Девятнадцать с половиной

Ну-ну, натурал во мне по ходу дела окончательно сдох, оставив лишь смутные воспоминания о девичьих прелестях, иначе как объяснить то, что я сейчас лежу с рулеткой в руках и меряю у спящего Славки его агрегат. А что? Утренний стояк никто не отменял, а счастливые трусов не надевают. Славик будто знал о моих намерениях и раскинулся на кровати пятиконечной звездой, тьфу ты, вот какого лешего я звезду вспомнил? Это слово, звезда то бишь, теперь у меня ассоциируется исключительно с неграми! Но не о неграх сейчас речь — измеряем достоинство: так-с, семнадцать сантиметров, почти. Ну, наглец, я-то себе хоть полсантиметра прибавил, а этот мелкий целый накрутил! — Ген, ты что делаешь? — я от испуга быстро метнул рулетку куда-то назад, эта гадина, видимо, во что-то впечаталась и издала не хилый такой грохот. — Ничего, просто любуюсь, — улыбаюсь, что влюбленный дэбил. — Тебе нравится вид снизу? — а сам уже крутит бедрами, пытаясь ткнуться мне в рот. — Очень нравится! Не буду разочаровывать разбаловавшегося рыжика; обхватываю член ладонью, совершаю несколько раз нехитрое движение вверх-вниз и вбираю в рот, не медля начинаю ритмично двигать головой, стараясь заглотить все восем... семнадцать сантиметров, естественно, план мой рухнул, но примерно половина была захвачена, и этого Славке хватило, чтобы спустить прямо в мое горло. От неожиданности, я сглотнул. Проморгался, так как слезы выступили на глаза от такого поворота. Злобно посмотрел на виновато опустившего глазки Славика, и, стуча пятками, поперся в ванную полоскать рот. Что за дерзость, ё-моё! Это ж надо, в рот мне кончить! Совсем, мелкий, страх потерял! Полощу остервенело рот, думу думаю: прошел месяц с нашей первой встречи и моя жизнь совершила нехилый такой поворот. Мало того, что я вконец оголубел, так еще походу дела втрескался в этого рыжика по самые помидоры. В тот самый первый раз он остался с ночевкой, рассказал о себе, что так же как и Светка поступил в мед., и ждет не дождется когда пройдет месяц и наконец-то начнутся занятия. Оказалось, что Светуся не такая бедная приезжая, как мне думалось, а вполне себе обеспеченная двушкой особа, хитрая просто: снимает комнату в общаге (и тут как-то договорилась, проныра!), а свою квартирку сдает, как говорится, на сапожки и сережки. Папа у них человек любвеобильный, но ответственность за наструганных детишек несет, преимущественно, материальную: купил обоим по двушке и тихо мирно поживает с четвертой женой, у третьей тоже вроде кто-то родился, но история умалчивает. Проболтал с рыжиком полночи, даже не вспомнив о пойле, что сиротливо осталось стоять на кухонном столе, после чего забылся счастливым сном, уже благодаря Светусю за то, что она меня кинула. А когда проснулся, первым делом почуял сногсшибательный запах. Резво метнулся в ванную, наспех совершил утренний туалет и пошел разведывать, что же источает такой аромат. Ну конечно же, оладушки — они первыми попались мне на глаза, а уж после я узрел Славика в синеньких трусиках. На минутку задумался: что мне в первую очередь попробовать? Решил, что сначала надо покусать рыжика, он гораздо аппетитнее, а оладушки подождут. Надо же, все оказалось очень вкусным: и Славка, который так охотно поддался моей утренней прихоти, и оладушки, что были просто объедением. Тогда-то я и подумал, что этот паренек может стать не просто заменой Светусе, а затмит её на раз! Он и до секса охоч, и стряпает опупенно, и уж больно не хочется отпускать его от себя, такой он весь милый и приятный. Первые две недели мы виделись через день, но этого было катастрофически мало, даже в кино ходили, естественно, никаких вольностей там не допускали, типа друзья. А потом я, после очередного испытанного оргазма, предложил Славке переехать ко мне, мол, все равно ночует через день, а если и не остается, то скайп на всю ночь обеспечен. Он взял и переехал, и вот теперь у нас общий быт. И набаловал мелкого сам; облизывал как-то его живот, щекой несколько раз член задел, а Славик такие звуки стал издавать м-м-м, да ам-м-м, и я, как всегда, следуя не разуму, а своим желаниям, решился все-таки попробовать сделать ему минет, если затошнит, то больше не буду — вот и весь вопрос! Но не затошнило, а наоборот, появилось чувство всевластия: он так стонал, меня за плечи хватал, и то бубнил, то вскрикивал моё имя на разные лады. Гордость обуяла, экий я секс-гигант, до такого состояния мальчишку довел! И повадился чуть ли не каждый день Славика этим делом баловать, но вот такой беспредел — сперма в горло, он учинил впервые! Захожу в комнату, сидит такой весь виноватый, глаза на меня вытаращил, "Прости" говорит. — Славка, ну вот у тебя мозги есть, а если бы я захлебнулся? — вот я тютя-матютя, не могу даже наорать на него. — Там же немножко было, вроде бы, — с серьезной миной такой говорит. Я не удержался и заржал, тот смотрит на меня непонимающе. — Слав, ну не надо так больше делать, лады? Мы ж не в порнухе снимаемся! Немножко у него! Давай дуй в ванную, я пока чайник поставлю, да бутеры нарежу, хоть это стряпать умею. Рыжик убежал в ванную, а я потопал исполнять обещанное, но до кухни не дошел, так как в дверь постучали. Наспех надев треники, открываю: — Ба, какие люди! Светуся, а чё приперлась? — Ген, мы же остались с тобой друзьями? — Ага, "друзья и все такое", я помню. Чё хотела, подруга? — Да дай уже пройти, — в наглую протиснулась в квартиру, — поговорить мне с тобой нужно, не с кем больше. — А подружки твои безмозглые уже с тобой не общаются? — Мне мужской совет нужен, дурень! — проперлась на кухню. — Раз я дурень, то нафига тебе мой совет? — Не ёрничай, Ген, я просто расстроена, — огляделась вокруг и проговорила удивленно: — Ничего себе! У тебя так чисто! — Не все такие засранки, как некоторые, я без тебя похлеще золушки батрачу! — вру и не краснею. — Бабу уже завел? — конечно, женское любопытство. — А тебе-то не все равно? — Конечно нет! Ты парень хороший, не дай бог овца какая попадется, — на этом моменте я фыркнул, — Ген, ну я правда люблю тебя, только уже как друга. — Ладно, все я понял, — чуть не добавил — наглая рыжая морда, но вовремя сдержался, — говори, что у тебя случилось? Негр твой накосячил? — по привычке щелкнул пультом, включил телек. — Ага, прикинь, он такой милый был, все желания угадывал, хотя мы общались только на ломаном английском, и секс... — Светуся, давай без этого! — Извини, — опустила голову, определенно, сходство у них со Славкой есть, но он явно привлекательнее. — Ладно, продолжай. — Короче, все было хорошо, но оказалось, что Нтанда все это время меня обманывал! — Он на самом деле старый еврей в гриме? — Он понимает русский, и плохо, но изъясняется, хотел, говорит, убедиться в том, что я его не использую, представляешь? — А как ты его можешь использовать? Он жил у тебя, насколько я видел. — Нтанда, оказывается, с семнадцати лет живет в России, сейчас ему двадцать один, и он играет за какой-то там известный баскетбольный клуб, он реально звезда, понимаешь? — Точно, — округляю пошире глаза, — смотри, как раз его по телеку показывают! — Где? — Ха-ха-ха! Повелась! — трудно сдержать смех, глядя на гориллу, чешущую свои яйца, и Светку, ожидающую увидеть по телеку своего бойфренда. — Идиот. — Ну, извини, но мне кажется, это никакая не проблема. Наоборот же здорово, поговорить можно, вот вы бабы навыдумываете себе вечно, и ни к чему хорошему это не приводит. — Но он же обманывал! — Ты меня тоже обманывала, между прочим, с этим самым ндой, но это не мешает мне сейчас слушать тебя и давать умные советы. — Что-то не услышала я пока ничего умного. — Ну, так слушай: мирись со своим шоколадным зайцем и рожай очаровательных мулатиков. И, хрен с тобой, приходи в гости вместе со своей звИздой, будем дружить семьями. — Так все-таки новая девушка, познакомишь? — А-то! Милая! Хватит из-за угла подслушивать, иди к нам, — уже представляю, как Светуся обалдеет. — Слава? — ох, порадовала, такого шока на ее лице я не видел, вот тебе глаз за глаз, шок за шок! Я ведь при виде негра тоже тогда чуть дар речи не потерял. — Привет, — стоит скромненько в полотенчике на бедрах, специально не оделся, ведь уши греет давно, видимо, территорию метит. — А... как... вы... — Светка даже слова собрать в кучу не может, растерялась, бедная. — Как-как, по-всякому разному, да, Славик? — приобнял по-хозяйски. — Да, — улыбается и жмется ближе, ну, точно, метит. — Ух, ошарашили вы меня, насчет Славки я конечно догадывалась, но вот от тебя, Генка, совсем не ожидала! Но я не против, благословляю вас и, пожалуй, сваливаю отсюда. — Светусь, в гости заходите! — крикнул вдогонку. — Непременно, как свыкнусь с мыслью, что мой бывший спит с моим братом, — нервно взмахнула рукой и удалилась. — А теперь, Славик, когда мы совершили этот, как его... — Каминг-аут? — подсказал услужливо. — Ага, его, теперь тебя постигнет кара, за то "немножко", которым ты меня попотчевал с утра. — А кара будет анальная? — стягивает с бедер полотенце, — или оральная? — Все виды кары тебя настигнут, — сжав его в объятиях, веду в комнату, но вдруг рыжика что-то остановило. — Ген, а почему рулетка на полу валяется, она же в чемоданчике в шкафу лежала? — Э-э-э, мыши? — хреновая отмазка... — Так вот ты что делал с утра! Член мой измерял? — Я немножко, совсем немножко! — это слово должно помочь, Славик не простит мне, что я усомнился в его величине. — Я еще расту, запомни, у меня скоро будет восемнадцать! — и пальцем вверх ткнул, мол, точно будет. — Славик, нам же не важны размеры, нам и так хорошо, правда? — легонько обнимаю нафуфыревшегося рыжика, а тот молчит. Что ж, скажу то, что еще никому не говорил, — Славик, а я втрескался в тебя, и твои почти восемнадцать меня вполне устраивают. — Я так счастлив это слышать, ты знаешь, как давно я тебя люблю, — помолчал некоторое время, — Ген, а семнадцать сантиметров меньше, чем девятнадцать с половиной, может, я тебя... — вкрадчивым голосом вопрошает. — А-а-а?! Ты пошутил, Славик? — я даже ушам своим не поверил! — Пошутил-пошутил! — поднял руки вверх и так и побежал к кровати, сейчас кара его настигнет.