Пользуясь случаем, хочу...

- Томми, где ты вчера был?! – Эшли укоризненно смотрела на сконфуженного гитариста, который старательно делал выспавшийся вид. В ожидании своей очереди на запись компания музыкантов, за исключением главной звезды, сидела в кафешке на первом этаже студии. - Да так… - неопределенно помотал головой Рэтлифф. – Возникли кое-какие проблемы. Простите, что не смог позвонить: я телефон дома забыл. - Ну и ладно, - беззаботно отмахнулся ударник. – Все равно запись перенесли. Но мы переживали, чувак! - Да, я знаю. От дальнейших объяснений гитариста спас появившийся в дверях Ламберт, на которого и переключилось всеобщее внимание. Тепло поприветствовав друзей, он как-то особенно медленно и аккуратно приземлился на стул и поморщился, ерзая, словно сел на гвоздь. - Адам, что-то случилось? – по-женски запереживала бас-гитаристка. - Эээ, нет-нет. Все в порядке. Просто… Просто спина болит немного. В зале вчера перезанимался. Рэтлифф с трудом сглотнул и поспешил спрятать лицо за своей сильно отросшей челкой. - Дааа, вчера вообще какой-то странный день был, - согласно кивнул Айзек. – Сначала Томми пропал и трубку не брал, потом тут, в студии, хрень всякая творилась… - Точно-точно! – охотно подтвердила Эшли. – Здесь и правда что-то загадочное происходило вчера. Двери сами собой хлопали, а потом кто-то связал Айзеку шнурки, хотя я все время была рядом и ничего не видела! Как будто… человек-невидимка орудовал! Гитарист нервно прочистил горло и залпом опустошил стакан содовой, а девушка как ни в чем не бывало продолжила: - Правда ведь, Айзек? - Все так и было. - А ты, Адам? У тебя вчера ничего такого не происходило? Ну… Чего-нибудь сверхъестественного? Теперь певец поперхнулся и закашлял, а Томми почувствовал, как потеют ладони и спина. Но Ламберт, откашлявшись, вдруг беспокойно огляделся и потянул носом: - Эээ… Томми, прости за слишком личный вопрос, но… Этот запах - что это? - Что? – испуганно вздрогнул гитарист. Остальные решили, что певец просто предпочел сменить тему, и продолжили спокойно пить свой кофе. - Чем от тебя пахнет? – с подозрением конкретизировал Ламберт и придвинулся ближе, нахально обнюхивая его. - От меня? Н-ничем. Только если… дезодорант. Ну, обычный дезодорант. Я всегда им пользуюсь. - Всегда… Хм…- задумчиво протянул певец и отстранился, явно что-то прокручивая в голове. Он снял и положил на стол свои круглые солнцезащитные очки, и тут внутри у Рэтлиффа все похолодело: ОЧКИ! Вчера на нем были очки! Те, огромные, «бабочка» - похожие на женские, которые он всегда носил, чтобы не привлекать к себе на улице лишнего внимания. Он каким-то чудом нашел всю свою одежду и успел ретироваться из дома Ламберта за несколько минут до звонка будильника, но совершенно забыл про очки! Более того: он даже приблизительно не мог вспомнить, где именно снял их и оставил! Твою мать… *** Как прошла запись и сколько она длилась, Томми даже не осознал. Прячась за челкой, он то и дело поглядывал на Ламберта, стараясь понять: нашел? Или нет? В целом, певец вел себя вполне естественно, если, конечно, не считать некоторой скованности в движениях от вполне объяснимого дискомфорта в заднице. К середине сессии мысль в голове Рэтлиффа оформилась окончательно: нужно вернуться туда – на тот перекресток, где он вчера встретил старуху! Сегодня он готов был не только перевести ее через дорогу, но и донести на руках до дома вместе с ее безумной сумкой – лишь бы получить второй шанс! На этот раз он точно знал, что ему нужно: проходить сквозь стены! Срочно! Чтобы перевернуть вверх дном всю квартиру Ламберта и найти свои очки, пока их не обнаружил сам хозяин. И не сложил в уме дважды два. Ведь, в отличие от Томми, певец искренне верил во всяческую мистику, паранормальные явления и инопланетян. Пулей выскочив из студии под недоуменными взглядами товарищей, гитарист помчался к заветному перекрестку. Долго метался вдоль дороги, сканируя взглядом прохожих по обеим сторонам. Несколько раз он подбегал к незнакомым пожилым женщинам и хватал их за плечо, но потом виновато краснел: «Извините… Мне показалось…». Увы, все было напрасно: старушки-колдуньи нигде не было. *** - Боже мой, простите, я такая невнимательная! – девушка-консультант в бутике MAC виновато моргала густо накрашенными ресницами. – Это ужасное недоразумение! Представить не могу, как он там оказался! Мне казалось, что я взяла именно тот, который Вы показали! Я была уверена, что положила черный лак! Простите ради бога! Но Адам и не думал злиться. Он снисходительно наблюдал, как блондинка, краснея и смущаясь, уносит розовый лак оттенка «Barbie girl» и торжественно несет насыщенный черный. - Вот. Извините еще раз. И возьмите вот это – в качестве компенсации морального ущерба, - девушка робко протянула ему флакон фирменной жидкости для снятия лака. - Ну что вы, все в порядке, - ослепительно улыбнулся певец, чем вновь поверг несчастную в солнечную ламбертонирвану. Он вышел из бутика, все так же улыбаясь самому себе, и чувствовал в себе столько сил и энергии, что готов был свернуть горы. Поэтому при виде худенькой старушки, с опаской смотрящей на оживленную дорогу, немедленно поспешил на помощь: - Мэм! Мэм, Вам помочь? - О, сынок, не стоит, - обернулась старушка, но, внимательно посмотрев на Ламберта, чему-то улыбнулась. - Разве только дорогу перейти: очень уж недолго горит зеленый, боюсь не успеть, ноги переломать… А мне еще до дома ковылять. - Где Вы живете? Я отвезу Вас домой, - охотно отозвался Адам. – Не бойтесь, я не маньяк. - Я вижу, что ты не маньяк, - добродушно усмехнулась старушка. – Поверь мне, за то время, что я живу на этом свете, я научилась разбираться в людях. Ты добрый мальчик. Просто я не хочу создавать тебе неудобств. - Не беспокойтесь, мне не сложно, - он сверкнул самой лучезарной из всех улыбок, имевшихся в его арсенале, ведь перед этой улыбкой не устоит ни одна женщина. Даже если ей глубоко за восемьдесят. - Спасибо, милый, - старушка явно была тронута и позволила музыканту услужливо забрать из ее рук сумку. - О, Господи! Что в ней? – засмеялся Ламберт. – С такой сумкой Вы до дома точно не дойдете! Идемте, моя машина вон там – на парковке. Высадив старушку в указанном районе и вежливо донеся ее сумку до дома, певец еще раз улыбнулся, пожелал ей здоровья и собрался уходить, но услышал за спиной: - Сынок! - Да, мэм? - Подойди ко мне. Ты очень отзывчивый мальчик, и я хочу поблагодарить тебя за заботу. Скажи мне, ты бы не хотел обладать какой-нибудь необычной способностью? – и в ответ на удивленный взгляд серо-голубых глаз продолжила: - Я не шучу. Что бы ты хотел получить ровно на 24 часа: способность читать мысли, возможность проходить сквозь стены или стать невидимым? На секунду Ламберт завис, а потом загадочно улыбнулся, сжимая рукой лежащие в кармане большие солнцезащитные очки в форме бабочки: - Ну, если Вы действительно не шутите, то, пользуясь случаем, хочу… ...