Дама в красном очень опасна

В многострадальной машине они находят кусачки, с помощью которых освобождают друг друга от оков. Подумав, Сухо надевает красные туфли, что всё это время лежали на заднем сидении. Длина каблуков вынуждает его гулко стонать от неудобства, однако это лучше, чем ничего. Кроме того в машине обнаруживается неплохой пистолет Daewoo DP-51 и небольшой складной боевой нож. Пистолетом обзаводится Ифань, запихнув его за пояс брюк сзади. Сухо же, любовно поглаживая клинок ножа, с помощью специального ремня прикрепляет его прямо к своей ноге, закрыв потом платьем. Пойти они решают просто прямо, потому что вокруг очень тихо и практически нет признаков жизни, кроме слабых огней в двухстах метрах от них. - Как думаешь, насколько это их задержит? – запыхавшись, кореец идёт за Ифанем, еле волоча ноги по запылённой дороге. - Зависит от того, сразу ли они бросятся за нами в погоню или потратят время, чтобы обзавестись новым оружием. Спустя несколько томительных минут они доходят до супермаркета, который в такое время суток на удивление открыт. Продавца, кажется, совсем не смущает их внешний вид, и если Ифань выглядит ещё вполне сносно, то Сухо, будучи прихрамывающим парнем на каблуках, в полурваном платье и с растрёпанными волосами, должен был получить как минимум удивлённый взгляд. - Доброй ночи, - продавец им приветливо улыбается, но эта улыбка у Ифаня вызывает ассоциации с чеширским котом, а это не к добру. «Цзинь Чжунда» - аккуратно выведено на бейдже подозрительного молодого человека. Имя, очевидно, китайское, что заставляет агента У насторожиться ещё больше: многовато-то неизвестных китайцев в последнее время вертится вокруг него. - Будь внимательнее, - бросает он присевшему на скамейку Сухо и направляется в сторону прилавка. - Могу я чем-нибудь помочь? – Цзинь Чжунда услужливо наклоняет голову и, всё так же улыбаясь, не сводит взгляда с полуночных гостей. - Да, можно бутылку воды? – Ифань роется в карманах и выуживает оттуда несколько купюр. - Полторашку бери! – кричит сзади Сухо и стонет, устало откинувшись на спинку скамейки. - Полтора литра, по просьбе моей мадам. - Остряк, - за гневным возгласом ничего не следует, видимо, «мадама» действительно слишком утомилась. Продавец неприятно хихикает и достаёт из холодильника бутылку. - С вас тысяча вон. Возьмёте что-нибудь ещё? - Нет, спасибо. - Может быть, кимбап или свежих пончиков? Кажется, вы очень устали и наверняка проголодались. - Воды будет достаточно. - Фуфань, но кимбап… - Сухо делает слабую попытку выклянчить еды, но его останавливает красноречивый взгляд и густые брови, сведённые друг к другу в одну ломаную линию. - Хорошо, тогда можете удобно расположиться прямо здесь и отдохнуть за распитием вашей «полторашки», - настойчивый Чжунда хмыкает и пробивает покупку, открывая кассу. - Мы лучше пойдём, - заключает Ифань. Время для него снова замедляется. Приглядевшись, он замечает что-то подозрительно напоминающее наушник в правом ухе неприятного продавца, кроме того, парень несколько раз за время короткого разговора опускал руку под прилавок, словно проверяя на месте ли что-то. Поэтому Ифань оказывается полностью готов, когда через несколько секунд на него наводят пистолет и делает то же самое со своим новым противником. - Вам лучше остаться, - улыбка Цзинь Чжунды становится совсем гадкой, а сам он нажимает на тревожную кнопку, которая срабатывает несколько иначе, чем обычно. На окна и двери супермаркета опускаются решётки, блокируя все выходы из него. Сухо, выхвативший уже свой нож, бросается к входной двери, вглядываясь вдаль: - Они сменили тачку и направляются сюда. «Дело дрянь» - мелькает в мыслях агента У. - Чжунжэнь и Цинчжу почти здесь. Вам лучше сдаться, - спокойно констатирует Чжунда. – И никто не пострадает. Но Ифань делает обманчивое движение вправо, из-за чего поддельный продавец стреляет туда, где секунду назад была его голова. Пока он пытается сообразить, что к чему, Ифань в один прыжок минует витрину и метким ударом приклада по голове надолго вырубает Чжунду. Вытащив из чужого уха наушник, Ифань слышит в нём корейскую речь: - Чен! Мать твою, Чен! Чондэ! Блять, Кённи, похоже, его вырубили. - Отключай микрофон, пришло время расплаты. - Те двое психов заодно с этим! Уходим! – кричит он Сухо. - Да неужели? – саркастично замечает тот и срывается с места, но подворачивает вдруг ногу, ломая каблук. Выматерившись, кореец со злобой снимает с себя обувь, снова оставаясь босым. Пригнувшись, они прячутся между полками не такого уж и маленького супермаркета. Понимая друг друга без слов, оба стараются не разделяться и ищут возможный выход. - Как крысы в клетке, - раздражённо шипит Сухо, прощупывая стены. – Почему я не слышу этих ушлёпков? Они должны быть уже здесь. Практически сразу после этой фразы откуда-то доносится слабый звук прыжков и два приглушённых голоса: - Они не могли далеко уйти. Кай, идёшь к противоположному концу магазина. Я ищу здесь, - отдаёт приказ бесстрастный шёпот. - А поцеловать? – игриво интересуется второй. - Потом. Спрятавшись в выемке между полками и стеной в самом конце супермаркета, Ифань прижимает Сухо к себе, и они высовываются из-за угла, чтобы посмотреть, что их ждёт. Два уже знакомых силуэта разделяются, и один направляется точно в их сторону. - Раз, два, Чоня заберёт тебя, - начинает напевать смуглый парень. Сухо, напрягается всем телом. - Три, четыре, запирайте дверь в квартире, - он с неприятным звуком тащит за собой по полу стальную биту. Ифань, кое-как развернув дрожащего парня в своих руках, поворачивает его лицом к стене и прикрывает своим телом, готовясь к худшему. - Пять, шесть, Чоня хочет всех вас съесть, - Кай спокойно берёт биту в руки, продолжая идти. Китаец закрывает рот Сухо ладонью, нутром чувствуя, что тот вот-вот потеряет от страха свой рассудок: - Прикроешь меня, вырубив другого, хорошо? – еле слышно шепчет он ему. Одобрительное мычание в качестве ответа. Остаётся только выжидать. - Семь, восемь, Чоня к вам придёт без спроса, - парень в нескольких метрах от них вдруг останавливается, замахнувшись. - Девять, десять, никогда не спите, дети! - он со всей силы ударяет битой по полкам и валит их на пол, заканчивая считалку истеричным хохотом. Звук битого стекла и разрухи наполняет помещение, сигнализируя о том, что больше ждать нельзя, и Ифань бросается на противника, на лету выхватывая пистолет. Одна пуля пролетает совсем рядом с головой Кая, но тот успевает увернуться, как впрочем потом и сам Ифань, когда над его головой бита очерчивает воздух. С другого конца магазина к ним уже мчится другой враг, крича на ходу: - Чонин, где второй?! Тут же из-за стены появляется Сухо, метко бросая свой боевой нож в сторону направляющегося к ним, и попадает тому точно в плечо, задерживая. В то же время, поставив Каю подножку, Ифань валит его на пол и мажет кулаком по лицу, потому что враг вырывается из заключения и резво вскакивает на ноги, ударив китайца ногой по животу. - Кёнсу… - задыхается Кай, видя что напарник ранен. - Я в порядке… Не отвлекайся на меня… - отвечают ему, с рёвом выдёргивая из своего плеча нож, и тут же он целится винтовкой в оставшегося безоружным Сухо. Очухавшись, агент У наводит пистолет на Кая, и тот уже хочет было увернуться, но, вопреки всему, за долю секунды до выстрела, Ифань переводит курок на Кёнсу и стреляет ему в ногу. - Нет! – разносится душераздирающий вопль Кая, который хватает Ифаня за грудки, готовый выбить из него душу. Кёнсу, сжав зубы и не издав и звука, падает на пол, истекая кровью. Сухо отнимает винтовку из его рук и целится в голову раненого, выкрикивая: - Оставь его, иначе твой благоверный не отделается одним выстрелом в ногу! – и, заметив недовольную покорность на чужом лице, приказывает: - Ифань, валим отсюда. Китаец послушно высвобождает себя из рук смуглого и идёт к Сухо. Отойдя на небольшое расстояние они видят, как Кай, спотыкаясь, подбегает к Кёнсу и кладёт его голову к себе на колени, что-то говоря. Судя по всему, эти двое, будучи безоружными, больше не представляют опасности. Вокруг царит полнейшая разруха и беспорядок. В принципе, добраться до прилавка не составляет особого труда, однако: - Я, блять, босой, может как-нибудь поможешь мне не напороться на стекло? Ифань молча подходит к ворчащему блондину и так же молча приглашает его усесться ему на спину. Таким образом, они и направляются к противоположной части супермаркета. - Слушай, давно хотел сказать, - оживляется вдруг агент У, - платье у тебя безвкусное. - Я могу откусить тебе ухо. Как Тайсон, - таинственно шепчет Сухо ему в ответ. Посмеявшись, они наконец добираются до необходимого им места. - Бесполезно, кнопка не срабатывает. Что будем делать? – интересуется Ифань, который уже несколько раз пробует нажать на кнопку под прилавком, где до сих пор без сознания лежит Цзинь Чжунда. Чудесным образом, на его вопрос отвечает (и заодно до чёртиков пугает) молодой человек в очках, сбрасывающий им канатную лестницу из взявшегося откуда-то сверху открытого люка: - Доброй ночи, меня зовут О Сехун. Думаю, вам следует пробраться наверх. - Сех, ты откуда взялся? – бесцеремонно интересуется Сухо, хлопая глазами. - Погоди, откуда ты его знаешь, он же наш стажёр? – Ифань довольно быстро вспоминает, где слышал это имя. - Он работает с нами уже четыре года, - усмехается кореец, и уже понявший что к чему, обращается к Сехуну: - Тебя под прикрытием к ним засунули? - Можно и так сказать. Скорее поднимайтесь, иначе они пришлют подкрепление. - Эти два психа так же через этот люк попали сюда? – парень в красном шустро поднимается по лестнице вверх и очень скоро попадает на крышу, ожидая Ифаня, который лезет следом. - Мы не нашли иных выходов и решили не тратить время на взлом системы, заключившей вас за решётки. Поэтому полагаю, что да. - Мы? – переспрашивает агент У, наблюдая, как Сехун и Сухо спрыгивают с невысокой крыши на землю. - Я и Та… Хуан Цзытао специализируемся на вычислительной технике и программировании, - убедившись, что все внизу, Сехун, отряхнув дорогой костюм, направляется в сторону чёрного Мерседеса G-Класса, стоящего рядом с жёлтым на этот раз кабриолетом. Казалось бы, ничего уже не должно предвещать беды, но к их же невезению, не так далеко слышится визг колёс машины, с убийственной скоростью приближающейся к ним. Быстро сориентировавшись, они бегут к Мерседесу и запрыгивают в него. За рулём обнаруживается Тао, злобно кричащий им пошевеливаться, чтобы тут же ударить по газам. Сорвавшись с места, они уезжают в противоположную сторону от машины очередного противника, который, тем не менее, через некоторое время их нагоняет. - Тао, не можешь гнать побыстрее?! – кричит Ифань, наблюдая как к ним неумолимо приближается неизвестный. - Я стараюсь! – огрызается Цзытао. - Позвольте мне, - выдвигает предложение Сехун и перебирается с переднего сидения на заднее, где сидят Ифань и Сухо. – Можно позаимствовать? – просит он винтовку и, получив её, выбивает прикладом заднее стекло дорогой машины. А затем он зачем-то снимает обувь и с ногами взбирается на сидение. - Ты обувь зачем снял? – спрашивает слегка удивлённый Сухо. - Обивку жалко. - Ты стекло к чертям нахуй выбил, но снимаешь обувь, чтобы не портить обивку? Вопрос остаётся проигнорированным, и Сехун, уложив винтовку на спинку сидения, прицеливается: - Тао, когда я скажу, начинай сбавлять скорость. Нужно, чтобы он оказался ближе к нам. - Хорошо. Свет фар машины позади постепенно достигает их, поэтому полминуты спустя Сехун кричит Тао «Тормози!», и когда противнику остаются считанные метры, чтобы впечататься в их бампер, в салоне звучат выстрелы. Пули метко пронзают шины преследователя, теряющего из-за этого управление. Но восторг от удачно оборвавшейся погони проходит буквально через несколько секунд, потому что Тао констатирует: - Это была облава! Впереди нас уже ждут. Таранить или тормозить? - Что значит таранить или тормозить? Может, просто объехать? – Ифань пытается удержаться на месте из-за крутого поворота и ветра, бьющего в шею из разбитого окна. - Там хуй объедешь, полоса из машин выстроена метров на сорок, нас расстреляют, пока мы будем объезжать! Что мне, блять, делать?! Ответы варьируются, но среди них слышится вполне логичный: - Разворачивай машину, и съёбываем! И, пожалуй, этот вариант был бы неплох, если бы им не пробили лобовое стекло, а за ним и колёса точно так же, как и они сами пару минут назад. Машину нехило заносит, но Тао в последний момент умудряется развернуть её так, чтобы ни во что и ни в кого не впечататься. Колёса визжат в заключительный раз, и всё вокруг затихает. - Сваливайте из машины, руки за голову! – кричит кто-то, и все вынужденно повинуются. Перпендикулярно дороге выстроены несколько десятков машин, у каждой из которых стоят вооружённые до зубов люди, целящиеся в них. Они загнаны в угол. Миловидный невысокий юноша, которому и принадлежал предыдущий приказ, улыбаясь, смотрит на них и щёлкает длинными изящными пальчиками: - Вырубить их, дальше следуем приказу. Прежде чем к ним подбегают, Ифань успевает повернуться к Сухо, чтобы предложить: - Давай вместе поедем в отпуск на Бора-Бора? - Я не против. Хлороформ действует на удивление быстро, наверное, это из-за усталости.