Мерцание

      Молодые люди как по команде обернулись. Рита нервно сглотнула и попятилась. Сзади них стоял высокий человек с длинными черными встрепанными волосами. В черной маске, которую украшали оранжевые полосы. В прорезях для глаз сверкали алые шаринганы. Поза мужчины показывала, что он готов напасть.       Женя толкнула сестру назад, а сама встала в боевую стойку. Ника последовала ее примеру, со смертельной бледностью смотря на незнакомца. Она знала, кто это. И она прекрасно понимала, что их боевые навыки в ведении ближнего рукопашного боя им не помогут. Но нужно же было сопротивляться. — Ну так что? — голос мужчины был приторно ласковым. — Кто вы такие, малыши? — Сам ты, блять, малыш! — громко возмутился Влад, подхватывая с земли внушительную палку.       Адели переводила удивленный взгляд со своих друзей на мужчину. Что-то подсказывало, что они знакомы. Вероника хотела сказать что-то, но Женя перебила ее: — Он не узнал нас, — тихо прошептала шатенка, — а это плохо. — А должен был узнать? — брюнет насмешливо фыркнул и буквально просверлил взглядом Гордееву-младшую. — Кто вы такие? — Я Адели, а это Рита, Женя, Влад и Вероника, — решила взять переговоры в свои руки рыжеволосая.       Мужчина прищурился и окинул молодых людей внимательным и цепким взглядом. Рядом с ним бесшумно приземлился на ноги высокий и рыжеволосый мужчина с пирсингом. Марго сжалась в комочек, бросая на рыжего умоляющие взгляды. Брюнет в один момент оказался за спиной Ады и схватил ее за горло. — Рита, Вероника и Женя, говоришь? — прошипел мужчина рыжеволосой в лицо.       Она с трудом закивала и вцепилась в его руку, стараясь оторвать ее от своего горла. И в тот же момент ее швырнули в сторону. Адели успела сгруппироваться и пару метров проехала на спине. Но подняться ей не дали. К горлу приставили холодное лезвие длиной катаны. — Мадара, прекрати! — завопила Ника, кидаясь на помощь подруге. — Ты не узнаешь нас?       Мужчина вздрогнул как от пощечины и впился в приближающуюся фигурку девушки с дикой ненавистью. — Да, вы похожи на тех девчонок, — злобно ухмыльнулся Учиха, отвлекаясь от Ады. — Но им от силы лет шестнадцать. А вы выглядите лет на двадцать. Кто подослал вас?!       Рыжеволосый мужчина тем временем пытливо всматривался в Марго. Шатенка не знала, куда девать себя от смущения и страха. — Каких нахер шестнадцать?! — завопила Вика, останавливаясь неподалеку от брюнета. — Прошло пять лет, блять! Что за маразм, Учиха?! — Пять… лет? — из-за маски нельзя было различить выражение лица мужчины, но, если судить по тону голоса, он был удивлен. — Прошло пять месяцев, девчонка! — Пейна приводил сосед, ты представился одной стремной девке нашим репетитором по алгебре и вечно доставал Вику, — выкрикнула Женя, как следует не подумав. На нее уставились злобные шаринганы. Гордеева-младшая судорожно вздохнула и сделала шаг назад. — Марго, так это действительно вы? — вмешался в диалог Пейн. Девушка покраснела и просто кивнула, отводя взор. Рыжеволосый стремительным шагом пересек поляну и протянул руку к лицу шатенки, но ее загородила собой Евгения, всем видом показывая, что так просто она сестру тронуть никому не даст. — Жень, все в порядке, — тихо прошептала Рита, трогая младшую сестренку за плечо. Гордеева-младшая кинула мрачный взгляд на Пейна и отошла в сторону.       Нукенин подошел к шатенке почти вплотную и нечитаемым взглядом уставился ей в глаза. Губы Маргариты невольно задрожали. Она с каким-то болезненным удовольствием разглядывала мужчину, не обращая внимания на полупрозрачную пелену, застилающую глаза.       Рыжий скривил губы в грустной улыбке и коснулся пряди волос, выпавшей из прически девушки. Она тихо всхлипнула и обхватила себя руками. Слезы неконтролируемыми ручьями текли по щекам. Пейн неуклюже притянул девушку к себе и погладил ее по волосам. Шатенка крепко вцепилась пальцами в форменный ало-черный плащ и уткнулась носом ему в грудь.       Мужчина не возражал.

***

      Женя с отвращением наблюдала за слезами своей сестры. Она терпеть не могла, когда кто-то плакал. Девушка считала, что слезы - это что-то слишком интимное, чтобы выставлять это напоказ. А сейчас ее сестра ревет белугой и цепляется за лидера известной организации «Акацуки». Это было даже не смешно. Где-то рядом Ника ругалась с Мадарой. Видимо, пыталась внушить, что нельзя так обращаться с девушками. А особенно с Адели. Сама Ада с каким-то ужасом наблюдала за всем происходящим.       Кажется, ей пора было оказать психологическую помощь. Евгения поморщилась. Рыжеволосая не знала о визите Акацук к ним домой, и сейчас вот-вот должна была разразиться громкая истерика. Несмотря на то, что Адели имела железные нервы, с таким потрясением ее психика могла и не справиться.

***

— Ну все, не вопи, — бурчала Гордеева-старшая, крепко обнимая подругу.       Ада смотрела в одну точку и тихо всхлипывала. Кажется, потрясение было очень сильным. Влад тем временем помогал Вике рассказывать Акацукам о том, что было после их ухода. Успокоившаяся Рита спокойно стояла рядом с Пейном, крепко сжимая его ладонь.       Учиха с какой-то насмешкой во взгляде наблюдал за Верой. — Я не кричу, — безжизненным голосом отозвалась Адели. — Почему мы здесь? Почему вы все такие спокойные, черт возьми?! — Все началось пять лет назад… — тихо усмехнулась Жека.

***

— И как нам вернуться? — недовольно сощурилась Вероника, ковыряя мыском ботинок землю. — У меня там родители остались! И парень!       Брюнет насмешливо рассмеялся и дал девушке щелбан. — Никак. Обратной техники мы не знаем, — пожал Мадара плечами. — Придется вас всех убить!       Ада, только начавшая отходить от шока, с ужасом уставилась на Учиху и попятилась. Рыжеволосый недовольно зыркнул на босса и приобнял Риту. — Нет, мы не станем вас убивать. Просто устроим в какой-нибудь относительно мирной деревеньке. — Что?! — вспыхнула от злости Вера. — Мы будем жить с вами! И тоже станем шиноби! Я оказалась здесь явно не для того, чтобы стать домохозяйкой и обычной гражданской! — Ника права, — решительно кивнула Маргарита, — мы останемся с вами. Мы постараемся не доставлять вам неудобств. — Исключено, — оборвал девушку Пейн. — Вы не будете шиноби. Временно поживете в нашем штабе. Потом мы найдем вам более безопасное место жительства! — Так нечестно! — нахмурился Владислав, скрещивая руки на груди. — Через пару лет все безопасные места перестанут быть таковыми. — Я понимаю, вы не рады, что мы здесь появились… — начала Рита, но ее мигом перебили. — Я очень не рад! — выделил последние слова рыжеволосый, не обращая внимания на обиженное лицо шатенки. — Я не хочу, чтобы вас убили. Вы не выживете здесь! И не станете шиноби! Вы просто не привыкли к такому! Лучше бы вы были в своем измерении. Там было бы безопаснее! — Безопаснее? — тихим голосом уточнила Адели. — Да чтобы вы знали, господин Пейн, у нас бывает еще опаснее, чем у вас! Полно маньяков, убийц, преступников и наркоторговцев. Ты можешь попасть под машину. Быть похищенным и проданным на органы! Ты можешь попасть в передрягу с местными авторитетами. Можешь быть убитым в подворотне. У нас так же, как и у вас. Только чакры не имеется. И никаких деревень шиноби и феодалов. Я не хочу оставаться здесь. Хочу вернуться домой. Но еще больше я не хочу стать беспомощной здесь.       Марго подмигнула Жене. Пока Акацуки не отошли от речи девушки, можно было добить весомыми аргументами. — Мы можем просто жить у вас. Обучаться искусству шиноби. Помогать по хозяйству. В конце концов, когда-то мы приютили вас. Так почему бы не вернуть должок? — Жека говорила спокойно и уверенно, внимательно глядя в алые шаринганы Мадары. Мужчина сощурился и уставился на Гордееву-младшую тяжелым немигающим взглядом. — Хорошо, — это решение Пейну далось нелегко. — Мы возьмем вас с собой. Но есть условие! — И какое? — довольно улыбнулся Владислав. — Вы не будете участвовать в миссиях и заданиях, — холода в голосе Учихи хватило бы на заморозку какого-нибудь озера. Вера готова была разразиться обличающей речью, но, увидев мрачный взгляд Евгении, тяжело вздохнула и опустила голову. — Раз согласны, тогда пора идти. До штаба осталось немного, — хмыкнул Учиха, поправляя гунбай за спиной. — Вы ведь не умеете пользоваться чакрой?

***

— Офигеть! — прошептала брюнетка.       И действительно. Убежище оказалось под землей. Закрывал вход внутрь большой камень. Вокруг было очень много деревьев. Неподалеку слышался шум реки. Если приглядеться, то на камне можно было разглядеть странные символы. Как объяснил Пейн — специальные руны. Реагируют только на чакру Акацук, и с их помощью можно попасть внутрь.       Рыжеволосый подошел к огромной глыбе и положил на нее ладонь, объятую чакрой. Что-то громко заскрипело, и каменюга отодвинулась от входа. Адели крепче сжала руку Евгении. Последняя тихо улыбнулась и первой сделала шаг вперед.       Внутри было темно. Коридор был длинным и вел куда-то вглубь. По щелчку пальцев Мадары на стенах загорелись факелы.       Марго с интересом оглядывала все, что попадалось на глаза. Пейн тихо ухмыльнулся и крепко сжал ладошку шатенки в своей руке. Она приободренно улыбнулась, не замечая хитрые улыбки Влада и Жени. Евгения шла позади Гервальда и изредка косилась через плечо на идущего сзади Мадару. Учиху она побаивалась.       Но коридор, наконец, закончился, и все семеро оказались в большом помещении.

***

— Ахуеть! — только и смог произнести Хидан, ошарашенно взирая на молодых людей. — И они будут жить с нами?       Конан, стоящая рядом с рыжеволосым, беспокойно дернулась и кинула косой взгляд на Мадару. — Да, — спокойно подтвердил брюнет, облокачиваясь об холодную каменную стену.       Большое помещение оказалось общей гостиной. Около стен стояло четыре дивана, в середине помещения был большой стол и стоящие рядом с ним стулья. Стены были каменными и холодными. В помещении было прохладно. Сейчас в гостиной сидели почти все члены организации «Акацуки», и практически все из них были в жутком шоке. Боссы привели в штаб пятерых гражданских.       Конан была в тихой ярости. Она прекрасно видела взгляды Пейна на Марго и бесилась. Она только подруга, и всегда ею была. Но она никогда не думала, что будет ревновать Нагато к какой-то девице. И тем более ей и в голову не могло прийти то, что эти пятеро будут жить у них. — Конан, покажи им комнаты, пожалуйста, — устало махнул рукой рыжеволосый. Кто-то выразил удивление сдержанными вздохами, а кто-то заматерился в голос. — Конечно, — женщина едва смогла сдержать гнев. Она не может показать чувства. Нельзя поддаваться гневу.