«Следы и Совпадения»

23 минуты до Нового Года Зима в этом году выдалась на удивление теплой, температура не падала ниже минус десяти градусов, а временами и вообще издевалась, зависнув на плюс пяти за неделю до Нового Года. Вот же гадство! Только настроился наконец на сугробную новогоднюю ночь и тут на тебе - получите, распишитесь - мерзопакостная жижа, за ночь покрывающаяся ледяной коркой, ровным таким гладеньким слоем поверх асфальта. Прелесть просто! Даже неожиданно начавшийся аккурат утром тридцать первого числа снегопад не добавлял энтузиазма. Впрочем, вышедшего на улицу худощавого мужчину и настоящая зима не смогла бы порадовать. Особенно в последие несколько лет. А всё из-за дурацкого костюма Деда Мороза с бородой из ваты, который приходилось напяливать на себя, дабы веселить детишек в праздничную ночь. Конечно, можно было отказаться от этой работёнки, но так не хотелось расстраивать сестру, пусть и двоюродную. Тем не менее, он давно намеревался чётко дать ей понять, что дальше так продолжаться не может, просто все никак не представлялось подходящего случая. - Как я заебался, - вздохнул Дмитрий, пропуская через легкие тяжелый морозный воздух. Задрав голову, он наблюдал за сияющими в небе огнями. Ночь была ясная и тихая, но мужчина не мог по достоинству оценить всю прелесть царившего вокруг умиротворения - слишком устал. Встряхнувшись, молодой человек полез под красный балахон за мобильным телефоном и принялся наяривать в офис. - Слу-у-ушаю ва-ас, - уже изрядно навеселе, нараспев произнесла оператор. На заднем фоне отчетливо слышался шум голосов. Дмитрий поморщился. Не любил он подобных посиделок, когда даже самый воспитанный человек начинает творить несусвертную хрень. У Дмитрия были другие интересы. Да и к спиртному он был довольно равнодушен. - Аллочка, есть еще заказы? – пытаясь сдержать раздражение, преувеличено ласково процедил мужчина. - Дим, ет ты штоль? – озадачено осведомилась «Аллочка», пытаясь собрать мозги в кучку. – У тебя последний был. Давай к нам, а? Как раз к курантам успеешь. - Нет, спасибо. Я домой, - быстро ответил Дмитрий и сбросил звонок. Не было никакого желания слушать пьяное хоровое завывание. Хотелось в клуб, забыться под жгучими ударами плетей на собственном коже, что так маняще щекотали нервы и отзывались истомой по всему телу. Но для начала стоило бы переодеться. - Только бы домой добраться, - себе под нос пробормотал мужчина, невидящим взглядом уставившись на потухший экран телефона. Дмитрий вздрогнул, выходя из оцепенения, и понял, что начинает замерзать. Не желая тратить время на окольные пути, он уверенно направился напрямик через дворы. Погрузившись в себя, мужчина не сразу заметил двух индивидуумов, неустойчивой походкой идущих навстречу. Если бы они не окликнули его, попеременно пытаясь то ли откашляться, то ли блевануть прямо на ходу, Дмитрий даже не посмотрел бы в их сторону. - Ей, Дед Мороз, денег подари! – заржали пьяницы. - Извините, ребята, подарки кончились, - преувеличено вежливо ответил молодой человек, смотря чётко перед собой, обходя компанию по дуге. Преследовать не стали и ладно. Мужчина уже привычно свернул в знакомый переулок. Инстинкт самосохранения на фоне моральной истощенности практически отключился, поэтому Дмитрий не сразу понял, что уже не один. Преграждая путь, с двух сторон на него надвигалась давешняя парочка любителей спиртного, решившая, видимо, просветить Деда Мороза, что подарки надо вручать всем. - Неужели совсем закончились? А для нас подарочка не найдется? – ехидно уточнил мужской голос за спиной. - Нет, - твердо сказал Дмитрий и вдруг осознал, что сглупил. В былые времена он бы спокойно уложил обоих - иначе не прорвешься - недаром ведь потратил большую часть жизни на занятия по кикбоксингу. Но в последние несколько лет на тренировки банально не оставалось времени. К тому же из-за вечной нервотрепки на работе Дмитрий пристрастился к сигаретам, что не прошло бесследно для его организма. Оставался единственный выход - бежать. - Лучший мой подарочек это ты, - цитируя фразу из советского мультфильма, мужики уверенно приближались, посчитав, что дрыщ да еще и в балахоне Деда Мороза вряд ли сможет дать достойный отпор двум далеко не хлюпикам. Дмитрий так и замер посреди узкого переулка, выжидая чего-то. Когда оба нападавших оказались на расстоянии шага, мужчина резко бросился в сторону, выверенным движением впечатывая локоть в солнечное сплетение противника сзади, тут же отклоняясь так, чтобы тело упало на нападающего спереди, и мгновенно бросился бежать. Возможно, он бы сумел осуществить задуманное, если бы практиковал бег в длинных балахонах, но увы - Дмитрий запутался в подоле и упал, основательно клюнув носом асфальт. Долей секунд, пока молодой человек приходил в себя, с лихвой хватило второму мужику, чтобы добраться до жертвы, впечатывая в асфальт и наваливаясь сверху. Содрав с плеч новогодний балахон, он крепко зафиксировал руки, переворачивая Дмитрия на спину и принимаясь за штаны, удерживая того за горло. Разумом Дмитрий четко осознавал, что с ним сейчас произойдет, но тело, приученное получать удовольствие от грубой силы и боли, предвкушало жесткое соитие. Разрывающая нестерпимая боль от резкого проникновения заставила мужчину практически задохнутся, на мгновение потеряв связь с реальностью, чтобы после обрушиться на него оглушающим потоком анормального удовольствия и знойной агонии. Насильник размашисто вколачивался в него, заметив, что жертва явно ловит кайф от происходящего. От нахлынувших чувств Дмитрию мерещилось, будто он в приват комнате со своим партнером, только хватка на горле была слишком сильной. Однако осознание этого пришло слишком поздно - мужчина конвульсивно забился в судорожном оргазме, рефлекторно двигая бёдрами, стремясь продлить ощущения, пока его глаза не закатились и тело безжизненно не обмякло. Мужику хватило нескольких фрикций, чтобы с животным удовольствием кончить в уже бездыханное тело. Поправив одежду, он обнаружил, что собутыльник не только очухался но и свалил в неизвестном направлении. Насильник тоже отправился прочь, но уйти далеко ему было не суждено. Из темноты ему навстречу вышла фигура, со скрытым глубоким капюшоном лицом и с длинной палкой наперевес. Последнее, что увидел охотник, резко ставший жертвой, была летящая в него палка. =***= До рассвета оставалось ещё добрых два часа, впрочем, света от уличных фонарей было достаточно, чтобы разглядеть в узком переулке группу копошившихся вокруг чего-то людей. Около припаркованных у обочины автомобилей стояли, негромко переговариваясь, трое мужчин. Обменявшись кивками, они подошли к снующим людям. - Ну, что? – спросил один из них - невысокий пожилой мужчина, остановившись достаточно близко, чтобы не мешать и в тоже время не сильно повышать голос. В свои шестьдесят два года он обладал пышными седыми волосами, в которых ещё присутствовали угольно черные пряди. Темно-серые глаза смотрели на мир с усталостью и некой долей отчужденности. Бывший старший следователь Болеслав Корс. - Труп уже осматривают, - мигом откликнулся стоящий рядом полицейский, кивая в знак приветствия. - Кто? – строго спрашивает второй мужчина намного моложе двух остальных. Густые темно-каштановые волосы безупречно уложены, а цепкий взгляд янтарных глаз выхватывает мельчайшие детали. Климент Торрес, назначенный на пост старшего следователя. - Эрен, - передернуло хранителя правопорядка. - Почему такую работу доверили новичку? – нахмурил брови Климент. - Новичку? У вас неверное представление о его навыках, Торрес, – фыркнул третий мужчина. Его светлые волосы уже изрядно проредила седина, придавая им загадочный перламутровый оттенок, а бледно-зеленые, словно выцветшие глаза бросали в дрожь любого, кто осмеливался встретится с ним взглядом. Младший следователь Велорий Гоукс. - Где этот Эрен? – хмуро осведомился свеженазначенный старший следователь. - Вон. Молодой человек с длинными волосами, - охотно ответил хранитель правопорядка, показывая пальцем на парня. Тот как раз склонился над непонятной красной кучей, которая, по идее, и была трупом. Насыщенно каштановые волосы вольно спадали до самых лопаток, одет в широкие камуфляжные штаны с кучей карманов и длинную мешковатую кенгуруху черного цвета с широким капюшоном, что сейчас был откинут на спину. С виду – типичный студент, хотя вполне может оказаться и мужиком за сорок. - Вы должно быть издеваетесь?! – возмутился старший следователь, стремительно направляясь к указанному человеку. Многозначительно переглянувшись, Болеслав и Велорий направились следом. - Что тут у нас? – деланно-спокойно поинтересовался Климент, подойдя к молодому человеку со спины. - А у нас тут заебанный Дед Мороз! – охотно-задорно отозвался тот, вставая и поворачиваясь. Первое, что Клименту захотелось сделать, это узнать, кто додумался впустить малолетку на место преступления, ещё и позволил тому ошиваться около трупа. К тому же пирсингованное лицо, пусть и пробитое лишь в левой брови и нижней губе, явно не придавало пацану солидности. Про манеру речи и говорить нечего! - Что? – обманчиво спокойно переспрашивает Торрес, взбешенный одним лишь фактом наличия в поле его зрения этой ходячей несуразности. - Бля-я! – картинно закатывает глаза Эрен. Выглянув из-за следователя, он громко спрашивает у стоящих позади: - А нельзя было его по дороге просветить? - Я хочу получить информацию непосредственно от эксперта. Может, вы уже соизволите поделиться своими предположениями относительно причины смерти? - высокомерно вскинув бровь, осведомился Торрес. Следователь пытался усмирить разбушевавшееся раздражение, что вызывал у него этот малец, ниже его как минимум на голову - точно подросток! И это странное молчание Велория за спиной. Климент знал, как тот не любит фривольности во время работы, и оттого его поведение казалось ему более чем странным. - Я даже предполагать не буду, - фыркнул молодой человек. - Причина смерти: изнасилование. - Как изнасилование? Так мужик ведь, - совсем некультурно брякнул молодой следователь. - Какой даун эпилептический пустил сюда девственника?! – неожиданно заорал Эрен на весь переулок. Торрес опешил. Сзади послышались приглушенные смешки напополам с кашлем. Уже тише молодой человек добавил, буравя следователя грозно-насмешливым взглядом. – Хуем изнасилованный, хуем. А для тех, кого в капусте нашли, разъясняю: это член, пенис. Короче, та хрень, что у тебя меж ног болтается, вместе с двумя шариками-мячиками в кожаных мешочках! - и парень демонстративно перебрал пальцами, будто шары невидимые в ладони перекатил. - Если ты до сих пор не в курсе, просвещаю. Хуй-хрен-член имеет два положения: висячее и стоячее. Висячее - положение основное, когда чихать он хотел на происходящее вокруг. Стоячее же он принимает только в тех случаях, когда ему нравится не только то, что творится вокруг, но и то, что вытворяют непосредственно с ним. Еще больше он тащится, когда его куда-то втыкают. Куда – для него не принципиально. Доходчиво?! Или ещё наглядно продемонстрировать? - Не надо, - постанывает Болеслав, пытаясь не ржать слишком откровенно. Велорий потирал глаза, усилием воли сдерживая рвущеюся наружу улыбку. Вечно серьёзный, Велорий Гоукс был эдакой ходячей совестью всего отдела. Он был настолько строг, что даже себе не позволял улыбаться на рабочем месте, не говоря уже про сотрудников, большинство из которых его тихо ненавидели, но при этом все отдавали должное его профессионализму. Лишний раз с ним старались не пересекаться, обращаясь лишь в крайних случаях и исключительно по делу, но неизменно получая предельно подробные, а главное понятные, разъяснения. В противовес ему теперь уже бывший старший следователь был самым настоящим распиздяем, как бы парадоксально не звучал подобный эпитет по отношению к пожилому мужчине. Злые языки недоумевали, как такой человек вообще мог занимать столь высокую должность, считая, что тот же Гоукс уже давно мог сместить его. Тем не менее, сам Велорий подобного мнения не разделял, полагая, что Корс намного лучше справляется с вверенной ему ответственностью, чем смог бы он сам. А Болеслав не мог уже дождаться, когда от неё избавится. Чуть меньше года назад Корс подал заявление об уходе в отставку. Он мог бы сразу отправиться на отдых, как только получил подтверждение, но посчитал своим долгом самолично передать все дела новому следователю. Однако что-то не складывалось. Дольше двух месяцев в отделе никто не продержался, в спешном порядке переводясь в другое место или напрочь увольняясь. Поначалу Корс недоумевал, что толкает их на подобное бегство (в этом он не сомневался), и проведя свое маленькое расследование, выяснил - этой причиной был Эрен. Парень, выглядевший на десять лет моложе своего паспортного возраста, забрел к ним весьма оригинальным образом. «В гости пришел», как небрежно выразился он сам, появившись на пороге отдела, невесть как пробравшись мимо пропускного пункта. Как потом выяснилось, гостем его назвать было сложно, даже с натяжкой, а все благодаря штатному судмедэксперту. Уив Леихманн, полностью соответствующий народным представлениям о типичном немце - высокий блондин с голубыми глазами и квадратной челюстью - был из тех людей, которые могут говорить гадости с самым невинным выражением лица и просто-таки ангельской улыбкой. В тот день судмедэксперт, в кои то веки получивший целый день в свое полное распоряжение, направил свои стопы к своему другу в университет, что курировал выводок, как ласково называл их Уив, труповичков. В поисках того самого друга, Леихманн добрел до подвального учебного морга, где узрел взлохмаченного чудилу, который самозабвенно что-то втолковывал давно скопытившемуся телу, с умным видом восседая на нем верхом. Леихманн долго тогда хохотал, не в силах остановиться, и предложил парню как-нибудь заглянуть к нему на огонек. Эрен подобный шанс упускать не стал и заглянул, как раз удачно, чтобы попасть на очередной труп. Студент тут же подключился к делу, без стеснения делясь соображениями с Уивом. А тот не противился, хотя обычно всяких умников мигом лесом посылал в ближайшую больничку людишек лечить. Так и стал это парень неофициальным помощником судмедэксперта, а в последнее время так даже и заместителем, поскольку Леихманн считал, что тому необходимо побольше практики. - Что можешь сказать? – прокашлявшись, как ни в чем не бывало, спросил Велорий, стараясь не смотреть на ошарашенное лицо Климента. - Скажу, что «Дед Мороз» самый натуральный гей, - Эрен кивнул на труп под ногами и резко развернувшись, ехидно пояснил Торресу. – Это те, кто предпочитают свой хрен в задницу втыкать такому же обладателю хрена. - И снова разворот на хладное тело на асфальте. – Так вот, смерть наступила вследствие удушья. Жертва особо не сопротивлялась, даже можно сказать, вообще не сопротивлялась. Дальше, как обычно, насильник оделся и свалил. Перед нами, кстати, типичный представитель любителей удовольствия на грани смерти. Больше смогу сказать после вскрытия. - А вы близко знакомы с другими представителями, что так уверенно заявляете о его типичности? - оскалбился Торрес. Желание поставить этого выскочку на место зашкаливало и выбивало следователя из профессиональной невозмутимой сосредоточенности. Узнав о повышении, Климент поначалу обрадовался, но дальнейший перевод означал смену привычного устройства его жизни, чего мужчине совершенно не хотелось. Семью, правда, он так и не завел, что, видимо, и сыграло решающую роль при выборе его кандидатуры. Но следователя зацепило упоминание неких "задворок", явно отдающих чем-то криминальным и незаконным. Взыграло профессиональное любопытство. На многочисленные же предупреждения коллег, мол, не стоит и пытаться, оттуда все сбегают, Торрес отвечал полнейшим игнором, даже не удосуживаясь дослушать до конца. И, как выяснилось, зря не слушал. Кто-то из его предшественников заикался о странном пареньке, что отравлял жизнь и вечно сбивал с толку. Тогда мужчина думал, что это лишь отговорки, дабы оправдать себя, но теперь Климент осознал и прочувствовал - ужиться с этим Эреном ему будет непросто. Каким же местом тот вообще числится в штабе, если ни в архивах, ни в базе не было хоть какой-нибудь документации, либо официальной бумаги, что уже странно и наталкивало на определенные нехорошие мысли, предстояло ещё выяснить. - Во-первых, к делу это не относится, - отзеркалил парень зубоскал следователя. - А во-вторых, вас ЛИЧНО это никаким местом не касается. - Это почему же? – ехидно уточнил мужчина, вскинув бровь. - Да хотя бы потому, что вы не в моем вкусе! – фыркнул Эрен. Широко улыбаясь, он приблизился вплотную к следователю, открыто смотря тому в глаза, пусть и приходилось сильно задирать голову. – Но раз уж вы твердо решили меня соблазнить, в следующий раз выбирайте место тщательней. Тот же морг подойдет куда лучше, если вам так нравится замогильная атмосфера. - Что вы себе позволяете?! – негодующе процедил Торрес. - Хм, что позволяют, я полагаю, - ухмыльнулся парень, игриво дернув бровями. Обогнув гневно сопевшего мужчину, он направился к офицеру за планшеткой с бумагой и ручкой. - Какого черта ещё никто его взашей не выгнал?! - бушевал следователь, бросая злобные взгляды в сторону паренька. - Не кипятитесь, Торрес, - наставительно произнес молчавший все это время Корс. - Он ученик Леихманна, - добавил Болеслав. – Первый и единственный. А уж не доверять ему у нас оснований нет. - Какого… - хотел было возмутиться Торрес, но его прервал громкий возглас полицейского. - Эрен! - Что, блять?! – раздраженно заорал тот, прекращая карябать что-то на листке и оборачиваясь на голос. - Эм, у нас там ещё один труп, - замялся на мгновение офицер. - Где? – хором спросили все три следователя. Молодой эксперт в задумчивости молчал, скосив глаза на первого покойничка. - В соседней подворотне, - офицер ткнул пальцем в нужном направлении. - Показывай, - кивнул Велорий, и вся компания дружно зашагала ко второму телу.