Гербарий Чувств

Первым делом следовало успокоиться, но получалось с трудом. Он сидел на асфальте, захлебываясь своим отчаянием, он лелеял эту боль, дающую ему возможность чувствовать себя живым, он видел призраки прошлого, настигающие его на краю сознания, но отступающие перед болью. Голос охрип, а тело отказывалось подчиняться, мозг работал, анализировал против воли, с бешенной скоростью, прежние, доселе притупившиеся инстинкты заработали с новой силой, старые привычки, жесты, жажда освобождения, которую нужно подавить, пока не поздно. Калейдоскоп одинаковых масок, щели, за которыми пылали угли чьих-то глаз…И прошлое, опять, опять, да сколько можно? Нужно было уходить, если есть силы, если возможно уйти. Неважно куда, главное уйти. Мужчина, пошатываясь, встал на ноги, оглядев мутным взором окружающий его мир, он заметил черную, поблескивающую вещицу. Негнущимися пальцами взяв вещь в правую руку, он задумался, на мгновение, после чего исчез с еле слышным хлопком. Люциус Малфой вернулся в поместье лишь в третьем часу. На ходу сбрасывая маску, аристократ взлетел по ступеням на второй этаж, скрывшись за спасительными стенами собственного кабинета. То, что он пережил за эту ночь, не поддавалось описанию. Он никогда не забудет ни смеха Эйвери, ни шуточек Макнейера, ни взгляда Снейпа, только не его бешенной ярости, его эйфории от вида чужого тела, бьющегося в судорогах. Этот зверь не мог быть Северусом, но…Стакан полетел в стену, один из осколков пролетел совсем рядом, царапнув кожу на щеке. Часов в девять в кабинет зашел Драко. Учебный год закончился лишь пару дней назад, и сын частенько приходил к отцу, правда, в последнее время Люциус чаще находился в отвратительном настроении. Драко долго в кабинете не задержался, посмотрев на состояния главы рода, юноша решил оставить того в покое. Еще через час посередине комнаты появился эльф, бормоча про неизвестного посетителя, бредущего по дороге к поместью. Выяснив подробное описание, Люциус схватил свою мантию, одним движением надевая ее на плечи, и бегом помчался в направлении, указанном эльфом. Он очнулся в незнакомом месте. Прислушиваясь к своим ощущениям, мужчина понял, что лежит в кровати, укрыт одеялом и на нем лишь пижамные штаны. Попытка пошевелиться отозвалась тупой болью в висках, он тихо застонал, открывая глаза. Тут же сбоку послышались шаги и рядом с ним сел блондин в черном костюме, серые глаза смотрели настороженно, в них не было ничего кроме заботы и беспокойства. -Ты как? – тихий шепот, а затем холодная рука коснулась его лба, едва дотрагиваясь до воспаленной кожи, убрала прядь волос, поправила одеяло. Если бы Северус мог рассмеяться, он бы вовсю хохотал над таким неестественным поведением сидевшего рядом. Чтоб Малфой так открыто выражал свои чувства? Побойтесь Бога…Но это было так, и нежность в голосе не была галлюцинацией, и беспокойство в глазах не являлось иллюзией. -Нормально. Долго я здесь валяюсь? Голос был хриплым, но твердым. -Сутки, или около того. К тебе Драко рвался, но я его не пустил, доктор прописал покой и постельный режим. -Доктор? -Ты бы видел себя…-Малфоя передернуло от промелькнувшей перед глазами картинки – Краше в гроб кладут. Фырканье и попытка усмехнутся. -И чем меня напичкали светила нашей медицины? -В принципе ничем особенным, сказали, что с твоим метаболизмом само все пройдет через пару дней. -А почему ты шепотом говоришь? Я не настолько болен, чтобы со мной обращались, как с калекой…..Люц……Сам то как? Блондин встал с кровати и отошел к окну, шторы были задернуты, и солнечный свет почти не проникал в комнату, Малфой остановился у окна, рука сама потянулась к ткани, желая оборвать ее вместе с карнизом, но потом опустилась, сжимая кисть руки в кулак. -Я уничтожу его, сам. Ты был прав…Мордред, ненавижу, ты всегда прав…Это чудовище, он безумен…он погубит всех нас. Знаешь, на что намекнул этот красноглазый монстр? Он хочет наших детей, слышишь? Он хочет, чтобы Драко принял метку, стал рабом…Сев, как я мог настолько ошибаться? Черноволосый тихо, стараясь не шуметь и игнорируя головокружение и слабость, встал с кровати, медленно, опираясь то на стул, то о стену, он шел к креслу, в котором лежали его вещи. -Знаешь, убивать никого не стоит…Я давно предупреждал, а на счет вашей покорности…Лорд Воландеморт тот человек, который умело играет на людских слабостях и стремлениях, улавливая ваши желания и страхи, он подчиняет вашу волю. Это довольно прозаично… - мужчина застегивал белую рубашку - …но с этим можно бороться. Сейчас он каждого видит как на ладони. У вас есть слабости, использование которых более эффективно, нежели подачки в виде новых заклятий или миража власти. У вас есть дети…А это другое дело. -И что мне делать? – Люциус продолжал стоять спиной к другу. -Ничего, жить. Я бы посоветовал спрятать Драко, я даже мог бы сам этим заняться, но не вижу смысла. Его все равно найдут по твоей крови, ведь ты-то бежать не станешь… Люциус обернулся, невольно отреагировав на столь шутливый тон. Неужели его эта ситуация забавляет? Северус сидел в кресле, полностью одетый, его взгляд так напоминал взгляд Снейпа-подростка…только спокойствия там было больше, чем страха, нетерпения или суеты. Ледяной, расчетливый, но, тем не менее, мягкий, этот взгляд дарил уверенность в завтрашнем дне, просил довериться, оставить все как есть… -Тебе нужно лежать, Сев. Ты еще… -…Слишком слаб. Знаю, вы меня уже просвещали по этому поводу, но, видите ли, коли вам, лорд Малфой так хочется избавиться от нашей общей проблемы, то не вижу причин сидеть в четырех стенах и бездействовать. Отойдя от окна, аристократ приблизился к другу, присел рядом. -Вот никогда тебя не понимал…Странный ты, Сев, ей Мерлин, не как все. -Если бы вы знали, сколь часто мне говорили подобную чушь… -Так что будем делать? Северус задумался, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза. -Ждать, Люц, нам остается только ждать. Если я правильно понял расклад, Милорд должен для начала восстановить силы, а наиболее быстрым способом является высасывание энергии у других. Магов он трогать не будет, по крайней мере, старше одиннадцати, а вот дети магглорожденных…совсем другая песня. У нас есть минимум пол года. Поттер ведь выжил после стычки с НИМ, значит наш Злейший очень слаб, а это преимущество. Он даже Легилименс нормально использовать не может, так что…Жить можно. -Вот так вот спокойно, да? -Да. А сейчас прошу прощения, но мне надо возвращаться в Хогвардс. Скажи Драко, что я навряд ли появлюсь в ближайшие недели три. Феникс, следуя ежедневному ритуалу, чистил свои перья, иногда косясь на своего хозяина. Третьи сутки Альбус Дамблдор был как на иголках, проклиная себя за то, что отправил Снейпа к Лорду, и вот, когда точка самобичевания по шкале внутреннего состояния стала зашкаливать, в кабинет постучал, а потом нагло ввалился виновник беспокойства славного директора. Весь бледный, шатающейся походкой он добрел до ближайшего стула и, держась за спинку, сел. -Здравствуйте, Альбус. Как дела в школе, в Министерстве…вообще? -СЕВЕРУС! Мерлин, живой…-выдохнул старый маг, как камень с души свалился. -А хотели мертвого? -Нет, что ты…Ээээ…как все прошло? -Отвратительно – зельевар поморщился – Лорд в ужасном настроении, пришлось рассказывать анекдоты, как видите, не совсем удачно. -Северус, я же серьезно… -А если серьезно, то не стройте из себя идиота! Это – он сделал неопределенный жест, указывая на себя – Вы считаете нормальным? Право, Альбус, я не ожидал…Но приняли меня лучше, нежели предполагалось, я жив, относительно здоров, и под подозрением благодаря вашей милости. -М…Северус, мне жаль…-учитель лишь пожал плечами. -С кем не бывает…Лорд слаб, пока, и главная его цель – набрать былое могущество. Альбус, совсем скоро начнется война, через год, возможно раньше, Он начнет собирать прежних союзников…Набирать новых Пожирателей, надо действовать сейчас, если пророчество верно, дайте мальчишке подстраховку, пусть выполнит то, что должен и оставьте его в покое. Или сейчас, или… -Нет. Гарри слишком юн для подобного… -Я готов его поддержать, вы, Минерва, да весь орден вместе с Авроратом. -Я же сказал, нет. Еще не время. -Глупо. И эгоистично. -А ты готов пожертвовать мальчиком ради победы? -А вы готовы пожертвовать другими жизнями? – глаза Снейпа блеснули, отражая еле сдерживаемый гнев, – Вы готовы отправить на смерть других? Будете ждать, пока Он наберет полную силу и захватит власть? Это правильней по вашему благородному гриффендорскому мнению? Да? Директор ссутулился в своем кресле и сейчас больше походил на старика, чем когда-либо прежде. -Конечно, нет, но я не могу отправить Гарри на это сейчас. Подождем. -Ладно – Снейп махнул рукой, вставая со стула – А как на счет вашей идеи Его возрождения? Хоркрусты, я правильно понял? -Да, и это правда. Том каким-то образом разделил свою душу на несколько частей. -И что вы предлагаете?... В подземелья Северус спускался, казалось, вечность, а, добравшись до кровати, повалился на нее не раздеваясь. Альбус…наш непоколебимый и всеведущий Альбус не видел очевидных вещей. Никто, кроме Люца их не видел, да и Люц не до конца понимал происходящее. Том Риддл, человек, сумевший первым за многие столетия создать хоркрусты. Черт. Он смотрел в потолок, мысли вертелись подобно водовороту, а на дне было отчаяние. Директор допускает слишком много ошибок, просчетов. Он допустил пребывание Крауча-младшего под личиной своего друга, аврора Грюма, он допустил Квиррела, он допустил участие в турнире Поттера, хотя мог настоять на обратном. И вот теперь он предлагает ждать. Что ж, подождем. Еще Люций, с взявшейся неоткуда отеческой заботой, готовый сам лесть на амбразуру, лишь бы его сын остался невредим и без позорного клейма на левой руке. Да, Драко…Ну, допустим, Драко он сможет на первое время защитить вместе с Люцием, а потом? А его факультет? Ведь уже наверняка известно, что декан вернулся к Хозяину, и непонятно, что решат его змейки. Игнорировать или последовать за ним? И ведь не скажешь открыто: Бегите. Не предостережешь от ошибки. Он сам совершил проступок, за который расплачивается до сих пор. Как он мог решать, жить человеку или умереть? Как мог вершить судьбы других, не задумываясь о последствиях? Теперь пришло время расплачиваться по счетам. -Северус, я подумал над твоим предложением. -Каким, директор? Васильковые глаза мерцают из-под очков-половинок. -Ты будешь обучать Гарри Оклюменцией. -Что?! Вы с ума сошли, Альбус, я не смогу…Почему не Флитвик, например? Он ведь тоже владеет этим искусством. -Но не в той мере, в какой им владеешь ты. Северус, считай это просьбой, приказом, чем хочешь, но я настоятельно прошу заниматься с Гарри. -Это не навык, и вы это знаете, Альбус. Я не смогу объяснить, как закрывать сознание…К тому же Поттер меня ненавидит, он не сможет в нужной степени усваивать материал. -Я поговорю с ним. -Гарри, это важно. -Но почему Снейп? -Профессор Снейп, Гарри, и ты будешь с ним заниматься. Ворчание и обиженный взгляд. -Поттер, сосредоточьтесь. -Я не могу! Вы даже не говорите, ЧТО я должен делать! -И не орите, ваши вокальные данные меня не интересуют. Скажите мне, мистер Поттер, сколько веков должно пройти, прежде чем до вашего гениального мозга доберется фраза : «Очищайте сознание»? Или вы настолько велики, что не считаете нужным прислушиваться к словам учителя? Вы самонадеянны, Поттер, впрочем, как и ваш папаша. -НЕ СМЕЙТЕ ТАК ГОВОРИТЬ О МОЕМ ОТЦЕ! Вы не имеете права! -Побойтесь Бога, Поттер, вам ли решать, каким правом я обладаю, а каким нет? День был на редкость паршивый, как, впрочем, и все предыдущие, начиная с возрождения Хозяина. Настроение находилось на отметке далеко ниже нуля и столь приятное времяпрепровождение, как доставание Поттера не смогло принести обычного облегчения. Очередное зелье для больничного крыла мирно кипело в чугунном котле. По замыслу это должно было быть простое болеутоляющее, но, задумавшись о превратностях судьбы, Снейп сварил нечто среднее между слабительным и кроветворным. В нормальной обстановке он записал бы рецепт. Просто так, для интереса. Сейчас же зельевар тихо выругался про себя и вылил злосчастную жидкость в раковину. В отличие от своего ученика, Снейп практически не пользовался магией, предпочитая работать маггловскими методами. Сбоку корпел этот самый ученик, стараясь сделать зелье не по ингредиентам, а по нужному конечному результату. Учитель равнодушно наблюдал за бесплодными попытками, после чего решил закончить на сегодня урок и отправить юношу в гостиную факультета. Юноша уходить не собирался, вместо этого он в наглую прошел в комнаты декана и устроился на «своем» кресле. Декан самодеятельность проигнорировал, сел за стол и начал перебирать бумаги. Не то, чтобы у такого педанта они были в беспорядке, но отчего-то захотелось, чтобы свитки с контрольными стали рассортированы не по убыванию в алфавитном порядке, а по возрастанию, чтобы корреспонденция была расположена не слева, а в верхнем ящике… -Крестный…Тебя что-то беспокоит? Снейп пропустил замечание мимо ушей, только невольно вздрогнул. Драко наблюдал за крестным, прикрывшись книгой, лежавшей до этого рядом, на столике. Содержание не имело значения, все равно данная вещь являлась лишь предлогом. -Крееестныыый, я же вижу, что ты дерганный весь… Мужчина поднял на юношу свои черные глаза и Драко поежился. Во рту вдруг пересохло и захотелось оказаться где угодно, но не здесь. Холод, отчужденность, лишь намек на того Северуса, которого он знал. Это был другой человек, и он очень юноше не нравился. -Драко, я думаю, тебе лучше отправится в гостиную факультета. Сейчас же. Тихий властный голос был подобен Империо. Юноша против воли поднялся с кресла, вышел в коридор, тихо прикрыв за собой дверь, дошел до гостиной, а там бегом направился в свою комнату, забрался с ногами на кровать, задернул зеленый бархатный полог и уставился в одну точку. Новый год принес новые сюрпризы, и они ой как не нравились зельевару…Мало того, что Дамблдора убрали с поста директора, так на этот пост поставили такую, прости Мерлин, дуру. Новым директором стала (пока не официально) некая Долорес Амбридж, примерзкая особа, полностью оправдывающая свою принадлежность к Министерству. Ежедневно он должен был выслушивать ее бредни, быть учтивым, заставлять также вести себя весь свой факультет….Мисс Амбридж могла подпортить не то, что репутацию, положение многих слизеринцев в целом. Популярности подобное поведение змеиному факультету не принесло, но и Министерство от них отстало. Ко всему прочему директор «возродил» Орден Феникса, своего рода подпольное сопротивление против подпольной (пока) организации Лорда. Снейпу идея казалась идиотской, но он мудро молчал, приходил на каждое такое собрание (если разговоры и причитания под чашечкой чая Молли Уизли считать собранием), ругался там со всеми, и, получив хоть какую-то разрядку в эмоциональном плане, возвращался в свои подземелья. Сам факт того, что собрания проходили под крышей дома, принадлежавшего Блеку, давал Снейпу право издеваться над хозяином дома. Каждый раз их чуть не оттаскивали, причем, Блек раз от раза становился все «краше», но не останавливался, а продолжал задевать слизеринца. Директор как мог, старался помирить врагов детства, но если по началу это не удавалось в силу того, что Снейп в принципе не относился к Блеку как к человеку, а потому не мог ненавидеть, то впоследствии ситуация кардинально изменилась. Лорд тоже не жаловал своих слуг, вызывая тех с периодичностью раз в недельку, проверяя их преданность, узнавая новости, набирая былое могущество. Снейп возвращался с таких встреч за полночь и сразу уходил к себе, зажигал огонь в камине и долго, казалось, вечность, смотрел на пламя, или также наблюдал за горением свечей в канделябрах. Это успокаивало, а успокоиться было необходимо. С каждым разом возвращаться к нормальному состоянию было сложнее и сложнее. Сила, дремавшая, сдерживаемая столько лет нашла, наконец, выход. Окружение Лорда снова стало бояться скрытного Пожирателя, даже Люциус избегал его общества. Чего он ожидал? Постоянное проникновение в мозг, участие в пытках…Он не помнил, когда в последний раз нормально спал, а спал ли вообще? Люциус и Драко…Еще одна сторона многоугольника, называемого жизнью Северуса Снейпа. Крестник отдалялся от него, непроизвольно, чувствуя опасность…Друг не отставал от крестника, а потому Северус снова чувствовал себя одиноким, и его это бесило. Сколько можно доказывать свое отношение к окружающим людям? Неужели нельзя принять его на веру? Полностью, без условий? Видимо нет. Ну не пойдет же он к директору, как делал это в школе? Люциус перестал общаться с другом к концу года, очень аристократу не нравился огонек в глазах зельевара, к тому же тот стал раздражительным, нападал без причины….и это только начало. Конечно, он не станет полностью обрывать все связи, но подстраховаться стоило. С одной стороны Министерство стало давить, с другой Лорд с его бредовой идеей захватить это самое Министерство. Люциус ожидал, что во главе этой операции встанет Снейп, но Лорд не доверял слуге, а потому сам стал стратегом. Малфой тихо стонал от талантов Лорда. Более идиотского плана он в жизни своей не слышал, но спорить не стал. Во-первых, ему своя жизнь была дорога, а во-вторых спорить не имело смысла. Еще и Белла явилась, прямо из Азкабана, и коли раньше, до первого падения Господина с ней можно было договориться, то теперь этот человек потерял последние крупицы разума, став безумным, одержимым фанатиком. Естественно, что свой гнев она обрушила на Сева. Азкабанские стражи встали под знамена тьмы, и Лорд почувствовал свою силу. Несколько колоний оборотней тоже присоединились к Воландеморту. Армия заканчивала комплектацию, и Воландеморт назначил дату штурма Министерства с целью узнать пророчество до конца. В этот день у лорда Малфоя все валилось из рук, плохое предчувствие не покидало его ни на минуту. Что-то шло не так. Если честно, все шло не так. Люциус жалел, что операцию разрабатывал не Снейп. Тогда был шанс уйти. Ему то точно, а до остальных нет дела. Поттер все же сделал это. Стоило Северусу отойти, этот паршивец залез таки в думосброс учителя. Хорошо хоть не все там увидел, и посчитал увиденное худшими воспоминаниями зельевара. Реакция Снейпа была не совсем адекватной (Любимый ингредиент в количестве целой банки полетел в направлении нарушителя), но впоследствии успокоившись, он понял, что сумел сдержать себя и вел почти спокойно. А потом случилось то, что случилось, а именно – Люциуса схватили. Снейп узнал об этом от самого Лорда, вызвавшего слугу почти сразу после провала операции. Тем же вечером Слизерин впервые побоялся выходить из гостиной. Еще неделя ушла на успокоение Драко, ибо отпрыск аристократии рвался взять Азкабан штурмом. Разговор с директором тоже оказался безрезультатным, а по прошествии мая месяца учитель сделал для себя неутешительные выводы. Анализируя поведение двух сторон, он на протяжении всего учебного года тасовал полученную информацию, стараясь оградить Орден Феникса от гибельных поступков и сократить деятельность Пожирателей. Но если новости и воспринимались директором, то воспринимались в извращенной форме. Год противостояния подходил к концу, и Северус решил действовать на свой страх и риск. Тьма отвергла его, Свет отказывался принимать…Он решил идти по границе, преследуя на этот раз только свои цели. Разумом понимая, что нужно сражаться ради мира, добра…А сердцем стремился лишь оградить близких людей от опасности. На шахматной доске появилась карта.