Девятнадцать с половиной

Странный сегодня какой-то Славка, пока я был на подработке, он позвонил несколько раз, все уточняет: во сколько домой явлюсь. И прям строго так говорит: «Гена, не забудь позвонить, когда к дому подходить будешь!» Любовника что ли завел? Ну нет, я бы просек это дело, научен уж Светусей. Так и быть, набираю рыжика, оповещаю о скором прибытии, слышу «ага» и короткие гудки. Ну, точно странный! Открыв дверь, замечаю на полу несколько стрелок, вырезанных из бумаги и ведущих прямиком в спальню. Скинув ботинки, следую в указанном направлении, по пути оповещая: — Славик, я дома! Вхожу в комнату, и что же вижу… На кровати в провокационной позе возлежит мой рыжик: его ноги согнуты в коленях и широко разведены, одной рукой он теребит сосок, а другой наминает член через легкую ткань красных трусов. Красных трусов? «Новые что ли» — только и успел подумать, как этот негодник промолвил: — С годовщиной, Генка, — и, достав откуда-то из-под подушки пульт, врубил медленную мелодию. Я, если честно, прям замер, когда Славка, не вставая с постели, начал соблазнительно извиваться в такт музыке. Вот он лежит на спине, оглаживая себя руками и подаваясь тазом вперед, будто молит, чтобы я его взял, но секунда, и он переворачивается, продолжая такие манящие и плавные движения уже на четвереньках. Мелькнула мысль: «Какой же он красивый у меня и трусы эти…» Но додумать мысль не удалось, Славик присел, поджав под себя ноги, и глядя мне в глаза, он начал двигаться очень ритмично, то опускаясь своей милой попой на кровать, то вновь поднимаясь. И вдруг, он использовал запретный прием: проведя тонкими пальчиками вдоль своего тела, засунул их в рот, сразу два, поганец, и, закатив глаза, начал посасывать. Ох ты ж, вот тут я и понял, что штаны мои образовали плащ-палатку, а я, что дебил, стою с раскрытым ртом, хорошо хоть слюни не текут… Ан нет, немножко текут. Сглотнул образовавшийся от Славкиных манипуляций секрет, и пошел, как лунатик, навстречу своему рыжику. — Ну-ка, стоп! — взмахнул рукой и указал мне… на коврик? — Слав?! — Ген! Деваться некуда, преклоняю свои колени, обтянутые джинсой, смотрю заинтересованно, моргаю почаще. Одним щелчком переключает мелодию и, клацнув зубками, начинает ритмичный танец: вскидывает руки вверх и начинает кружиться, светя перед моим носом своими обнаженными полупопиями. О, боже, где он взял эти трусы? Стринги, блин! Еще немного поизвиваясь вокруг меня, рыжик так же как и я опустился на колени, внимательно глядя в глаза, потянул руку к моему паху и, не церемонясь, нежно сжал страдающий от нехватки внимания орган. «У-у-у» — ну как-то так я застонал, от облегчения, видимо. — Поздравлю тебя сейчас как следует, — и с этими словами ткнулся своим носом в мою ширинку: виртуозно расстегнул зубками сначала пуговку, потом и молнию, вот ведь затейник! А после и вовсе распоясался: шаловливыми пальчиками обнажил мою плоть, начал облизывать и целовать, как родного, при этом ухватившись руками за мой зад, наминая, поглаживая, разводя половинки в стороны. И так я отвлекся на приятнейшие ощущения, которые дарил мне его язык, что даже не сразу допер, что это еще за такое чувство: непрывычное, не болезненное, но давящее. А этот негодник смотрит снизу вверх преданным взглядом и ни на секунду не выпускает мой орган из своего рта. — Славик?! — торкнуло меня страшной догадкой. — Как ты посме-е-ел… — и в этот момент его палец, который так вероломно вторгся в неприкосновенное место, задел что-то такое, от чего тело прошибла охрененно приятная дрожь и я кончил прямо в распахнутый Славкин рот. Палец был извлечен, а рыжик, интеллигентно вытирая капельки спермы с уголков губ, сидел опустив глазки. — Да ты… — начал, было, я возмущаться. — Ген, ну тебе же понравилось, — вскинул на меня свои бессовестные очи. — Чего? Вот ты бы кайфанул, если бы тебе палец в зад засунули?! — Вообще-то да, мне это нравится, — пресек на корню мои доводы рыжик. Это я точно не подумав ляпнул. — Хм, тебе это нравится потому, что ты гей! — сделал я таки заключение. — А ты, значит, натуральный натурал? — ткнул меня пальцем в грудь. — Живешь со мной уже год, спишь, ешь, целуешь, минет делаешь. И сейчас как ни в чем ни бывало говоришь, что я гей, а ты так, потрахиваешь меня? — Ей, рыжик, ты чего это разорался? Ты же и правда гей, сам говорил. — Ты дурак, Гена? Если ты занимаешься сексом с геем, это значит, что ты сам педик! — вскочил на ноги и, шевеля своими аккуратными булочками, утопал из комнаты. А я подзавис, потому что геем себя никогда не позиционировал, мне было проще смириться с тем, что я бывший натурал, но никак не педик. Или педик… Ведь Славку я люблю по-настоящему, живу с ним столько времени, и даже уже согласен попробовать побыть снизу, но только один раз, на полшишечки, чтоб не расстраивался мой парень. — Слав, — стучу в дверь ванной комнаты. — Открой, мой хороший! Я все понял, я тоже немножко гей. — Тишина. — Славик, ну открой пожалуйста, я на все согласен, только не обижайся. — Да открыто, — буркнули мне в ответ. И правда, открыто. Распахнув дверь, вижу странную картину: недовольный рыжик с надутыми щеками и самым серьезным выражением лица, которое я когда-либо у него видел, стоит под душем и надрачивает себе. — Что ж ты, мой миленький, тут в одиночку стараешься? — залез к нему, встал за спиной и, отведя его руку, продолжил ласкать сам. — А кто мне поможет, если вокруг одни натуралы? — Слав, ну не дуйся, я же сказал, что я тоже «этот» и готов… в общем я готов побыть снизу, только попозже… Сил терпеть не было никаких, молодой организм вновь среагировал на столь желанное тело, а вставший член недвусмысленно упирался в любимую попу. — Можно? — проскулил я жалобно, целуя ушко рыжика. — Угу, только запомни свое обещание, — молвил Славик, подаваясь навстречу моему стояку. Разрядка наступила скоро, видимо, эта небольшая размолвка стала стимулирующим толчком для нашей страсти. Не успел толком обтереться, как послышался звонок. Кого там черти принесли? Открыв дверь, я даже не удивился: на пороге стояла Светуся и новоприобретенный друган Нтанда, она нас все-таки познакомила пару месяцев назад, когда созналась в причине своей внезапной полноты. А сейчас на седьмом месяце беременности, Светка выглядела как злой колобок и такие внезапные приходы стали нормой. — Генка, привет, мы на минутку заглянули, заходить не будем. — Э-э, ну не заходите. А чего тогда пришли? — не мог я вкурить логику беременной. — Мы решили, что назовем нашего сына Геннадий, в твою честь, — вскинув важно голову, заявила рыжая. — Хм, мне как бы приятно очень, — ошарашен, да. — Ладно, Славику привет! Пока! Захлопнул дверь, нахмурил брови, попытался понять, почему нельзя было сказать эту новость по телефону. — Ген, кто там приходил? — выполз из ванной Славка. — Сестра твоя заходила, оповестила, что сына их будут величать Геннадий Нтандович. — Я подозревал что-то такое, — подошел поближе, обхватил меня руками. — Ген, я решил, что сегодня с тебя хватит, но обещание помню, так что на выходных готовься, — хитро подмигнул рыжик и, насвистывая, потопал на кухню, меня, наверное, кормить.