Three reasons for suicide

      — Джи, видишь эти звезды?       — Вижу...       — Знаешь, почему они так притягивают учёных, да и простых людей? Знаешь, почему они нравятся?       — Они... красивые?       — Потому что они далеко. Всё, что далеко, необычно, недосягаемо притягивает.

***

      — Привет, Джерард. — Красивая блондинка подбежала ко мне и поцеловала в щёку. Как её там зовут? Не помню.       — Эм, привет... — Я был немного ошарашен её поцелуем.       — Извини... — Девушка поняла моё смущение и потупила глаза. — Я хотела спросить, что ты сегодня делаешь вечером?       — Я? Эм... Ну ничего. — Пошарив в мозгах, я пришёл к выводу, что сегодня абсолютно свободен.       — Ой, отлично. — Блондинка улыбнулась. — Джерард, а давай сегодня погуляем вечером? В кино сходим там... Или в кафе, например...       — Хорошо, да... Эм-м... — я запнулся, вспоминая имя девушки, — Кристина. Мы можем погулять.       — Отлично. Вот мой номер, позвонишь тогда часов в пять, может быть? — Кристина протянула пахнущую розами бумажку, на которой красивым почерком был написан номер.       — Хорошо, я позвоню, до встречи. — Я скомкал бумажку и сунул в карман джинсов, от чего девушка поджала губы и опустила глаза.       — До скорой встречи, Джерард. — Кристина развернулась и, гордо подняв голову, зашла в соседний кабинет.       Я знал, что поступил очень некрасиво, смяв красивую бумажку при ней, но я и правда не знал, куда ещё можно было запихнуть это чудо, сильно обрызганное духами. Мне не нравился этот запах. Мне вообще не нравятся резкие, сильные запахи. Мне нравится одеколон Фрэнка. Когда он сел ко мне вчера, я впервые почувствовал, как нежно и легко от него пахнет чем-то сладким, немного похожим на корицу. Обычно мужские одеколоны пахнут не так, но этот запах прямо притягивал.       — Джери, киса, знаешь ли ты, какой сегодня день недели? — Кук хлопнул меня по плечу и потрепал по голове.       — Не имею ни малейшего понятия. Четверг?       — Вот именно, киса. — Кук улыбался, как идиот. — А что это значит?       — Ну... Не знаю... Наверное, у нас сегодня 6 уроков, два из которых — математика, которую ни ты, ни я не понимаем.       — Та-а-ак. А дальше? — Глаза Кука горели.       — Наверное, я приду домой, лягу на диван, включу телевизор и засну под какой-нибудь выпуск новостей.       — Чёрт возьми! Ты и правда тупой? Сегодня четверг, а значит, что мы идём завтра в бар, а сегодня устраиваем мальчишник с ночёвкой. — Кук подпрыгнул и захлопал в ладоши, словно маленький ребенок.       — Кто сказал?       — Я, —улыбнулся он во весь рот.       — Когда?       — Только сейчас. Я решил, что теперь мы каждый четверг будем собираться вместе, как в детстве, и обсуждать голых тёлок в журналах. А в четверг пойдём в бар пить Кровавую Мэри.       — Кук, у меня сегодня нет настроения. Тем более меня Кристина пригласила в кафе.       — Эй, приятель. Ты чего? Кидаешь друзей на бабу? — Кук вылупил глаза и удивлённо посмотрел на меня.       — Кук, но я обещал ей... — Я начал было что-то мямлить, но Кук кинул на меня многозначный взгляд, развернулся и ушёл. Кажется, он обиделся.       Куку всегда приходили в голову новые мысли, которыми он делится с нами в самый последний момент. Один раз он решил бросить всё и уехать в другой город. Долго готовя план, накапливая деньги, он сообщил нам эту новость в день отъезда. Помню, он тогда поднял такую истерику из-за того, что в этот день мы были приглашены к однокласснику на день рождения и не могли уехать с ним. В конечном итоге он никуда так и не уехал, долго дулся на нас и упоминал этот случай каждый раз, когда мы якобы должны почувствовать себя в долгу перед ним.       — Привет. Можно я сяду? — Тихий бархатный голос прозвучал у самого моего уха. Я вздрогнул и поднял голову. Перед моей партой стоял Фрэнк. На лице красовалась милая улыбка, а глаза воспалились, или же он чуть подвёл их красным карандашом.       — Да, конечно. Ты можешь даже не спрашивать об этом.       — Спасибо. — Парень сел на стул и кинул на парту пару тетрадей.       — Здравствуйте, маленькие идиоты. — В класс зашёл Мистер Оушен, учитель математики.       — А вы считаете себя таким умным, значит? — Я услышал металлический, злой голос возле себя. Что делает этот придурок?       — Здравствуй, Фрэнк. Я вижу, теперь ты учишься в моём классе. Что ж, это даже и к лучшему. Теперь ты не сможешь совать свой длинный нос куда не надо. Если же ты, конечно, не хочешь посетить кабинет нашего многоуважаемого директора. — Я недоумевал. Они знакомы?       — Вы мне не интересны, как и большинство людей, находящихся в классе. — Класс зашипел, зашушукался от такого высказывания.       — Правда? Хорошо, я учту. Но не думайте, что ваша жизнь и ваши познания в математике будут сладкими, как мёд, учитывая ваше прошлое поведение. — Мистер Оушен злорадно улыбнулся. Вообще это был один из тех учителей, которым нельзя было перечить. От одного его взгляда становилось страшно и хотелось спрятаться.       — А вы не думайте, что я буду подчиняться вам, как это делают остальные учащиеся. Я не согласен даже на то, чтобы ходить на ваши уроки и видеть вашу дрянную рожу. — Фрэнк вскочил из-за парты и выбежал из кабинета, громко хлопнув дверью.       — Сукин сын. В прямом смысле сын суки, — проскрежетал учитель математики.