The Voices

Прошли выходные и надо было снова идти в школу. Лиам думал о произошедшем два дня. Думал об этом в туалете, душе, когда ел, ложился спать. Больше ничем и не занимался, как принимал одно решение у себя в голове, которое повлияет на всю его жизнь. Парень вообще не понимал, почему он целовал его. Зачем? Но так хотелось сделать это снова, смотря в голубые глаза и чувствуя легкую щетину. Но… Моральные устои и предубеждения, заложенные в старшей школе про таких людей, как Зейн Малик, не могли позволить этому случиться еще раз. И вот сейчас Пейн идет в школу и даже не может представить, как же он будет отвязываться от Малика. Сказать больше, парень вообще ничего не знает и не понимает.

***

Прошло уже три урока, но Зейна все не было. Да, даже дав обещание держаться от всего этого подальше, он не смог заставить себя не искать глазами его зеленое худи. Как девочка-подросток, парень сидел и ждал, что вот сейчас он к нему придет, а тот в ответ сделает вид, что не ждал его столько времени. Все это так типично. Только с возрастом мы понимаем, что не надо не звонить, не писать, не говорить, потому что это большая ошибка. Человеку, которому ты дорог сам позвонит и напишет тебе, несмотря ни на что. Он отталкивает все мысли о Малике, ни с кем не говорит и старается вообще не думать. Ведь как только мы задумаемся о человеке, то сразу будем представлять хорошее будущее, которого и в помине не будет. Это наша жизнь и если что-то должно было уйти из нее, оно и ушло, как бы мы сильно за это не держались и не старались выстроить из обломков прошлого, свое настоящее и ближайшее будущее. До того момента, как проходя парк не увидел человека, который лежал на холодной весенней траве, что еще не насытилась теплотой от яркого солнца. Это был Зейн, смотрящий в небо с немного приоткрытым ртом. — Зейн? — спросил Лиам, подходя ближе, — ты что тут делаешь? А в голове у парня только одно: последние пять часов, которые разрушили его на кусочки.

***

— Дорогой, ты помнишь, что идешь сегодня к психологу? — спросила ласково мама, легонько дотрагиваясь до плеча сына, который в ответ кивнул, — ничего лишнего не говори и не спрашивай. Все, как обычно, будь хорошим мальчиком и покажи ей это. Мама всегда волновалась об этой встрече раз в год. Иногда, казалось, что она даже ночь не спит, словно боясь чего-то, что могло утащить маленького Зейни в темноту, из которой так трудно выбраться. Так и случилось. — Привет, Зейн, давно не виделись, — сказала сорокалетняя женщина в кожаном кресле. У нее были морщины на лбу и алая помада, которая от них отвлекала. Белая рубашка и строгие брюки, аккуратное кольцо, при том не обручальное. Оно говорило, что она — женщина глубоко одинокая, нашедшая пристанище в чужих проблемах, уплыв от бухты своих, — как дела? — Все отлично, как всегда, — приветливая улыбка совершенно не радовала душу психолога. — Что нового? Влюбился? — Нет, — ответил он и увидел, как она прищурилась. — Врешь? — Да, — и хихикнул. — Ну и правильно. Сейчас я достану рисунки и мы начнем. Женщина показывала Зейну рисунки и спрашивала, что он видит, о мыслях и вопрос, который его всегда смущал: — Ты слышишь посторонние голоса в своей голове? Он всегда отвечал отрицательно, потому что так сказала мама. Но на этот раз Зейн решил сказать правду. Ведь парень он уже большой и сам может решать, должны ли люди знать правду о нем или нет. — Да, я слышу их. Реакция была удивленная, она спустила очки по переносице и наклонилась поближе. — Как давно? — Я не помню, когда это началось. — И что же они говорят? — Раньше говорили, что у Вас нет вкуса, а теперь хвалят выбор в помаде, потому что это очень смело. А сейчас, что я полный придурок, потому что рассказал Вам о них. Голоса требовали встать и бежать далеко, там где его никто не достанет. Зейн сидел в комнате, ожидая пока врач поставит печать на документе. Малик смотрел в одну точку, пока голоса орали на него и ругались друг с другом, молчало только Будущее. — Малыш, отдай это лично в руки маме, — она протянула бумагу. — Что это? — Не так важно, все как обычно. Пока, Зейн Малик! Он опустил голову вниз и прочитал то, что повергло его в шок. Парень точно знал определения этих терминов, но их тут полно и в одну строчку. Неужели это все относится к нему? Психоз с шизофренией и неврозами, подозрение на биполярное расстройство. Как это все могло описывать его? Человека, который для себя был абсолютно нормальным.