Реальность.

i>От лица Хорхе. </i>Я поцеловал Мартину, сначала нежно, а потом так, как хотелось мне. Грязно и пошло. Она сама допустила ошибку, когда мои руки скользнули вверх по её бёдрам, приоткрыв рот и пропуская мой язык, сначала она пыталась сопротивляться, но позже поддалась мне. Мои руки поползли вверх, крепко сжимая её талию и подвигая её ко мне. Свои же руки Штоссель запустила ко мне в волосы, слегка оттягивая пряди, доставляя ещё большее удовольствие. Хотя близость с ней — и так была для меня удовольствием. Нехотя я отстранился от неё, дыхание у обоих было сбивчивое, и нам необходимо было его восстановить, но это не мешало мне посмотреть ей в глаза, в которых явно читалось удивление, ну что же, я хотел это сделать, и я сделал это, только сейчас у меня был предлог для Тины, поэтому грех было не воспользоваться им. — Кхм, я вам не мешаю? — с ноткой горечи в голосе спросила Стефани, которая вылупила на нас с Тини глаза, я прервал наш зрительный контакт и взглянул на брюнетку, а потом на сестру, у которой был приоткрыт рот. Да, удивлять я умею. Молча, я встал с дивана, направляясь к девушкам и таща за собой Мартину, которая явно пребывает в шоке. — Да нет, — я притянул Тини к себе, обнимая за талию, получая злобный взгляд в свою сторону, но казалось, что она даже не могла пошевелиться.— Привет, Стефани, давно не виделись, — она кивнула и окинула взглядом Тини, которая уже начала переминаться с ноги на ногу. — Это — моя девушка, — недолго размышляя, сказал я, у всех троих одновременно распахнулись глаза, и первая очнулась шатенка, она обняла меня в ответ и закатила глаза, протягивая руку брюнетки. — Я — Мартина, приятно познакомиться, — Стефани неуверенно пожала ей руку, она всегда бегала за мной и вот, наконец, потерпела фиаско. Но, признать честно, я был удивлён тем, что Мартина так быстро поддалась мне, но выражение её лица было не самое лучшее, она явно не собиралась разговаривать с ней, но ей пришлось. — Не хочешь чаю? — спросила шатенка, поглядывая на меня, Стефи кивнула. — Эмми, отведи девушку на кухню, а мы с Хорхе сейчас подойдём, — тон её голоса был уравновешенным и предательски спокойным. Она взяла меня за руку и повела наверх, останавливая в коридоре и толкая в комнату для гостей, теперь я видел, что она зла, — И что, мать твою, это было, недоумок? Девушка значит? Что без моей помощи не можешь отделаться от неё, кретин? — А что тут такого? — я пожал плечами, ухмыляясь и садясь на кровать, ещё больше раззадоривая Мартину. — Я не твоя девушка, — она выделила каждое слово. — Вот что! Ты не можешь просто так брать и целовать меня, а потом прижимать к себе! — она закатила глаза, скрещивая руки на груди. Эх, Тини, если я захочу, то ещё и не такое с тобой сделаю, а я захочу, более того, уже хочу. — Ой, не говори, что тебе не понравилось, — я вздёрнул бровями, наблюдая за её реакцией, сначала она покраснела, и ей не нашлось, что ответить, но, кажется, когда она набрала в лёгкие больше воздуха, дар речи к ней вернулся. — Нет! Поэтому будь любезен, больше не повторяй этого! — она села возле меня на кровать, — Я тебе больше скажу, это было отвратительно, поэтому даже не напоминай мне об этом! — я лишь улыбался, она хоть знает, что покусывает нижнюю губу и глазами бегает по комнате? Врать это создание совершенно не умеет. — Брось, Штоссель, ну притворись моей девушкой для неё, ну пожалуйста, — начал клянчить я, подпихивая её в плечо, — Тем более ты даже не возразила, и какого хрена ты вообще заговорила с ней? — я внимательно посмотрел на Тину, ожидая ответа, она замялась. — Ну, я ведь не протестовала, не думаю, что ты бы встречался с душевнобольной девушкой, да и эта курица всё время бы придиралась к тебе, — я был ошарашен. — Как ты её назвала? И то есть ты не прочь быть моей девушкой? — казалось, что она обдумывает всё то, что сказала, в принципе как и я, я понимал, что быть моей настоящей девушкой она не может, я просто не могу этого себе позволить, поэтому я ждал её ответа, немного напрягшись. — Курицей, — она выдохнула, — Я так её назвала, и буду всех так называть, кто бегает за тобой, потому что они полные идиотки. — я улыбнулся, этот ответ уже начинал мне нравиться, — Я буду твоей девушкой только для этой курицы! Но я буду не ревнивой девушкой, так что на косые взгляды не надейся, — закончила она, заставляя меня улыбаться, и всматриваться в её улыбку, всё же она удивительная. Она перевернула наш дом буквально за три дня, заставляя его ожить. И это мне нравилось в ней, так же как и её характер. Я не мог сказать, что влюбился в неё, нет, но я мог сказать, что был бы рад иметь такого друга, как она. — Ладно, пошли вниз, они уже ждут нас, — я кивнул и последовал за ней, всё ещё находясь в раздумьях. Невольно посмотрел на её задницу, и не мог не заметить что она офигенная, так же как и вся фигура девушки. — О, Хорхе, Тини, я уже заварила вам чай, — воскликнула Эмма, указывая на две кружки, стоящие напротив неё, кажется, Стефи уже раздражала её, что было неудивительно, эта девушка была мастером в этом. — Вы же не уйдёте от нас? — более грозно спросила она, но это заметили лишь мы с Тиной, поэтому быстро и покорно сели на свои места. После томительных двух часов разговоров, я стоял и резал рулет, когда Тини и Эмма куда-то отошли, а брюнетка начала клеится ко мне, бросая в мой адрес самые неактуальные фразы, которые раздражали, и я кое-как сдерживался, натягивая улыбку, чем в принципе она была довольна. Тут меня кто-то резко развернул к себе и чмокнул в губы, не надо быть гением, чтобы понять, что это была Тини, несмотря на то, что поцелуй был краткий, это заставило меня взбодриться и по-настоящему улыбнуться. — Милый, ты ведь помнишь, что завтра обещал пройтись со мной? — она шептала мне это на ухо, но достаточно громко, чтобы услышала Стефани, я кивнул, а Мартина улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой, а потом взяла кусочек рулета и невинно откусила его, хлопая ресницами и смотря на Стефи. — Ой, прости, я помешала, вы о чём-то говорили? — Нет, — пробурчала брюнетка и села обратно за стол, Тини же тем временем взяла тарелку и начала аккуратно раскладывать рулет, и это она говорила, что больше никаких поцелуев? — Мне нужно закончить работу, — с неподдельным сожалением в голосе предупредил девушек я, мне не очень хотелось оставлять Стефани, и моих девочек наедине, но выбора у меня не было, я обязан был всё перепроверить. Я поднялся наверх, смотря на часы и вспоминая, что на сегодня наша встреча отменена, что означало лишь то, что все бумаги должны быть перечитаны несколько раз, дабы избежать оплошности, для этого и даётся дополнительное время, что не могло не радовать. Но разочаровывало другое, следующую неделю мы обязаны собираться каждый день, ведь Артур намерен собрать большой куш. Хотя я не готов разорить три компании одновременно, поэтому стоит что-нибудь, да подправить в этих бумагах. На все подсчёты и пересчёт ушло около трёх часов, и я безумно устал за это время, и даже был немного зол. Взглянув на часы, я понял, что уже девять часов вечера, интересно девушки всё ещё у нас? За все свои три часа непрерывной работы, я спускался всего один раз за кружкой воды, тогда они что-то бурно обсуждали на кухне. Даже сейчас, когда я спускался по лестнице, я услышал голоса Стефани, и Мартины, теперь же они в открытую о чём- то спорили, подойдя ближе, я, наконец, понял, что стало причиной дискуссии. — Кофе всё равно лучше чая, — фыркнула Мартина, складывая руки на груди, и чуть задирая нос, сейчас она выглядела не менее привлекательнее, чем обычно, я сел возле неё на диван и легонько приобнял за плечи, чувствуя как она вздрагивает, с чего бы это? — А мне чай больше нравится, — настаивала брюнетка, внимательно наблюдая за моей рукой, явно ожидая, что она спуститься ниже. — А ты, Хорхе, что думаешь? — теперь же она посмотрела мне в глаза, но уверен, что ничего, кроме безразличия, она там не нашла. — Я приму сторону своей девушки, — легонько целую Мартину в макушку, вдыхаю запах её шелковистых волос и невольно замечаю, что успокаиваюсь, что действительно странно. Никогда не чувствовал ничего подобного, обычно после долгой работы я обязательно срывался на ком-то, но явно не сегодня, и причина тому, эта девушка, которая сейчас победно улыбается нахмуренной брюнетке. — А где Эмма? — Она пошла одеваться. Я пригласила вас всех на ужин, но вы с Мартиной уже одеты, поэтому подождём малышку и пойдём, отказы не принимаются, — я взглянул на Тини, та лишь удрученно кивнула, но с каких пор Стефи называет мою сестру малышкой? Это звучит просто отвратительно, и только я называл её так. — Я готова, — послышался голос Эммы, и мы все, как по команде встали с дивана, я взял куртку, а Тини свою сумку и, обувшись, мы вышли из дома. Идти до дома довольной брюнетки было недолго, всего лишь перейти дорогу и пройти несколько домов, но даже сейчас я почувствовал, что температура воздуха значительно ниже, чем была вчера, поэтому было достаточно прохладно идти даже по такому короткому пути. Уже возле дома Стефани, у Тини завибрировал телефон, как выяснилось позже, пришло смс, после которого девушка взволнованно взглянула на меня. — Простите, но я должна идти, — её тон звучал виновато, но я чувствовал в этом подвох, поэтому сузил глаза. — Мне только что написала подруга, и сейчас я должна быть рядом с ней, — она поправила прядь своих волос, она лгала. — Ох, малыш, уже темно я провожу тебя, — спохватился я, не упуская возможность сбежать. — Мало ли что, я должен знать, что с тобой всё в порядке, Эмма, ты не против составить компанию Стефани? — казалось, что она убьёт меня взглядом, но сдалась и согласилась, я лишь на ухо шепнул ей, что благодарен, и мы с Тиной пошли в другую сторону. — Ведь ничего не произошло, да? — Да, — пожала плечами она, — Но ужинать с курицей, выше моих сил, уверена, что натуральный цвет её волос блондинистый, — она посмотрела на меня с надеждой, и я не очень хотел её разочаровывать, но лишь отрицательно покачал головой, — Тогда я не понимаю, как можно быть такой тупой? Как ты её вообще раньше терпел, а, мокрая курица? — Детка, перестань называть меня так, — я закатил глаза, — Никак, я всегда старался избегать её, приводя этим в ярость, кстати, раз её ты называешь курицей, а меня… — Ох, Бланко, а ты перестань называть меня деткой, — Штоссель перебила меня, — Мы оба понимаем, что этого никогда не произойдёт, поэтому я буду называть тебя мокрой курицей, — она замолчала на секунду, явно подбирая слова, но я терпеливо ждал, — И нет, у курицы и мокрой курицы совершенно нет ничего общего, и вы абсолютно не подходите друг другу. — закончила она, обнимая себя руками, без слов я снял свою куртку и накинул ей её на плечо, сначала Тини отнекивалась, но потом одела её нормально и укуталась, теперь я знал, что она точно не замёрзнет. Всю дорогу к её дому мы молчали, но стоило ей задать всего один вопрос, как мы не смогли остановиться. Мы переходили от одной темы к другой, иногда поддразнивая или подталкивая друг друга, но мы смеялись на всю улицу, и казалось, что нам было хорошо. Я ещё раз осмотрел дом Мартины, до которого, как, оказалось, прилично идти, и она каждый раз ходит одна? Какой кошмар, её улица была даже почти что не освещена, ведь из трёх фонарей, которые здесь присутствовали, был включён всего один. — До завтра, Хорхе, — мило сказала она, стягивая мою куртку и протягивая её мне, — Спасибо, — она прикусила губу, — За куртку и за то, что проводил, было весело, — признаётся она, заставляя меня этим улыбаться. — До завтра, Тини, — я забираю свою куртку, и ещё пару секунд не разрываю нашего зрительного контакта, пока шатенка не привстала на носочки и легонько чмокнула меня в щёку, от чего я даже прикрыл глаза, наслаждаясь. — Это в знак благодарности, — неуверенно выпалила она, тут же разворачиваясь и направляясь в дом, оставляя меня в замешательстве. До определённых моментов я был уверен, что ничего не чувствую к Штоссель, но теперь как никогда сомневался в этом. Но я не мог себе позволит что-то чувствовать к ней, это могло бы для неё плохо кончиться. Всё же скорее всего это помутнение рассудка, а не какие-то чувства. Тогда почему же так предательски ёкает сердце, когда она рядом?