Magical World TVD/TO

— С кем ты переписываешься? — раздраженно вопрошает Дэймон, когда Бонни в очередной раз игнорирует его вопрос и с загадочной полуулыбкой принимается что-то строчить в своем телефоне. Они сидят в Гриле за дружеским обедом, но как-то так выходит, что Беннет витает в облаках, а Дэймон вынужден на это смотреть. Его все это порядком подбешивает, и не потому, что он эгоист, привыкший, что все внимание всегда сосредоточено исключительно на нем (хотя, и это тоже), а потому, что Бонни ведет себя так вот уже не первую неделю. — Ни с кем, — уловив явное недовольство в тоне Дэймона, Бонни делает невинное лицо и торопливо прячет телефон в сумочку. — Это просто... Моя мама! — Вы с Эбби вечно на ножах, хватит заливать, — ворчит Сальваторе. — Лучше бы сказала, что это Кэролайн. — Ты прав, выглядело бы правдоподобнее, — соглашается Бонни с озорным блеском в карих глазах. — Давай переиграем? — Это опять Энзо, да? — Дэймон барабанит пальцами по столешнице, пристально изучая мгновенно смутившуюся ведьмочку. Если бы не ее смуглая кожа, то она бы наверняка зарделась. Сальваторе не нравится тот факт, как его это выводит из себя. Он не может ее ревновать. — Мы же вроде обсуждали новые причуды Стефана, разве нет? — мягко переводит Бонни тему. Ее телефон в сумочке снова настырно жужжит и она, бросив на Дэймона смеющийся взгляд, подцепляет чертов аппарат и выуживает его наружу, чтобы вновь с мечтательным видом строчить что-то этому наглецу Энзо. Он не должен ее ревновать, но почему-то ревнует. Как друг, не больше — этим Дэймон себя и утешает. *** — Ну, и чего ты приперся? — Дэймон застает Энзо сидящим в кресле в гостиной Сальваторе, и как-то не получается у него быть гостеприимным или хоть немного дружелюбным. — Что-то не припомню, я разве звал тебя? — Вообще-то, да, — невозмутимо подтверждает Энзо. — Сегодня же суббота. Ты сам предложил поиграть в покер. — Да? — поджимает губы Сальваторе. — Вот черт, запамятовал. Бурбону? — Несомненно, — соглашается Энзо. Партия выходит напряженной, Дэймон отчаянно мухлюет, но даже это не спасает его и не приносит никакого удовольствия. Все дело в том, что его так и грызет одна мысль, и в конце вечера он все же задает ее: — Что у тебя с Бонни, а? — Ты никогда не отличался особым чувством такта, старина, — смеется Энзо, уходя от ответа. — Имей ввиду, мне придется убить тебя, если ты ее обидишь, — хмуро смотрит на Лорензо Сальваторе. — Это очень мило с твоей стороны, проявлять о ней такую заботу, — серьезно отвечает Энзо, и Дэймон понимает, что между вампиром и ведьмой все зашло гораздо дальше, чем обмен смс-сообщениями. Он не должен ее ревновать, но почему-то хочется хорошенько врезать Энзо по физиономии. По-дружески, разумеется. *** Когда в ее дверь стучат, Бонни не медлит. Она весь вечер ждет и прекрасно знает, кто сейчас стоит на ее крыльце. Распахнув дверь, она шагает в объятия Энзо, с готовностью распахнувшего их для нее, его кожаная куртка холодит обнаженную кожу рук и тело через легкое домашнее платье, но все это мелочи по сравнению с тем, как сладко кружится голова от его поцелуя. — Соскучилась по мне, красавица? — его голос так и ласкает слух, Бонни даже жмурится от удовольствия. — Безумно, — заверяет она и на этот раз сама целует вампира. Столько счастья для нее одной — ей это кажется невероятным. Может быть, однажды она привыкнет к этому и научится принимать любовь Энзо как данность, но пока что все происходящее с ними для нее словно волшебная сказка. После того, как Елена уснула, для Бонни началась не просто новая глава. Для нее началась настоящая жизнь, где главная роль была отведена именно ей, а не кому-то еще.