Уже нет. Кай и Тейт. TVD/AHS.
2 ноября 2015 г., 13:29
— Я убиваю людей, — Кай Паркер и Тейт Лэнгдон произносят эти слова в унисон, находясь в кабинете доктора Хармона в один и тот же час, но с одной небольшой поправкой.
Кай Паркер — человек из плоти и крови и пришел сюда добровольно, а Тейт Лэнгдон мертв уже много лет и попросту не может уйти, потому что навсегда привязан к дому, в котором поселился доктор Хармон, в качестве призрака. Бесплотный дух, обреченный наблюдать за чужой жизнью и лишенный возможности быть услышанным.
Он стоит позади доктора Хармона, смотрит на его нового пациента, сидящего в кресле с вальяжным видом, и взгляд его пропитан злобой и ненавистью. Новый пациент получит то, за чем пришел. Он выговорится. А Тейт так и останется здесь, лишенный права голоса. Одинокий, обезумевший от этого одиночества призрак мальчика-убийцы.
— Что ж… — доктор Хармон многозначительно замолкает, делает вдох и спрашивает самым будничным тоном: — Почему вы делаете это? Почему вы убиваете людей?
— Потому что мне нравится это, — отвечают Кай и Тейт
синхронно, но голос Тейта остается неуслышанным, а смех Кая разносится по комнате и заставляет Тейта взвыть от злости и безысходности.
Он мечется по кабинету, сыплет проклятия и выкрикивает оскорбления до тех пор, пока не срывает голос, но все это лишь иллюзия, он так и остался заложником тишины, из которой сотканы его призрачные голосовые связки.
Когда прием у доктора Хармона подходит к концу, Тейт просто тихонько сидит в уголке дивана и раскачивается взад-вперед. Он выплеснул большую часть негатива в криках, осталась лишь глухая ярость, сковавшая его и вогнавшая в состояние отупления.
— Я тебя вижу. — он так устал от всего этого раз за разом повторяющегося дерьма, что даже не сразу понимает, что Кай Паркер обращается не к доктору Хармону, а к нему. — И слышу, кстати, тоже. Запомнил парочку твоих особо грязных ругательств, возьму их на заметку.
— Ты меня видишь? — медленно, недоверчиво переспрашивает Тейт, даже не замечая, что док Хармон застыл в своем кресле в неестественной позе, словно кто-то остановил время. — Серьезно? ..
— Угу, — с улыбкой подтверждает Кай. — Было бы странно, если бы один психопат не заметил другого.
— Но я же мертвый, — словно опомнившись, хмурится Тейт. — Это мое проклятие, одиночество и забвение.
— Уже нет, дружище. Уже нет, — многозначительно ведет бровью Кай. — С этого момента ты больше не одинок. Нам будет весело вместе, зуб даю. Я тот еще гребанный массовик-затейник.
Глядя в безупречное лицо Кая, отмеченное печатью зла такого чистого, что страх сковывал даже его, Тейт не смог сдержать ответной улыбки.
Кажется, кто-то в аду услышал его молитвы.
