Реальность.

От лица Мартины. Я шла в их сторону, как мне казалось, слишком медленно, жадная хватая ртом воздух, несколько раз приходилось сдерживаться, чтобы не сбежать. Я пыталась вести себя непринуждённо и делать вид, что ничего не слышала, но из меня всегда была дерьмовая актриса и, попадая в такие ситуации, я только лишний раз убеждалась в этом. — Чего так напряглась, крошка? — ухмыляется один, когда я подхожу достаточно близко и могу рассмотреть его лицо. Хм, оказывается он немного выше меня, чёрные волосы и достаточно милое лицо, но всё равно вызывает тихий ужас.— А ты ничё такая, пошли, — он берёт меня под руку и ведёт в сторону, куда уже пошёл второй парень, который лишь улыбнулся собственным мыслям, когда я посмотрела на него. Мы направлялись к этому углу, и в голове я уже продумывала каждую свою реплику, пыталась убедить себя, что ничего страшного произойти, не должно было, но сердце билось слишком быстро, и разум кричал, что я облажалась по полной программе. Я представляла реакцию Хорхе, и с каждым разом становилось всё страшней и страшней. Я знала, что он будет в ярости, но я была сама виновата, поэтому просто приняла свою участь. Пусть что будет, то будет, а мне просто необходимо расслабиться, чтобы не привлекать особого внимания к себе. Мне нужно было научиться врать за несколько секунд, но возможно ли было это? Вот сейчас и проверим. — Мы нашли свидетеля, — оповещает второй парень Бланко и того, кто стоял рядом с ним, а потом, окинув меня взглядом, добавил. — Привлекательного свидетеля, — я сглотнула, и черноволосый отпустил меня, слегка подталкивая вперёд. Высокий парень, стоящий возле Хорхе, сразу же улыбнулся и переглянулся с брюнетом, всё это настораживало меня. Нервно я начала осматриваться по сторонам, пока зеленоглазый неспешно обернулся в мою сторону, вот тогда-то его глаза округлились, будто выпадут из орбит, а руки сжались в кулаки настолько, что кожа возле костяшек стала белого цвета. Он был зол, и это можно было понять, лишь взглянув на него всего раз. — Разрази меня гром! — не сдержался он. — Что ты тут забыла?! — его голос повысился на несколько тонов, но я лишь растерянно посмотрела на него, а потом перевела взгляд на всех остальных, зеленоглазый тут же опомнился, и встряхнул головой. — Эта та особа, которая налетела на меня в автобусе и испортила мой костюм, — все непонимающе уставились на него, — Что? Я разве не рассказывал? Что ж, похоже, забыл, — он выглядел достаточно расслаблено, но руки всё ещё были сжаты в кулаки, кажется, в его голове уже чётко стояла картина моего убийства, и это не придавало мне уверенности, мне показалось, было бы логично извиниться перед ним сейчас, поэтому я потёрла свою шею, виновато улыбаясь. — Простите ещё раз, я тогда не специально, — упрямо смотрю в пол, чувствуя, как все присутствующие изучают меня взглядом. — Господи, парни, где вы нашли такое чудо? — спрашивает самый главный из них, начиная смеяться, звонко и несдержанно, хватаясь рукой за живот и слегка подаваясь вперёд. — Чёрт, да она же ещё совсем ребёнок, — именно в этот момент я вспоминаю во что одета, чёрная футболка с Микки Маусом и такого же цвета рваные джинсы, и это заставляет меня неловко улыбнуться, я действительно выгляжу как пятилетняя девочка, которой необходимы леденцы. — Так, ладно, — он пытается успокоиться, но ухмылки его знакомых не дают сделать ему это окончательно. — Деточка, у тебя парень-то есть? — хмурюсь, совершенно не понимая к чему этот вопрос. — Да, — спокойно отвечаю я, смотря прямо на Хорхе, который в отличие от всех остальных даже не улыбается, он просто прожигает меня взглядом, играя скулами, и именно это заставляет меня съёжиться и начать контролировать каждое своё слово. — Глядишь, и целоваться умеешь, — продолжает главный, заставляя меня посмотреть на него. — Факундо, ну-ка поцелуй её, — брюнет, стоящий неподалёку, делает шаг ко мне навстречу, тем самым заставляя меня отступить назад, раздаётся громкий смех, похожий на смех кого-то животного, и тот самый Факундо замирает. — Не-а, она не дастся, Артур, потом как-нибудь, — он отходит, улыбаясь и лишь губами шепча, что это просто шутка и мне следует расслабиться, но кажется, что я не одна не понимаю их юмора, Бланко выглядит так, будто сейчас взорвётся от гнева. Ещё бы, какие шутки в таком то месте. — Ладно, твоя задача, деточка, сказать говорит этот член производства правду или нет, — он бьёт шатена по плечу, когда тот закатывает глаза.— Сейчас он посвятит тебя в курс нашего дела, ты скажешь нам свою точку зрения, и можешь быть свободна, — с одной стороны я радуюсь этим словам, ведь они явно не поняли, что я наблюдала за ними, а с другой стороны что-то твердит мне, что так просто это не закончиться, и я по уши в дерьме. — Артур, это было лишнее, — выдыхает Хорхе, скрещивая руки на груди. — Но раз ты так хочешь, то я посвящу её, — он смотрит на меня, и я понимаю, что совершила большую ошибку, оказавшись здесь, в его глазах ужас и сочувствие, и от этого я начинаю дрожать, обнимая себя руками.— Мы называем себя «Dark Knights» — эпичное такое название. — Всё, что мы делаем это копируем контракты некоторых крупных организаций, составляем нужные нам подсчёты и подсовываем подделку, тем самым все деньги с крупных сделок капают нам в карман, — он говорит это слишком спокойно, будто это ничего страшного, как я поняла, они разоряют крупные компании, оставляя тысячи людей без работы, это просто ужасно. — Сейчас, мы планируем нечто грандиозное, три самые крупные компании Буэнос-Айреса решили объединиться, и мы хотим сорвать их сделку, но я против этого, — он выдыхает, осматривая всех, — Я единственный, кто считает, что это слишком рискованно, разрушив самые крупные компании, мы, конечно же, поимеем много денег, но весь финансовый рынок может рухнуть, и это обеспечит нам немало проблем в будущем… — Да, и именно поэтому он решил испортить очень важный расчёт! — Артур перебил его, пока я пыталась это всё уложить в своей голове и вспоминала все сводки газет про эту банду, и я до сих пор не понимала, как Хорхе связался с ними. — Ничего не специально, я действительно просто ошибся в расчётах, я ведь тоже не машина, — снова он врёт, смотря прямо на меня, — Это было случайно, но должен признать, что я рад этому, — вот уже получается куда убедительнее. — Так что скажешь, деточка, врёт он или нет? — мужчина склонил голову, изучая моё лицо на котором явно выражалось недоумение, я знала, что сегодня у нас с Хорхе будет серьёзный разговор, знала, что он накричит на меня, если не прибьёт сразу же, знала, что сама буду кричать на него, и это вгоняло меня в ступор. — Эй, как тебя зовут, скажи хоть это, для начала, — этот вопрос вывел меня из ступора, я испуганно посмотрела на Хорхе, он моргнул дольше, чем обычно, показывая мне этим, чтобы я сказала. — Мартина, — из-за волнения мой голос звучит обрывисто, и я пытаюсь справиться с этим порывом. — Мне кажется, что этот парень говорит правду, и знаете на вашем месте я бы прислушалась к нему, — я чувствую себя более уверенней, но привлекаю к себе излишнее внимание, которое было ни к чему, почему я не умею вовремя прикусить язык? Все выжидающе уставились на меня. — Ну, просто финансовый рынок — это действительно хрупкая структура, и если она потерпит такой крах, то восстановить её будет практически невозможно. Скорее всего, даже город может потерять возможность на существование, ведь даже все денежные запасы не покроют убытки, — я так не вовремя вспоминаю курс экономики, проклиная себя за это, и видимо не я одна. — Хм, умная девочка, — говорит Артур, ухмыляясь. — Что же, спасибо за услугу, думаю, что ты можешь идти, — киваю и собираюсь уходить, но он добавляет.— Бланко, проводи юную леди, кажется вы знакомы, — чёрт. Хорхе кивает и направляется в мою сторону, хватает меня за руку, до боли сжимая запястье, и тащит из-за угла, он убьёт меня сразу, и это очевидно. Надеяться, что я доберусь до их дома сейчас, как никогда глупо. Я пытаюсь не отставать от Хорхе, но для этого мне приходиться чуть ли не бежать, он идёт слишком быстро, смотря только вперёд. Мне было страшно, а когда Хорхе со всей силой резко прижал меня к холодной стене, меня начал переполнять ужас. — Какого хрена, Штоссель?! — он бьёт кулаком по стене возле моей головы, от чего я жмурюсь, и слёзы подступают к глазам, — Тини, блять, ты даже не понимаешь, во что ввязалась! Ты должна была сидеть дома! Но нет, надо было найти себя на задницу приключения, — он отстраняется, — Я даже не собираюсь вытаскивать тебя из этого дерьма! Потому что ты дура, ты просто тупая малолетняя дрянь! — отрезает он, тем самым, заставляя, меня поддаться рыданиям, я и без него знала, что попала по самое не хочу, но сейчас мне была нужна именно его поддержка, а не оскорбления в мою сторону. — Ты не лучше! — в истерике кричу я. — Сам виноват! Если бы говорил хоть что-то, то сейчас я была бы дома! Ты — мразь, ты оставляешь тысячи людей без работы, и глазом не моргнув! Ты чудовище! Я и не рассчитывала на твою помощь! — вру, отталкивая его от себя, стирая слёзы с лица и направляясь в сторону его дома, хочется идти домой и плакать в подушку, но я обещала Эмме вернуться. Знаю, что ещё несколько секунд Бланко стоит на месте, а потом идёт за мной. Это напрягает, но я делаю вид, что не замечаю его. Мне больно, очень, но я пытаюсь успокоиться, честно, но ничего не выходит. — Мартина, — Хорхе догоняет меня через несколько кварталов, одёргивает за руку и крепко прижимает к себе. — Милая, прости, — я пытаюсь вырваться, не желая его слушать, но он ещё крепче прижимает меня к себе, мне хватает пространства едва ли для того, чтобы дышать, — Я должен был так сказать, прости, прости, малыш. Они наблюдали, они знают, что мы знакомы, я должен был убедить их в том, что ты ничего не значишь для меня, — он галдит меня по волосам, слегка целуя макушку, пока я прокручиваю эти слова в своей голове снова и снова, пытаясь понять их смысл. — Прости, — шепчет уже на ухо. — Нам надо поговорить, но не здесь, пошли домой быстрей, — он осматривается и берёт меня за руку, прижимая к себе ближе, направляясь в сторону дома, одновременно читая мне нотацию о том, какое я горе лукавое и что же ему со мной делать, пока же я упорно молчу, накапливая свой шквал эмоций. Сначала он закрытый эгоист, а теперь самый заботливый парень на свете, хотя мы даже не пара, ну вернее не настоящая пара. — Проходи, — он открывает дверь и вновь срывается на крик, — Нет! Ну ты чем думала, скажи мне, пожалуйста! В мою комнату, живо! — я быстро повинуюсь, становится страшно, но я направляюсь к лестнице, чувствуя себя провинившимся маленьким ребёнком, боковым взглядом замечаю Эмму, которая с широко распахнутыми глазами смотрела на нас, что же потом меня ждёт допрос, но не уверена, что выдержу и его. — Хорхе, послушай меня, — прошу, когда о закрывает за нами дверь на ключ, — Если бы ты хоть раз сказал куда ходишь, да, даже если бы соврал, я бы не пошла за тобой! У нас с Эммой бы не возник такой ужасно раздирающий нас интерес! — я размахиваю руками от переизбытка эмоций. — Заткнись, — усмехается Хорхе, обнимая меня за талию, прижимая к себе и целуя меня в губы, грубым, настойчивым поцелуем, жадно сминая мои губы, и я поддаюсь, — Успокоилась? — спрашивает он, отстраняясь, прислоняясь своим лбом к моему, я рвано дышу и неуверенно киваю, кажется, это действительно помогло. Дальше я внимательно выслушиваю Бланко, он рассказывает мне всё, начиная от того, как попал к ним несколько лет назад, заканчивая тем, что ему это уже поперёк горла. — Но ты всё ещё с ними, — заканчиваю я, уже перебивая его, моя очередь, — Ты, ты просто невыносим! Ты ведь сам понимаешь, как ужасно это звучит, понимаешь, да? Ты отдалился от всех, кто тебе дорог из-за них! И ты сам ничего не делаешь, чтобы избавиться от этого! Ты убеждаешь всех, что тебе плевать на них, но ведь это не так, да? И всё из-за этого! Ты жестокий, чёрствый, — продолжаю, снова чувствуя, как подступают слёзы, я злюсь на него, очень злюсь. Мне обидно, что я узнаю об этом только из-за того, что пошла за ним, сам он бы в жизни мне никогда не рассказал, я понимаю, что он не сближается ни с кем из-за этих парней, я понимаю, что если он захочет уйти, то они будут угрожать ему близкими людьми, я понимала это, но не хотела признавать, что он может быть не бессердечным, каким всегда казался. — Ты думаешь, что я не хочу уйти от них?! — снова срывается он после часа спокойствия. — Тогда почему не уходишь? — не сдаюсь, наблюдая за ним. — Они обещали убить её, — я застываю, сердце пропускает пару ударов, хочу спросить «Кого», лишь бы не услышать до боли знакомое имя, но он продолжает сам, — Они обещали убить Эмму, но теперь у них есть ещё одна вещь, которую они могут использовать против меня… — Какая же? — с долей сарказма спрашиваю я, выгибая бровь, уверена, что это Стефани, ведь именно её он так умело отталкивает от себя. — Ты…