шкатулке, а я совсем забыла… — причину своей забывчивости МакГарден решила не озвучивать, чтобы не лишиться любимых книг, а то ведь ребята после перенесённых приключений точно отправят их куда подальше. Как ни странно, это заявление синеволосой волшебницы очень обрадовало её согильдийцев — кажется, перед ними замаячила робкая надежда, что этот кошмар скоро закончится. Леви в сопровождении команды Нацу (всё же близкие друзья заклинательницы, часто бывали в её квартире, знают что и где) и Редфокса (так, на всякий случай) отправилась домой к Люси, чтобы потом, найдя шкатулку, пойти в библиотеку и поискать способ расколдовать девочку. Зачем такой толпой надо было идти, никто объяснить не мог, но Мира, искоса поглядывая на малышку, кажется, догадывалась о причине такого необычного рвения. Когда за магами закрылась дверь, дьяволица с ужасом поняла, что сегодня, кроме неё и остальных представителей семейства Штраусов, следить за ребёнком некому. О чём она и сообщила брату и сестре. — Давай не будем расстраиваться заранее… — протянула Лисанна. — Будем, — хмуро вздохнула Мира, вспоминая все проказы, учинённые их сегодняшней подопечной. Девочек выручил Эльфман. С воплем: «Я мужик!» он вызвался первым посидеть с малышкой, что девочку очень обрадовало. Она предложила ему поиграть в корриду (сказывались последствия позавчерашних уроков учительницы Леви МакГарден). «Братик Эльфи» кивнул головой и пошёл просить у Миры её красную шаль, которую торжественно вручил малышке и со словами «Ты же мужик, значит, должна держать чуть повыше» начал объяснять правила. Справившись с объяснением, главный «мужик» гильдии отошёл от девчушки подальше, приставил руки к своей голове, сделав «рога» и со звуком «Му-у-у» поскакал на платок. Но заклинательнице это явно не понравилось. Она топнула ножкой и сказала: — Нет, мужик, то есть я, хочет настоящего быка для корриды! — за пять минут общения со Штраусом она подхватила это заразное словечко. А «мужик», сражённый наповал её «мужиком», не задумываясь о последствиях, перевоплотился в быка… Коррида продолжалась несколько часов. Малышка просила мага принимать по очереди все его облики. Эльфман с криками: «Я же мужик! Я должен это сделать!» становился то быком, то тигром, то крокодилом… Девочка весело смеялась, хлопала в ладошки, махала красным платком и несильно тыкала в зверя нехитрым «инструментом» матадора: ёршиком, вантузом и максовой шваброй. В конце концов маг признал за ней полную и безоговорочную победу и рухнул на пол, прося пить. Заклинательница кинулась выполнять его просьбу. — На, — вернувшись, Люси протянула Эльфману стакан. Тот схватил его и залпом, с жадностью выпил. - Ещё? Волшебник кивнул. Девочка счастливо заулыбалась и убежала. Бегала она раз пять. Дьяволица со всё возрастающим беспокойством наблюдала за её челночным бегом. В очередной раз она вышла из-за стойки и перехватила заклинательницу, снова бегущую откуда-то с полным стаканом. — Солнышко, — спросила Мира, присаживаясь перед малышкой, — ты чего это бегаешь туда-сюда? — Эльфи пить хочет, — ответила та. — Ага, — кивнула Штраус. — А водичку ты где берёшь? — Вон там, в той комнате, — детский пальчик указал в направлении дамского туалета. — Только я до раковины не достаю, пришлось из другого места брать. Эльфман побледнел, потом позеленел, прохрипел: «Я… му… му…» и бросился вон из гильдии. Вслед ему нёсся обиженный детский голосок: — Братик Эльфи! А ещё стаканчик? Я ведь уже набрала!

***

Увидев, что девочка осталась без присмотра, Лисанна решила сама заняться малышкой и позвала её на кухню, сказав, что научит Люси готовить… Если бы только она знала, что и как девочка будет готовить, магичка раз и навсегда отказалась бы от этой затеи. Нет, в начале всё шло вполне прилично. Девочка внимательно слушала объяснения Штраус-младшей и даже действительно помогала ей: то соль подаст, то сахар добавит, то салатные листья порвёт мелко… Так было ровно до тех пор, пока Лисанну не позвала сестра, попросив помочь с разносом заказов. Малышка осталась на кухне одна, клятвенно пообещав ничего не готовить. Ну, она и не готовила. Почти. Разве можно назвать полноценной готовкой варку варенья? Ведь мага перевоплощения не было слишком долго, а девочка заскучала, да и захотелось ей сладенького, что такого? Найдя большую кастрюлю, малолетний повар налил туда воды и покидал всё, что попалось под руку: колбаску, огурцы, помидоры, клубнику, картошку, кабачки, вишню… И, конечно, целую гору сахара. Не считая порошочков и различных приправ, в изобилии стоящих на полочках. Запах у этого кулинарного шедевра был просто умопомрачительный. Когда он достиг зала гильдии, маги мигом вспомнили о неотложных делах и слиняли. До проветривания помещения. Пока же варенье варилось, девочка решила сделать ещё одно доброе дело — помыть посуду, что и сделала практически без потерь со стороны этой самой посуды. Пару стаканов никто не хватится, ведь правда же? Но Лисанна всё никак не появлялась, и тогда малышка решила поиграть в кубики. Только где же на кухне кубикам взяться? Зашедшие, точнее, забежавшие некоторое время спустя на кухню сестрички Штраус обнаружили пирамиду из посуды, гордо восседающую на ней заклинательницу и кипящее на огне НЕЧТО (что, казалось, жило своей жизнью, ибо из кастрюли периодически высовывались щупальца и тянули туда находящиеся по близости продукты, да и не только…) с умопомрачительным запахом.

***

Только поздно вечером сестры Штраус смогли перевести дух и посчитать нанесённые ураганом по имени «Люси» убытки. Список их был очень обширен. Помимо загнанного и напоенного из унитаза Эльфмана, странного НЕЧТО из кастрюли (которое потом весь день бегало по гильдии, распространяя «умопомрачительный» запах, лезло ко всем обниматься и, копируя интонации Миры, предлагало найти несчастному вторую половинку, а угомонилось лишь после заката, когда уставшие «хвостатые» сумели заманить ЭТО в кастрюльку и закрыть НЕЧТО там, положив груз на крышку, кастрюлька попрыгала на стойке, но быстро успокоилась, видимо НЕЧТО уснуло) и перебитой посуды (потому что совсем без потерь разобрать пирамиду оказалось невозможно) сюда вошли: самолётики из бумаг, присланных из Совета; полное исчезновение спиртного из бара («Я не хочу, чтобы и с другими случилось то же, что и с Каной!» — рыдала девочка) и лакрима, безостановочно показывающая фильмы для взрослых под грифом «18+». Последнее весьма повеселило мага молний. Он забрал странно ведущую лакриму себе со словами: «Деду потом отдам, пусть старичок порадуется. Когда вернётся.» (Макаров после прогулки с «внучкой» исчез из гильдии, видимо, желая немного прийти в себя). — Знаешь, Лис, — вздохнула Штраус-старшая, — оптимист обычно считает, что стакан наполовину полон, пессимист — что наполовину пуст, а я… — дьяволица протянула остаток фразы, хмуро смотря на мирно спящую девочку. — А я считаю, что стаканом можно бить людей. Лисанна хотела было сказать что-то успокаивающее и подбадривающее, но, вспомнив пошедший день, не решилась… Кажется, за день, проведённый с маленькой чертовкой, всё семейство Штраусов в чём-то, да изменилось: Лисанна уже не была постоянно милой и со всеми приветливой, иногда становясь не менее устрашающей, чем её старшая сестра, Мира слегка охладела к своим любимым стаканам и сводничеству, Эльфман же… Бедняга больше никогда не произносил слово на букву «М».