Не сдавайся

Я сижу за столом и отстукиваю ритм карандашом. Взгляд устремлен на черный экран телевизора. Стараюсь дышать как можно ровнее и не обращать внимание на мельтешащую перед глазами Эффи. Она ходит из стороны в сторону и что-то бормочет себе под нос. Генер что-то ищет в своем планшете, а Эмма стоит у окна. Врач приходил два часа назад. Увидев состояние Хеймитча, он решил его госпитализировать. На всякий случай. Пит собрал все, что необходимо Хеймитчу и поехал с ним. Нас с Эффи он оставил дома, объяснив, что мы сейчас слишком нервные. На наше общее счастье выяснилось, что и стилистам, и Эффи сделали прививки от ветрянки. Так что больше у нас болеть никто не будет. Слышится хлопок двери и громкий крик Пита: -Я вернулся! Трое взрослых тут же выскакивают в коридор, спеша на встречу Питу. Я же засовываю карандаш за ухо и ложусь на диване. Закрываю глаза и начинаю считать до десяти, чтобы успокоиться. Сердце замедляет свое движение. Я медленно вдыхаю и выдыхаю и опять сажусь. Смотрю в окно на соседнее здание. Прислушиваюсь к тому, что происходит в коридоре. Голос Пита о чем-то рассказывает, но слов я не разбираю. Изредка слышится голос Эффи, Эммы или Генера. Потом вновь слышатся шаги, которые постепенно приближаются. Когда шаги становятся совсем громким, две руки нежно обнимают меня за талию и тянут к себе. Уголки моих губ ползут вверх, и я прижимаюсь плечом к груди Пита. Он целует меня в подставленный лоб и покрепче обхватывает меня руками. -Все в порядке. Вещи отвез, указания получил. Нам тут еще пару недель жить. А может и больше. От этих слов у меня вырывается протяжный стон. Две недели! Две недели торчать в Капитолии! Я же тут с ума сойду! -Может не надо? – жалобно спрашиваю я. -Да я бы рад, но нет. Не можем же мы бросить тут Хеймитча? -Не можем, - соглашаюсь я. -Не волнуйся, проживем как-нибудь. Я обреченно вздыхаю и смотрю ему в глаза. Два нежно голубых огонечка смотрят на меня чуть насмешливо, но при этом так нежно. В его глазах читается такое наслаждение, такая радость. Его глаза похожи на два чистых весенних неба. Он смотрит на меня, не моргая, и улыбается. В его глазах видна такая любовь, такое счастье. Только он так на меня смотрит. -Только ты так на меня смотришь, - повторяю я в слух. -Как, так? – не понимает Пит. -Так, - повторяю я. – Так. -А ты говоришь так только со мной, - нежно произносит он. -Правда? - я удивленно поднимаю брови. -Правда. Зачем мне врать? – Пит удивленно поднимает брови. -Не зачем, - соглашаюсь я и кладу голову ему на колени. Пит проводит рукой по моим волосам, пропуская пряди между пальцев. Я зеваю и закрываю глаза. Пит что-то тихо мне шепчет, но я уже не слышу. Просыпаюсь я через несколько часов. Хоть и спала я мало, но чувствую себя хорошо отдохнувшей. Я потягиваюсь и открываю глаза. Моя голова по-прежнему лежит на коленях Пита, а он сам сидит все в той же позе. Он улыбается, когда замечает, что я проснулась. -С добрым вечером, Китнисс. -А он такое уж добрый? -Для кого как, - нежно шепчет он, чуть усмехаясь. Я еще раз потягиваюсь и сажусь, по-прежнему не спуская ног с дивана. -Сколько сейчас? – спрашиваю я, оборачиваясь. -Почти шесть. Значит я проспала около часа. Мало. Тянусь к пульту от телевизора, желая увидеть вечерние новости. Только вот сделать это мне не удается. Слышу стучание каблуков Эффи. Наша сопровождающая заходит в комнату, прижимая к уху трубку радиотелефона. -Да, да, сейчас! – говорит она своему собеседнику. Затем она протягивает трубку мне, - Китнисс, тебя. Я с недоумением забираю у нее трубку и подношу ее к уху. -Алло. -Китнисс? – раздается голос Плутарха. – Это я. -Привет, - сухо бросаю я, задумчиво вертя в руке пульт. -Я звоню по делу. -Да неужели? – я саркастически смеюсь. – А я думала, что ты решил со мной поболтать! -Китнисс! Ну не злись! Злость тебе не идет. -Я знаю, - усмехаюсь я. – Так что ты хотел? -Мы тут недавно разбирались в одних бумагах. Понимаешь, часть из них была из кабинета Цинны. От имени моего стилиста меня бросает в жар. Я поднимаюсь с дивана и бегом бросаюсь к себе в комнату. -Что? – отрешенно переспрашиваю я, уже лежа на кровати. -Да, да. Так вот, мы нашли там одну бумагу, в которой сказано, что часть своего имущества он оставляет сестре, а все остальное получаешь ты. -Что? – еще раз спрашиваю я. -Китнисс, не глупи. Тебе достается часть имущества Цинны. -И что же это? -Некая сумма денег, его загородный дом и все его работы. Это включает в себя эскизы, платье, ткани и прочее. -Что? -Китнисс, ты там с ума что ли сходишь? -И что мне с этим делать? -Все что душе угодно. -Когда я могу забрать все это? -Да хоть сейчас. Я пришлю тебе ключи и бумажку с адресами его дома и квартиры. Часть вещей находится там. -Лучше отвези меня туда. -Сейчас? -Да, сейчас. -Как тебе угодно. Выходи, мой водитель уже почти приехал. -Пока, - я кладу трубку. И медленно обвожу взглядом комнату, а затем поднимаюсь на ноги. Моя одежда взмокла, и я решительно направляюсь к шкафу. Темно-синие брюки, кроссовки и зеленая футболка сменяют мокрые тряпки. Затем я сую в карман несколько купюр, надеваю сумку через плечо и практически бегом бросаюсь вон из комнаты. Практически у самого выхода меня настигает настороженный крик Пита: -Китнисс? Что случилось? Ты куда? В ответ я лишь хлопаю дверью и пулей влетаю в лифт. Двери уже закрываются, когда я вижу выглядывающего Генера. На мгновение наши глаза встречаются, а потом двери лифта смыкаются. На улице я сразу замечаю черную машину Плутарха. Мне услужливо открывают дверь и я опускаюсь на заднее сиденье, рядом с хозяином машины. -Привет, Китнисс! – Плутарх широко улыбается. -Мы с тобой простились минут пять назад, - замечаю я. -Молчу, молчу! -Куда отвезешь меня? -На квартиру. Слишком поздно для поездки за город. -Хорошо. Я туда завтра сама съезжу. -А, кстати, тебе еще досталась машина Цинны, - вспоминает Плутарх. -Я не умею водить, - честно сообщаю я. -Не проблема. Найми себе водителя. -О боже, я же не собираюсь здесь жить! – восклицаю я. Плутарх удивленно смотрит на меня, но молчит. Остаток нашей поездки протекает в тишине. Когда мы останавливаемся в богатом районе возле высотки, он протягивает мне бумажку с адресом и две связки ключей. Объясняет, какой от чего и прощается. Как только я ступаю на тротуар, машина укатывает в неизвестном направлении. Я тяну на себя дверь и оказываюсь в большом и чистом подъезде. Подхожу к лифту и нажимаю кнопку вызова. Опускаю глаза на бумажку. Так, мне нужно на последний этаж, 30. Лифта все нет. Сломан он, что ли? Мне надоедает ждать и я решительно направляюсь к лестнице. Через 15 пролетов я начинаю уставать, а еще через 10 начинаю жалеть, что пошла пешком. Когда я дохожу до своего этажа, у меня уже нет сил не на что. Поворачиваю ключ в замке и захожу в коридор. Рука автоматически нашаривает выключатель, и яркий свет заставляет меня зажмуриться. Когда глаза привыкают к света, я могу оглядеться. Обычная, ничем не примечательная прихожая обставлена просто, но вкусом. Вставляю ключи с другой стороны замка и иду по большому и просторному коридору. Чувствую, что у меня начинает кружиться голова. На мгновение прислоняюсь к стене, а затем иду дальше. Толкаю первую попавшуюся дверь и оказываюсь в просторной гостиной. В нос мне ударяет странный сладковатый запах. Он мешает дышать, застревает где-то в горле. Уже практически на ощупь я иду к окну. Перед глазами все плывет, я никак не могу собрать цельную картинку. Нервно сглатываю и замедляю шаг. Перед глазами встают яркие круги. Последнее, что я вижу, это расплывчатый коричневый образ, а затем я теряю сознание.