Дитя тьмы

Спустя два месяца… — Эмма, ну сколько можно тебя ждать? — уныло крикнул Киллиан.       Сегодня был день, когда Эмме должны были снять гипс на руке. — Уже иду, — сказала она, спускаясь по лестнице. — Чего так долго? — спросил Крюк, открывая перед ней входную дверь. — Извини, уронила телефон за кровать и никак не могла достать, — сказала Эмма и крикнула — Генри! Мы ушли. — Хорошо, мам, удачи, — послышалось со второго этажа.       Сразу после того, как Эмму выписали, вся семья переехала в ее новый дом. Правда, первые пару недель с ними жила Мэри-Маргарет, но когда она поняла, что Генри и Крюк и сами неплохо справляются в уходе за Эммой, она съехала. Наконец, каждый из них почувствовал себя дома, не зависимыми от родителей. Эмма довольно быстро шла на поправку, так что осталась только поломанная рука. Гости из Камелота вернулись обратно, и только отец Вайолет предпочел остаться на какое-то время, потому что дочь очень этого просила. Генри не злоупотреблял волшебной силой пера, но и ломать его не стал. Единственное, что он написал- это помог вернуться в Камелот и вывел Голда из комы, а в остальном жизнь шла своим чередом. — Наконец снимут этот проклятый гипс, — радовалась Эмма по пути в больницу. — И одноруким буду снова только я, — добавил Крюк. — Я предлагала тебе вернуть руку, ты не захотел, так что теперь не возмущайся! — Да я и не возмущаюсь, просто уточняю, — улыбнулся Киллиан. Когда врач снял гипс, Эмма восторженно воскликнула: — Ура! — Рука точно не болит, мисс Свон? — спросила медсестра. — Абсолютно. Я могу идти? — Да, только пока никаких нагрузок на руку! Разминайте ее, но постепенно. — Ну что, все нормально? — спросил Крюк, когда она вышла из кабинета. — Да. Сказали делать что-то рукой, но не сильно напрягаться. — Ну… Будешь дверцу холодильника по ночам ей открывать, ты у нас в последнее время это любишь, я заметил, — он застал Эмму врасплох. — Я не… Просто, — начала оправдываться Эмма — Разве ты не спишь в это время? — Только делаю вид, душа моя, — ухмыльнулся он. — Я ничего не могу поделать, ну хочется мне есть! — сказала Эмма. — Любимая, я шучу, — Киллиан приобнял ее и поцеловал в щеку — Думаю, если хочется, то ты все правильно делаешь, мой сладенький пончик.       Он снова начал хохотать, за что получил кулаком по плечу от обиженной из-за нового прозвища Эммы. — Эй, мне кажется, или минуту назад ты говорила, что руку нельзя напрягать? — Пошли уже. ***       Вечерком на огонек заехали Прекрасные с малышом Нилом. Генри, который сидел в гостиной, сразу подошел, чтобы обнять их, а потом взял Нила и повел играть его в свою комнату, на секунду заглянув на кухню, где Эмма готовила ужин: — Мам, там бабушка с дедушкой приехали. — Да? Уже иду, — Эмма прикрутила огонь и вышла к родителям. — Привет, — радостно сказали они ей. — Рада вас видеть. А что это там у вас в коробках? — спросила Эмма, указывая на большие ящики возле двери. — А, это некоторые детские вещи Нила, которые ему малы, а в той коробке ванночка и колыбелька, которую вам снова придется собирать, — сказала Снежка. — Спасибо большое, — Эмма подошла, чтобы обнять родителей. — Какая же ты уже большая, — заметила Мэри-Маргарет. — Интересно, сколько еще людей мне об этом скажет? — немного грустно спросила Эмма. Разговоры о фигуре ее расстраивали, особенно, когда каждый считал должным сказать об этом.       В дверь постучали, Эмма подошла, чтобы открыть. К ней пожаловала Реджина со всей своей компанией. — Ого, у нас сегодня день приема? — удивилась Эмма. — Ого, ты все еще балуешься сладким? — сказала Реджина. — Ну что я говорила? — взглянув на родителей, сказала Эмма — Так, сейчас накрою на стол. — Ага, как раз есть повод, что отпраздновать, — сказала мэр, расстегивая курточку Роланду. — Зелина родила несколько часов назад, — сказал всем Робин. — Что? — почти в один голос сказали остальные. — Да-да, тебя это тоже ждет. — Поздравляем, Роб, — сказал Дэвид и хлопнул Гуда по плечу — А кого? — Мальчика. Очень крепкий и здоровенький. — Ну одни пацаны вокруг, — сказала Мэри-Маргарет. — Скоро моя Одетт разбавит всю эту компанию, — с улыбкой на лице сказала Эмма. — Одетт? Вы что выбрали ей имя? — Я разве не говорила? Переспорили насчет кучу разных и только на этом наши мнения сошлись. — А где Крюк, кстати? — спросил Робин. — В магазине, должен скоро вернуться. Вы давайте, садитесь. — Я пойду, поздороваюсь с сыном, — сказала Реджина. — И скажи ему, пусть тоже спускается есть. — Угу. Роланд, пошли со мной.       Когда уже все наконец уселись, Киллиан вернулся домой и не подозревая, что в доме гости, еще не заходя в кухню громко сказал: — Нашел я твои дурацкие конфеты, все магазины обошел, больше не проси меня их покупать!       Но когда он вошел, то встретился с кучей пар глаз, а среди них выделялся злобный взгляд Эммы, которая сверлила его за то, что разболтал про ее ненормальное, в последнее время, увлечение сладким. — О, у нас гости, — сказал он — Ну, вам тоже конфетки понравятся.