The ultimate weapon

      Все время перелета аферисты смотрели в окно. Чимин думал над тем, что же будет дальше, но всё равно упирался лишь в тюрьму. Тэхен думал над полицейскими, что, скорее всего, знали всё с самого начала. Знали и молчали по непонятным причинам. Хосок поддерживал рукой подбородок, размышляя над поступком Шихека. Шеф действительно так поступил? Возможно, он был просто болен, а подопечные не замечали. Человек нуждался в помощи, наверное, даже намекал.. Всему виной лишь они. По прилету в Сеул над головами парней возвышалась луна. Ребята даже не заметили заката, погружаясь в собственные мысли. Глаза были опухшие, красные и уставшие. Чего нельзя было сказать о воодушевленных полицейских, с которых бодрость так и сочилась. Даже Юнги, всеми известный любитель поспать, всю дорогу переговаривался с Намджуном и Кулио, веселясь над некоторыми моментами. Ему казалось забавным, что Ким так идеально сыграл свою роль, мол даже сомневаться в преданности начал. В разговор вступал и Чонгук, подкидывая фразы о том, что старшим нужно было ввести его в курс дела поконкретнее. Джин также временами пускал смешки. — Заприте его в камере до суда, — дал распоряжение Кулио незнакомым полицейским. Те поклонились и отправились выполнять приказ. Троица спустилась с вертолета, наблюдая за тем, как ведут их шефа в наручниках. Хосок провожал взглядом, ведь знал, что увидятся они не скоро. Парням было до ужаса стыдно и страшно, ведь теперь они остались одни. Никто больше не будет поощрять их чувствительность, никто не будет устраивать внеплановые походы, успокаивать при ночных кошмарах. Шихек заменял всех, от мамы до друга. Тэхен подался вперед, когда дверь участка закрылась. Он так и замер, не в силах сделать что-либо ещё. Макнэ и его напарники хвалили друг друга за работу, и, кажется, вовсе забыли о аферистах. Восторженные вопли Намджуна и одобряющие наставления Кулио отдавались эхом в голове Чимина. Пак потянул за рукав Хосока, а после кивнул на улицу, мол пора идти. Чон сжал губы, пытаясь улыбнуться, однако, не весело сейчас было. Тэхен заметил мельтешение друзей и поспешил пойти за ними. Ребята направлялись к дороге, ещё не зная куда пойдут дальше. Возможно, заберутся в дом, где находились раньше, соберут вещи и по тихому уйдут. — Я разве не говорил, что не пущу тебя никуда? — за спинами раздался голос Юнги. Троица обернулась, замечая, что их пропажу заметили полицейские. Те стояли, скрестив руки на груди, как один. — Серьезно, что мне с вами делать? — Кулио переглянулся с Намджуном, который, как оказалось, тоже имел отношение к правоохранительным органам. Аферисты опустили взгляды в пол, словно нашкодившие дети. В глазах Леона они ими и были, потерянными, нашкодившими, но умными детьми. Хосок не знал что говорить в таких случаях. Поэтому, все молчали. Джин переглянулся с Чонгуком, и оба кивнули друг другу, подходя к ребятам ближе. Сзади была дорога, по которой мчались машины, освещая лица. — Я слышал, ты неплохо ориентируешься в компьютерной информации? — самый старший закинул руку через плечо Хоупа, вызывая недовольный взгляд. Запекшиеся ранки потемнели, но не переставали ныть. — Хен, не думал спасать людей? — макнэ в свою очередь не так смел, как его напарник, поэтому, лишь остановился напротив Ви, смотря в упор и перебирая собственные пальцы. Чимин мотал головой по сторонам, поражаясь словам полицейских. Неужели.. Они хотят взять их к себе? Пак кинул мимолетный взгляд на Мина, который наблюдал за ним, склонив голову набок. Он ничего не говорил, только улыбался. Возможно, хоть на немного они приблизились к черте друзей, — надеялся Чимин. — Ах, что же делать, этот ребенок ничего не умеет, только обзывать старших, — выдохнул Шуга, обращаясь к Леону. Последний неодобрительно цокнул языком, покачивая головой. Пак встрепенулся, вспоминая свои навыки : — Я умею, — начал быстро он, чем вызвал улыбку в старших, — умею... — Незаметно проникать в помещения, не сдерживать свои эмоции, вредничать и легко заводиться по разному поводу, обманывать взрослых женщин, а также дразнить хена, — закончил за донсэна Юнги, вызывая у того некое подобие обиды. Чимину показалось, что хен больно разошелся, стал более открытым и энергичным. Такая странная перемена эмоций не могла не радовать, но и немного напрягала. Кулио звонко рассмеялся, похлопывая по спине Мина рукой. Возле обочины остановился серый фургон, и Леон предложил всем поехать домой, а после уже разбираться во всем.       В коридоре пахло свежим цементом — именно тот запах, от которого сходил с ума Чимин. Он узнал его сразу, оглядываясь по сторонам. Как оказалось, в кухне проводился ремонт. Юнги сразу заметил обоняние, предложив Паку роль ищейки в полиции, на что младший лишь фыркнул. Чонгук с Ви сразу заняли место на диване в гостиной, включая телевизор. К ним же присоединились остальные, устраиваясь рядом. — Итак, теперь всё по порядку, — начал Кулио, заметив притихших аферистов. Они чувствовали себя виноватыми за своего шефа, — Бан Шихек в розыске уже два года. Вы не должны удивляться его аресту, ведь он вел нелегальную торговлю, на нем висело больше десятка афер, к тому же, издевательство над несовершеннолетними. — По такой логике, мы должны быть с ним рядом, в камере, — тихо сказал Хоуп, ещё не веря в виновность их родного человека. — Он болен, Хосок. Вашего бывшего шефа направят в диспансер, проведут обследование, возможно, вылечат, — объяснял Джин, внимая на себе осуждающие взгляды, — не смотрите так, это не психушка. — Я уже ничего не хочу знать, — устало откинулся на спинку дивана Тэхен, прикрывая глаза, — мне только Намджун интересен. Чонгук насупился, недовольно фыркая. Ви чувствовал на себе осуждающий взгляд, поэтому уголки губ поползли вверх, а один глаз приоткрылся. Макнэ состроил смешную рожицу, отворачиваясь. — Я патологоанатом, — Ким поднял руку вверх, представляясь, — работаю с этими выдумщиками, а подделать документы, будто я работал с Баном не составило труда, к тому же, вы, парни, меня часто видели, ведь я как только не пытался пробраться к Шихеку. — А! — Юнги вскрикнул, заставляя всех вздрогнуть на месте, — Вспомнил! Чимин тоже колупается в трупах. Пак перевел дыхание, закатывая глаза. Ещё парочка таких воспоминаний от хена и разбирать будут его. — Это было смешно, — начал Джин, — особенно, когда Чимин проникал в машину. Юнги тогда изнервничался весь, истерику устроил на крыше. — Я чувствую себя разыгранным. Почему вы нас не предупредили? — Тэхен поджал губы. — Даю сто процентов, что Чимин бы сразу побежал к шефу, — Шуга тыкал указательным пальцем на донсэна, беся ещё больше. Серьезно, он всегда был таким вредным? — Погодите, а как же наркота и тот парень в подворотне? — вспомнил Хосок, когда героически вышел на след Намджуна. — Ах это, Чанёль майор, можешь не удивляться. Кстати, ты исследовал содержимое пакетика? — Кулио сдерживал улыбку, в то время, как остальные начали хохотать. — Мука это, — Хоуп даже зарделся, опуская взгляд в пол, — Стой.. Так ты меня отчитал просто так? — поменялся в лице Хосок, указывая на Джина, пока тот не взорвался смехом, еле выдавливая слова извинения.       По различным расспросам парни поняли, что в самом деле план был хорошо продуман. И те, кого обвели вокруг пальца были именно аферисты. Однако, ребята до сих пор недоумевали, как мог их шеф совершить такое. Посылать людей в фургон, испытывать выдержку макнэ, вкалывать действующий стероид в Ви, буквально убивать своими руками детей. И на счет тех малышек в пустыне, оказалось, Намджун в самом деле разрабатывает вакцину, однако вовсе не Леон вводил наркотические элементы. Также узнали, что у полицейских были опасения, что те перейдут на сторону своего шефа. В том случает, эта троица незамедлительно оказалась бы в тюрьме. Однако, аферисты повели себя иначе, полностью открываясь. — Хен, — оказавшись в кровати, Чимин ударил ногой второй этаж постели, призывая дремлющего Юнги распрощаться со сном. — Чего тебе? — Мин преклонился через бортик кровати, заглядывая на первый ярус. Пак лежал без одеяла, в одной майке и нижнем белье. Руки раскинуты в стороны, а волосы похожи на птичье гнездо. — Вы ведь занимаетесь поиском людей? — младший говорил шепотом, стараясь не разбудить остальных. — Не мы, но да, есть такое, а что? — Юнги свесил руку, протягивая её младшему. Донсэн вздохнул, цепляясь ладонью за тонкие пальцы хена. — Хочу найти родителей, — тише сказал Пак, переплетая пальцы с чужими. Парень подвинулся ближе к краю, устраиваясь удобней на подушке, — я видел их в последний раз больше пяти лет назад. Знаешь, они ведь думают, что я живу в Китае с девушкой, работаю в банке. — В банке? — пустил смешок Мин, упираясь подбородком в деревянную оправу, — Это ты, конечно, загнул. Нечего было лгать родным людям. — Ты их просто не знаешь. Родители волновались лишь о работе и внуках. — Это ведь нормально, — пожал плечами старший, наблюдая, как донсэн бьет его ладонью о свою, создавая посторонний шум, — думаю, они примут тебя любого, будь ты банкиром, полицейским, или даже вором. Для них ты всегда ребенок, мать и отец будут беспокоиться о своем чаде до конца жизни. — Обобщаешь, — нахмурился Чимин, думая, что узнай о настоящей деятельности, предки бы его сами сдали в тюрьму. — В большинстве случаев это так. Когда я признался своим в ориентации, года два ночевал в участке, — хен вспоминал это с улыбкой на губах, — а после всё как-то само собой решилось. Хотя, думаю, такого упрямого и плаксивого парня твои точно не простят. Чимин сощурился, обвивая пальцами запястье старшего и потянул на себя. Мин тихо айкнул, дергая рукой. — Вредный дедок, — Пак показал язык, убирая свою руку от разбушевавшегося Шуги. Последний поднялся на кровати, намереваясь слезть, отчего ЧимЧим уже не сдерживаясь начал верещать и хохотать, забиваясь с головой под одеяло. — Кто тут дедок? — Юнги ухватился за край ткани, стягивая на себя. Лохматая макушка вынырнула из-под мягкого укрытия, а глаза превратились в щелочки. Мин лег на донсэна, придавливая всем телом. — Хен, тут тесно, — веселился Чимин, пытаясь выпутать свои руки с одеяла. — Да, тесно, — подтвердил Мин, прекращая свои движения. Шуга ободряюще улыбался, рассматривая лицо брюнета вблизи. Пак держал глаза открытыми, но дыхание затаил, вдавливая голову в подушку. Возникало чувство дежавю, а память подсылала воспоминания с острова, где холодные и мокрые губы хена касались лба. Сейчас же старший ничего не делал, лишь пялился откровенно, выдыхая теплый воздух в подбородок Чиму. Младший чувствовал себя неловко уже в который раз. И только Пак хотел начать новую тему, как Мин оставил легкий поцелуй на уголке губ. Как неожиданно поцеловал, так же и отстранился. Чимин закусил щеку, всматриваясь в улыбающегося хена из-под отросшей челки, а после накрыл ладонями лицо и обреченно застонал, чем вызвал уже смех у Юнги. Шуга на согнутом локте опирался о подушку донсэна, а второй приподнял пальцы Пака, открывая доступ к таким детским губам. — Не смотри, — шепотом попросил старший, когда донсэн отстранил свои руки. Мин прикрыл ладонью глаза младшего, перекрывая вид. Шуга прикасался легко, едва ощущая тепло чужих губ, не смея углублять поцелуй. Он чувствовал, как подрагивают ресницы Пака под ладонью, ощущал дыхание на своем лице. — Знаешь, а я ведь подумал, что ты спрыгнешь, — высказал свои переживания старший, проходясь своими губами по чиминовым. — Суицид никогда не был выходом, — младший подался вперед, смея продолжить поцелуй. Чимин не давал себе отчет в действиях, а Юнги просто не думал. Вспотевшие ладони донсэна обхватили шею хена, прижимая к себе ближе. Кончик языка проходится по приоткрытым губам, врываясь в рот и осторожно исследуя каждый миллиметр. Мин отвечает аккуратно, боясь спугнуть. Рука старшего скользит по мятой майке, спускаясь к бедру брюнета. — Да, блять, хватит ржать! Хуже лошадей, — в комнату врывается Тэхен, пропуская в темное помещение свет от лампочки в коридоре. У Чимина хорошие рефлексы, поскольку Ким зашел, а Юнги уже лежал на полу, лишь ноги находились в теплой кровати. — Ничего не знаю, мы спали, это тебе в соседнюю комнату, — прокряхтел Мин, смотря вверх ногами на Ви. Последний странно покосился на хена, изгибая бровь. Смех действительно раздался в другой стороне, поэтому, блондин извинился, прикрывая за собой дверь. Чимин испустил облегченный выдох, прикрывая рукой влажные губы. Пак сам понимал, что выглядит сейчас как умственно отсталый, но улыбка выплывала невольно. — Я чуть не лишился самого драгоценного, — прошептал Юнги где-то внизу, а донсэн уже желейкой растекался по постели, вырисовывая себе самые приторно-сладкие ситуации, — чего ты хихикаешь? Я о языке говорю, чуть не откусил мою прелесть. Пак пододвинулся к краю, кидая недовольные взгляды на хена. Младший подумал запустить чем-то в полицейского, но не нашел ничего лучше, как схватить старшего за щиколотку и начать щекотать. Шуга поджимал под себя ступни, отползая от ловких рук, пока не приблизился к входной двери. — Достали! — в комнату ворвался на этот раз Джин, резко дергая дверь. Та с характерным звуком впечаталась в лоб Юнги, отчего красноволосый едва не упал. Чимин прыснул со смеху, укатываясь куда-то под стенку. Его гогот больше походил на охрипшую чайку. Такого даже Сокджин бы испугался, что говорить о Хосоке. — Да вы озверели, — Юнги на четвереньках выполз из-за двери, обращаясь к старшему. Хен же в наглую устроился рядом с Паком, обнимая афериста со спины, пока донсэн не успокаивался, продолжая дрожать и издавать ужасающие звуки, — ты чего тут делаешь? — Видите ли, Намджун патологоанатом, поэтому, ему можно доверять обрабатывать раны, — бурчал шатен, отбирая часть одеяла у донсэна. — Нет, я не спрашивал причину твоих психов, мне интересно, какого черта ты забыл в этой комнате. — Я спать хочу, замолчи уже, — Ким жестом руки попросил отойти подальше, а Пак во всю уже разошелся, вибрируя в руках старшего, словно тот телефон. Только Мин хотел пойти спать, как в который раз деревянная дверь ударяется об стену, а наглый человек преодолевает расстояние в один миг, забираясь на второй ярус кровати. — Всем спокойной ночи, — салютует наверху макнэ, заворачиваясь в одеяло. Шуга сжимает кулаки, медленно выпуская воздух с легких. Похоже, даже глаз начал дергаться. Красноволосый не хотел поднимать шум, поэтому, только дернул свою подушку, отчего голова Гука встретилась с твердой поверхностью яруса, недовольно шипя. — Нужно будет шпингалет приделать, — ворчит Юнги, покидая родную комнату. Между прочим, его выгнали с собственного помещения! Мин проклинает невоспитанное поколение, словно сам прожил на земле больше пяти десятков лет. Диван в гостиной встречает с распростертыми объятиями и давящими пружинами. Это только совместная ночь, а уже так утомительно. Впереди ещё работа.. Шуга погружается в сон, останавливаясь на мысли, что им и вшестером хорошо, а Намджун явно лишний и надо будет сплавить патологоанатома обратно к себе, откуда и пришел.