Дама в красном очень опасна

Не то чтобы Ифаню очень уж хочется приходить в себя, но чей-то прикованный к нему взгляд буквально вынуждает разлепить веки. В глазах мигом всё плывёт, и мерещится какой-то туман, но агент берёт себя в руки и фокусируется, слегка встряхнув головой. Положив ногу на ногу, напротив него в кресле сидит Исин. - Ну и где мой чай? А, Ифань? - Где я? - В своём гостиничном номере. На диване. В Корее. Южной, само собой, - Исин поднимается со своего места и подходит к окну, солнце за которым давно встало. - Где Сухо? – Ифань слишком резко садится, из-за чего головная боль со всей дури бьёт по вискам. - Посмотри налево. Он молча слушается и, повернувшись, видит Сухо, всё в том же злополучном красном платье, вырез которого стал больше, обнажая ногу полностью. Трогательно свернувшись калачиком, парень мирно спит на кровати, обхватив рукой край одеяла. - Что с остальными? – Ифань снова обращается к Исину, всё так же стоящему у окна. - Так как непосредственный босс Чун… То есть Сухо, ещё не прибыл, а времени на раздумья у нас не было, мы решили привезти вас к тебе, чтобы вы могли немного отдохнуть. Предвидя твой следующий вопрос: с того момента, как вас обезвредили, прошло около шести часов. Знаю, что слишком много недосказанного, но вы очень скоро всё узнаете. Можешь разбудить своего нового знакомого? Нам пора собираться. Не долго думая, Ифань подходит к кровати и, неловко потоптавшись, трясёт Сухо за плечо: - Эй, вставай. Эй. Сначала он думает, что это совершенно бесполезно и кореец слишком крепко спит, однако… - Я тебе… не «эй»… - отзывается тот и хочет подняться, но лишь обессилено вытягивается на кровати, приоткрыв глаза. – Ифань, ты почему плывёшь? И что это за туман? - Какой ещё туман? - Что значит какой? – кажется, подобное воспринимается им как весомый аргумент для того, чтобы встать на ноги. Оглядевшись вокруг, Сухо начинает размахивать в воздухе руками, словно силясь поймать невидимую муху. - Что за чёрт? – ошалело моргая, он смотрит на свои руки. - Какая забавная реакция от простого хлороформа, надо будет предупредить Минсока, - хихикает Исин, но тут же меняется в лице, приняв более серьёзное выражение: - Приведите себя в порядок. Я буду ждать вас в холле через пятнадцать минут, - и он выходит из комнаты. В конце концов через пару минут Сухо окончательно приходит в себя, а Ифань, как самый настоящий джентельмен, предлагает ему отправиться в ванную: - Дамы вперёд. - Ой, ну спасибо, - ехидно благодарит тот и удаляется в душ. Ифань же открывает шкаф в поисках мало-мальски приличной одежды. - Тебе нужно во что-то переодеться, - кричит он, попутно выбирая из своих вещей хоть что-то, что подошло бы Сухо по размеру. - Спасибо, конечно, но я утону в любой твоей шмотке. Кроме того, в ванной меня уже ждал мой костюм. Даже очки здесь. - Ты носишь очки? Звук воды прекращается, после чего выходит и сам Сухо, с полотенцем вокруг бёдер и с костюмом в руках. Капли медленно стекают по его торсу, и Ифань ловит себя на мысли, что слишком долго пялится и отводит взгляд. Но и это остаётся замеченным: - Всё-таки ты извращенец, У Ифань, - уверенно заявляет парень, с игривым укором наклоняя голову. – Твоя очередь, и поторопись, иначе без нас начнут. Под душем Ифань оценивает масштабы проделанной работы, осмотрев все ссадины и порезы на своём теле. Тёплая вода как никогда приятно смывает всю грязь и пот усилий, затраченных на задание. И он даже не совсем уверен, насколько удачной была операция и можно ли считать, что он справился. Они справились. Ведь карта памяти была всё ещё у него. У него есть около пяти минут на переодевание, за что Ифань и берётся, едва ступив в комнату мокрыми ногами. Сухо полностью одет и занят своими волосами, зачёсывая их назад перед зеркалом. На нём умеренно-строгий костюм с еле заметным синеватым оттенком и очки, похожие на те, что были на Сехуне, когда они видели его в последний раз. В принципе, одежды с собой у него не так уж и много, поэтому Ифань надевает простую чёрную рубашку и такие же чёрные зауженные брюки с затейливым ремнём, на пряжке которого висит кольцо. Переодевшись, он выходит в некое подобие гостиной, где его ждёт Сухо. - Ты бы хоть галстук надел, - сложив руки на груди, тот оценивает его внешний вид и подходит к нему вплотную, дёрнув за воротник. - Ненавижу галстуки. - А я думаю, что они тебе идут, - шепчет Сухо, кокетливо потянув за кольцо на ремне. – Нам пора, - хмыкает он и направляется к двери.

***

Нетерпеливо глядя на часы, Исин ждёт в фойе и, когда замечает их, торопит движением руки и кивает в сторону выхода, где снаружи стоит лимузин чёрного цвета. Забравшись в машину, босс Чжан хлопает по сидению, приглашая агентов сесть по бокам от него: - Ифань, давай сюда флэшку. Я знаю, что она у тебя, - и, получив карту памяти, тут же засовывает её в планшет, неведомо откуда оказавшийся в его руках. Признаться честно, Ифаня и самого всё это время обуревало нетерпение: очень уж хотелось узнать, что же такое ценное находилось в этой небольшой и надоевшей карте. Судя по Сухо, тот также как можно скорее жаждал узнать, за что они боролись. Исин же вот-вот потеряет над собой контроль, он пару раз раздражённого хлопает по планшету, ожидая его загрузки. И как только карта памяти наконец открывает им свои секреты, двое разочарованно приоткрывают рты, никак не ожидая увидеть на ней… - Это что, просто чьи-то фотографии? – удивлённо спрашивает Ифань, наблюдая как Исин пальцем перематывает одно за другим фото. - Ох, дорогой Ифань, не скажи. Это не просто фотографии, это очень редкие фотографии… - Моего босса, - заканчивает за него Сухо, вытаращив глаза. - Ты его узнал! - весело восклицает Исин, задержавшись на фото маленького мальчика, отчего-то вальяжно позировавшего. – Вы только посмотрите на эту кепку с кошачьей мордочкой. Каким же милым он был ребёнком! - Мы прошли семь кругов ада, чтобы найти флэшку, на которой ничего кроме фоток нету? – Сухо сердито вздыхает. - Не будь так категоричен, Чунмён, - просит Исин и отключает планшет. - Чунмён? – недоумённо переспрашивает Ифань. - Моё настоящее имя – Ким Чунмён, рад знакомству, У Ифань. - Кстати, откуда ты узнал моё имя? Я ведь представился тогда как Крис. - Только понял? Тебе и правда пора в отпуск… - А мы тем временем приехали! – Исин хлопает в ладоши и подталкивает их к выходу, когда машина останавливается. Они оказываются у солидно смотрящегося высокого здания без вывески, и Чунмён шепчет Ифаню, что здесь он и работает. Встречает их уже знакомый всем Сехун, всё в том же костюме и очках: - Позвольте проводить вас.

***

Добравшись на лифте в полной тишине до десятого этажа, Сехун приводит их в просторный зал, где их ждут. На невысоком выступе здесь расположены три стола, за двумя из которых сидят не до конца известные Ифаню люди, однако в одном он моментально узнаёт человека с фотографии, рядом с которой нашёл карту в особняке неизвестного китайца. Чунмён и Сехун встают напротив этого центрального стола. Исин же садится за пустующий, перед которым всё это время ждал скучающий и явно уставший Цзытао. За крайним столом справа восседает очевидно раздражённый молодой человек миловидной, вроде бы, наружности. Но что-то в его лице лично Ифаню неприятно. Напротив него сразу пятеро, один из которых с перебинтованной ногой расположился на инвалидной коляске. Его руку, поглаживая большим пальцем, сжимает знакомый смуглый юноша с тревогой в глазах, сидящий на корточках рядом. - Это же тот чувак из супермаркета и два психа, что нас чуть не укокошили! – восклицает Сухо, кивнув в их сторону. – А этот вырубил нас палёным хлороформом! - И ничего он не палёный, - парень возмущённо цокает. - Нафига тут этот долговязый? – не останавливается Сухо. – Глаза б мои его не видели. - Тебя спросить забыли, - тут же отзывается «долговязый». - Хорошо, хорошо. Успокойтесь. Все в сборе. Раз все знают корейский, на нём и будем общаться. Встаньте каждый напротив своего начальства, чтобы не путаться. Ифань, ну же, не тормози, - торопит его Исин. – Вам наверняка интересно узнать, что же произошло… - Исин, ну что ты нудишь, к чему всё это? – «неприятный» молодой человек закатывает глаза. - Уж кому, а тебе, нужно помалкивать, Хань, - злобно шипит на него сосед в центре. - Минни, чего ты опять обижаешься… - Давайте лучше представимся, - предлагает в итоге Исин, снова прервав перебранку. – Меня зовут Чжан Исин, и эти двое, - представляет он своих сотрудников, - под моим руководством. Ифань и Цзытао. Теперь ты, Минсок. - Ким Минсок - глава отдела департамента секретной службы, которого затянули в эту бестолковую игру. Чунмён и Сехун – мои лучшие агенты. Хань? – передаёт он слово. - Лу Хань, гуляю сам по себе. И эти пятеро со мной. Кёнсу и Чонин, что зовут друг друга «Кённи и Кайд», хотя я дал им нормальные китайские имена специально для шифровки. Чондэ или Цзинь Чжунда, которого вырубил один жалкий удар прикладом… - У меня вестибулярный аппарат слабый! – вставляет слово Чжунда. - Как будто это имеет значение, - корчит лицо Хань. – Ладно, короче, долговязый - это Чанёль, он преследовал вас на машине в самом конце, чтобы загнать в ловушку. А это – Бэкхён, руководил завершением операции и лично мешал убойную смесь хлороформа. - Я же говорю: палёная, - ворчит Чунмён. - Минсок, расскажи ты, - предлагает Исин. - Всё началось с того, что вот этот идиот, - Минсок показывает на Ханя, - приказал выкрасть у меня домашний ноутбук, чтобы выкачать оттуда все мои личные фотографии. - Не приказывал, я украл его собственноручно, а ты даже не заметил, - поправляет его Хань. - Ага, вот только ты не предусмотрел, что у меня в рядах имеется Сехун, который непревзойдённо умеет ставить многоуровневую защиту. Так что лицезреть ты ничего так и не смог. И, не имея в своих запасах никого, кто мог бы пробить систему, ты отправился с ноутом за помощью к Исину, наплетя ему что-то с три короба. Исин же не так прост, как кажется. - Будучи очень способным, наш Тао относительно быстро взломал систему защиты и показал результат мне. Надо сказать, что он был разочарован не меньше тебя, Ифань, – улыбается Исин и продолжает: - Ситуация стала откровенно веселить, поэтому я приказал скинуть все эти редчайшие и восхитительные… - Исин, пожалуйста, - молит Минсок, от стыда прикрыв глаза ладонью. -…фотографии на карту памяти, которая всем тут уже успела полюбиться. А ноутбук в целости и сохранности я возвратил Минсоку и, включив добропорядочного человека, рассказал ему, что Хань попросил меня взломать железку, но я не сделал этого. - В итоге правду выяснил Сехун, обнаружив что кто-то ковырялся в коде его защиты, - Минсок снова берётся за повествование. - Видимо, этот факт сильно ударил по его самолюбию, поэтому он лично попросился проникнуть к Исину под прикрытием. Ему даже не пришлось втираться в доверие к Тао, они сами как-то... ээ… втёрлись. - Подружились, - поправляет его раскрасневшийся Сехун. - Ага, конечно, - прищурив глаза, он осуждающе смотрит на него. – Как бы то ни было, правду узнал и сам Лу Хань, таким образом карта оказалась в аэропорту. Она из раза в раз переходила от одного к другому, в процессе Хань лишь немного не успел добраться до своего особняка в Корее до того, как туда забрался Крис, а после него и Сухо. Из-за своего бессилия этот бестолковый китаец мог воспользоваться лишь своей бездонной бочкой денег, накупив дорогих иномарок, оружия и людей. Спецслужбы до сих пор не надавали ему лишь потому, что он и является частью некоторых спецслужб. В клубе же ситуация вышла из-под контроля, и мы практически в последний момент придумали операцию «Дама в красном очень опасна», - заканчивает Минсок. - То есть вы фактически натравили нас друг на друга ради того, чтобы заполучить лишь чьи-то фотографии? – воспользовавшись паузой, слово берёт Сухо, который явно не может поверить своим ушам. – Да Ифань ногу прострелил ему, а я метнул нож! – кивает он на Кёнсу. - Нас забрасывали бомбами и гранатами, стреляли в нас разрывными пулями, запирали как крыс в клетке, я половину пути прошёл босиком, да что там, Я НАРЯДИЛСЯ В ПЛАТЬЕ, ЖЕНСКОЕ, МАТЬ ЕГО, ПЛАТЬЕ! – срывается он, в конце концов, на крик. – Вы что, блять, прикалываетесь сейчас?! - Мён, давай без истерик, - обращается к нему босс, - ты и не такое вытворял, ладно? - Нужно признать, из него получилась правдоподобная деваха, правда, я сразу вкурил, где собака зарыта, но решил подыграть, потому что это было чертовски весело, – вмешивается Хань. – Клуб – мой, как, впрочем, и подземная автостоянка. Мои мужики просто вовремя разогнали всех ненужных свидетелей. Супермаркет, кстати, тоже мой. Правда нахрен мне не сдался. Дороги мы заблокировали и изолировали, для удобства. Я, знаете ли, очень влиятелен. - Самоутверждаешь свою богатенькую китайскую задницу за счёт корейской недвижимости и корейских наёмников, - Минсок в который раз окидывает его злобным взглядом, однако натыкается на глаза, полные обожания. - Однако, - говорит Исин, - победил в этой схватке я. И уже успел оценить всё, что было на этой карте памяти. - Что-что-что, скажи что там? – Лу Хань вдруг вскакивает с места и подбегает к Исину, хватая за грудки и тараторя: - Там есть его фотки из колледжа? А неудачные - с пьянок? Какая-нибудь обнажёнка, ну хотя бы живот там оголённый или ещё чего? Минсок, наблюдающий со стороны, окончательно выходит из себя и тихонько подкрадывается к Ханю, а затем берёт его за ухо и тянет к выходу: - Пойдём выйдем. У тебя вообще понятия о совести есть, ты, маленький противный… - Ты вообще-то меньше меня ростом, - спорит Хань, но стойко терпит боль в ухе и, не сопротивляясь, позволяет вывести себя вон. Дверь хлопает, и в зале остаются лишь агенты, наёмники Лу Ханя и Исин. - Ты заработал себе отпуск на месяц, Ифань, - обращается к нему на китайском Исин. – Можешь и подружку собой взять, - он красноречиво смотрит на Сухо, который явно и слова понять не может. – А с тобой, Тао, нам придётся пообщаться наедине. Слишком быстро ты соблазнился на этого корейского красавчика. - Будто Ифань не быстро соблазнился, - обидчиво дует губы Тао. - Эй, как-то не вежливо говорить на другом языке в присутствии посторонних лиц, - лениво растягивая слова, вмешивается вдруг самый высокий из наёмников. Чанёль, вроде бы. - Работаете на китайца и не знаете его же языка? - кривит губы Чунмён. - Смотрите, кто заговорил. Роковая женщина Чунхи, - хохочет высокий. - Мало того, что свалил от нас полгода назад, так ещё и тяфкать сейчас смеешь? – Сухо выходит из себя и практически бросается на противника, но его останавливают большущие руки Ифаня, вопросительно взглянувшего на Сехуна. - Пак Чанёль раньше работал с нами, но соблазнился деньгами Лу Ханя. Хотя лично мне кажется, что он соблазнился мягким местом Бэкхёна, - поясняет тот. Грузный Чанёль, чей рост был почти как у агента У, дыша словно разъярённый бык, хочет уже кинуться на языкастого, но того закрывает своим телом Тао, угрожающе хрустнув шеей: - Вопросы какие-то? - Окей, я нахрен покидаю ваш гей-парад, - и, растолкав всех руками, Цзинь Чжунда уходит из зала. Его примеру следуют и Чанёль с Бэкхёном, напоследок яростно взглянув на всех. Хмыкнув, Кай шёпотом интересуется у Кёнсу, пора ли и им, на что получает утвердительный ответ. - Это самое… - Чунмён вдруг окликает напоследок Кёнсу. - Прости за плечо. - И за ногу, - спешит добавить Ифань. - Ничего страшного, - он очаровательно улыбается так, будто ничего и не было. – У меня, кстати, вопрос: зачем вы прыгнули в мусорный бак с крыши клуба? Там ведь не так уж и высоко было. Мён издаёт короткий смешок: - Просто Фуфань знает толк в извращениях. - Эй!

***

Вечером жизнерадостный и жаркий остров Бора-Бора становится райским местечком: солнце, палит не так беспощадно, как днём, а вокруг всё окрашивается в приятные алые оттенки заходящего солнца. Тёплый песок расслабляет его на пару с лёгким, нежным ветерком и, вальяжно растянувшись на шезлонге, Ифань попивает очередную порцию любимой пина колады. Он выглядит несколько глупо в своём синем пиджаке и футболке с розовым фламинго, но в долгожданном отпуске такие мелочи мало волнуют. - Выглядишь как идиот, - раздаётся рядом голос. Лениво разлепив глаза, Ифань смотрит на нарушителя спокойствия. Сегодня на Чунмёне безвкусная разноцветная рубашка в островном стиле. - Уж кто бы говорил, - отвечает он и резко, тянет парня на себя, усаживая на колени. - По крайней мере, я одет по погоде. Ифань утыкается носом в бледную шею и таинственно шепчет: - Знаешь, что бы тебе подошло больше? - Вот не надо… - Венок, нитяная юбка и кокосы, чтобы соски прикрыть. У него длинные ноги, что позволяет бежать довольно быстро, и даже крик «Ёбаный в рот, я тебя поймаю и отлуплю!» не способен запугать, лишь в который раз порождает мысль о том, что надо бы отучить Чунмёна материться. Похоже, пара недель их совместного времяпровождения совсем испортила простодушного Ифаня. Ему больше не снятся надоедливые формулы, и тревог стало гораздо меньше. - Ой-ой-ой, - басит он, споткнувшись вдруг о корягу. Весело пропахав носом песчаный берег, он беззаботно переворачивается на спину и сдаётся Мёну, что победно садится на него, а потом ставит мстительный засос на шее. Впереди у них ещё уйма времени вместе.