Magical World TVD/TO

[Элайджа здесь - сын Генриха VIII, из династии Тюдоров, и Джейн Сеймур. Как мы знаем, настоящий сын Генриха, Эдуард, правил Англией под опекой своего дяди с 9-ти лет и умер в возрасте 16-ти лет, но у нас же совсем другая история] — Ваше Величество, мы не можем больше откладывать вопрос вашей женитьбы. Речь идет не только о престолонаследии, но и о нашей внешней политике. — Эдуард Сеймур всегда был почтителен со своим королем, но на правах не только действующего регента, но и дяди, он мог себе позволить некоторое давление. Принц Элайджа, семнадцатилетний сын Генриха VIII, гораздо больше походил на свою мать. И пусть внешне он был истинным сыном своего отца, но нрав ему достался от леди Джейн. Спокойный, рассудительный, полный чувства собственного достоинства, этот юноша был сосредоточен на получении знаний и на том, чтобы стать достойным правителем для своего народа. В нем не было той надрывной, губительной тяги к женщинам, что всю жизнь одолевала Генриха, не было в нем и отцовского мятежного духа, жажды возвыситься любой ценой. Принц Элайджа корпел над латынью и изучал законы, был свято верен протестансткой церкви и уповал на своего дядю в делах правления до тех пор, пока не будет сам готов взять на себя бразды правления и править при этом твердой рукою. Предполагалось, что принц официально взойдет на престол, когда ему исполнится 18 лет, но обстоятельства требовали поторопить события. Франция, которая всегда стояла поперек горла у Генриха, не давала покоя и Эдуарду Сеймуру. Французы намеревались заключить союз с Японией, и Сеймур вместе с палатой лордов был уверен, что Англии необходимо сделать это раньше. А лучший союз, несомненно, будет освящен узами брака. — Леди Кира Юкимура уже прибыла ко двору, — Сеймур был вкрадчив, но безжалостен. — Вам стоит быть с ней более чем обходительным, Ваше Величество. Я послал к ней от Вашего имени несколько знатных особ в качестве фрейлин, чтобы они развлекали ее и подготовили к встрече с Вами. Сегодня вечером, на празднестве, Вы с леди Кирой будете представлены друг другу. Я не жду от Вас чуда, но Англия ждет, помните об этом. Леди Кира должна стать вашей женой... Принц Элайджа принял все как данность. Родится в королевской семье означало жить ради своей родины, позабыв о собственных желаниях и мечтах, он знал об этом с пеленок и роптать не видел смысла. К тому же, леди Кира оказалась красавицей. Очаровательно раскосые темные глаза, гладкий шелк смоляных волос, струящихся по точеной спине и открытым плечам, мягкий изгиб губ, кроткий взгляд, милый румянец смущения и достойный уровень образования — принц был приятно удивлен и все празднество уделял японской невесте все свое внимание. Казалось, все идет по плану, и Эдуард Сеймур через несколько дней отбыл в Японию, чтобы уладить вопросы о брачном договоре будущего короля Англии и леди Киры. Сама леди Кира осталась при дворе, уже в качестве невесты принца Элайджи, и молодые были неразлучны... До тех самых пор, пока при дворе не появилась леди Кэтрин, дочь Чарльза Брэндона, герцога Саффолка. Леди Кэтрин слыла особой скандальной и в прошлом была отлучена от двора из-за своего дерзкого поведения. Принц Элайджа был младше леди Кэтрин на добрых шесть лет, и потому прецедент ее изгнания его никогда особенно не волновал. Но ее возвращение не оставило его равнодушным, поскольку леди Кэтрин была знатного рода и получила место главной фрейлины леди Киры. На этом настоял Эдуард Сеймур, напомнив принцу, что Чарльз Брэндон был добрым другом и соратником Генриху, так что его дочери следует дать второй шанс. Что ж, вот где и проявились дурные отцовские гены. Едва принц Элайджа увидел в толпе придворных изящную фигурку леди Кэтрин, как время будто остановилось. Ее шоколадные глаза искрились так вызывающе и так призывно, пухлые губы складывались в обворожительную улыбку лишь для него одного, тяжелые шоколадного цвета кудри обрамляли миловидное лицо, осанка была безупречна... Принц был пленен мгновенно, и леди Кэтрин знала это с первой секунды. Эдуард Сеймур осознал, насколько далеко все зашло, слишком поздно. Остановить принца уже не представлялось возможным. — Но брачный договор уже заключен! — восклицал Сеймур, в отчаянии заламывая руки. — Ваше Величество, это будет настоящим оскорблением! Я не побоюсь этого слова, но такое пренебрежение к леди Кире может привести к войне с Японией!.. — Что ж, значит, мы вступим в войну, — холодно отвечал принц Элайджа, и в этот момент глаза его пылали так же, как когда-то пылали глаза Генриха, одержимого Анной Болейн. Леди Кэтрин с улыбкой победительницы стояла позади сидящего на троне принца и нарочито смущенно опускала ресницы, когда Сеймур бросал на нее гневные взгляды. Леди Кира, оплакивая свою несостоявшуюся свадьбу, собирала свои вещи для отбытия домой. А принц Элайджа готовился объявить на все королевство о своей скорейшей свадьбе с леди Кэтрин и короновать и себя, и свою избранницу...