Может случиться

Сказать, что Какаши был рад сюрпризу, это не сказать ничего. Он не то что часы, он буквально минуты считал до момента, когда можно забрать Ируку, а тут надо же — приходить домой, а он там. Вот строгий запрет на секс портил все дело. — Даже с минетом не пытайся, — строго предупреждала Цунаде, — дернется, очередное смещение. Год не трахался, уж месяц выдержишь. — Выдержу, — Какаши отвечал очень уверенно. Но сейчас, дома, рядом с Ирукой уверенность таяла. Выдержит? Выдержит! Но отвлекаться все равно было нужно. Вот хотя бы на подарок. Он думал, что порадует Ируку — хорошие, качественные часы. Лучшие! Но все пошло не так, совсем не так, как представлял себе Какаши. Ирука разозлился и ответил так, что лучше бы запустил этими часами в башку... «Считаешь, что если будешь дарить мне все это, то я буду относиться к тебе лучше?» И ведь попал, в самое болезненное, в то, чего Какаши боялся до дрожи. Купи-продай, принуждение-пресмыкательство. Это было как удар битой по морде. В самом деле, с чего Какаши решил, что дорогие подарки понравятся? Что за глупость? Зачем-то ляпнул про статус. Растерялся, наверное, поэтому привычно надавил — додавить, добить и получить. После разговора об этом глупом подарке Ирука ночевал у себя. Надо было остановить, попытаться объяснить, но Какаши почему-то не смог. Слишком кололись слова Ируки. Утром, намываясь в душе, Какаши грыз себя за малодушие. Никогда по работе не отступал, всегда все мог объяснить, найти общий язык с любым, а тут руки опустил? Ведь можно все исправить, надо только постараться. Какаши осторожно приоткрыл дверь в гостевую комнату: — Можно войти? — Ируки там не было. Взгляд зацепился за приоткрытый шкаф — Какаши подскочил, рывком распахнул дверки. Сердце подскочило к горлу и в висках застучали молоточки — вещей не было. Старых. Только костюмы и рубашки. Первый панический порыв Какаши задавил. Позвонить! Всего лишь позвонить надо. Телефон Ируки зазвонил на тумбочке, аккурат рядом с ключами от машины и чертовы часы там. Как? Где? Ибики вызвать? Он найдет! Только голова болела очень. Какаши сполз на пол, приваливаясь спиной к спинке кровати, смотрел на кровь, капающую на ковер, и сам себя уговаривал: — Нет, нет, ничего. Сейчас немного посижу и все решу. — Тебе что, опять плохо? — Ирука? — Какаши голову не повернул, боялся что галлюцинация. Тот упал рядом на колени: — Ты таблетки пил? Цунаде вызвать? — хлопнул несильно по щеке. — Да не молчи ты! — Ты куда свои вещи дел? — В Красный Крест отнес — они еще нормальные, — у Ируки почему-то сорвался голос. — Кому-то могут пригодиться. Так ты таблетки пил? — Не пил, — признался Какаши. — Я все время про них забываю. — Так чего удивляешься, что у тебя кровотечение? — Я и не удивляюсь, — Какаши улыбнулся, хоть Ируке это и не было видно. — У меня все приятные события в жизни сопряжены с этим. — Идиот, — ворчал Ирука, поднявшись с пола и роясь в кармане своего пиджака. — Вот твоя таблетка, держи. Сейчас воду принесу. — Ты же не уйдешь от меня? — Какаши порывисто ухватил Ируку за руку. — Скажи, что не уйдешь. — Не уйду. Ты чего? — Ничего, — Какаши решился взглянуть на Ируку. — У нас был праздник, давай в ресторан пойдем? — Мне больше получаса нельзя сидеть, — растерянно ответил тот. — А успеем за полчаса, — беспечно махнул рукой Какаши, — и тебе понравится, я обещаю. Какаши зарулил на стоянку ресторана, Ирука рядом явно погрустнел. Рестораны тот не любил и Какаши об этом прекрасно знал. Одно время бурчал, когда только появился, про семнадцать вилок для рыбы — было бы из-за чего, их всего-то шесть и три для омаров. Но сейчас они точно не понадобятся. — Бери свою клюку, и пойдем. Они прошли переулочек, минуя престижный ресторан, Ирука явно растерялся — метров двести и подошли к Макдональдсу. Какаши махнул рукой на вход: — Ты вроде здесь кое-что любишь? — Да ладно? — не поверил Ирука, ошарашено переводя взгляд с двери на Какаши и обратно. — Серьезно? Какаши кивнул, Ирука тут же заспешил внутрь. — Свободная касса, — вскинула руку девушка. — Идем, — дернул Ирука тормозящего Какаши. — Ох, даже не знаю с чего начать. Какаши решил помочь: — Нам пожалуйста, пять чизбургеров, пять больших картошек фри, сырных соусов — десять и три больших кока-колы без льда. — Стойте, — вскинулся Ирука, обращаясь к девушке на кассе. — Что, мало? — забеспокоился Какаши. — Лопнем. И тебе, кстати, всего этого нельзя! Картошки две, соусов четыре, кока-колы две, а чизбургеров шесть! — Ирука улыбался самой благостной улыбкой. С удовольствием плюхнувшись на пластиковое кресло, Ирука вцепился во вредную булку с котлетой, а Какаши тоже, весьма спокойно развернул «это» и начал есть. Тот сразу же недоброжелательно отметил: — Правильно тебя доктор на диету посадила, ты бы хоть раз посмотрел что ешь. Какаши пожал плечами: — Но вкусно. — Две недели у меня будешь на молоке и овощах, после этого захода. Сейчас ладно, доедай. — А вторую можно? — Можно, — милостиво разрешил Ирука, — все равно купили, а пять я не съем. Рекомендацию врача не больше двадцати минут сидя — Какаши свято выполнил, увел Ируку в машину, полностью разложил сидение и поставил перед носом аппетитно пахнущий пакет. — Я уже говорил, что люблю тебя? — Ирука возил картошкой в сырном соусе. — Не говорил, но приятно, — фыркнул Какаши. — Домой едем? — Едем, — благостно кивнул тот. Не успел Какаши выехать из стоянки, как Ирука огорошил: — И кстати... Получишь отсос. Какаши невольно ударил по тормозам: — Что? — тупо переспросил он. — Что слышал. — Сейчас врач запретила, — стараясь не смущаться, пробормотал Какаши. — Но, если ты не берешь свои слова обратно — через пару недель... — Не-а, — продолжал улыбаться Ирука, — слова, — подчеркнул голосом, видя снова реакцию, — не беру. — Надо же — за чизбургер. Ой, прости, — дернулся было Какаши. — Именно — за чизбургер, — веселился Ирука. — Так что ставь напоминалку на телефон. Кажется, в этот раз Какаши сделал все правильно, понял все правильно. Похоже этот заезд в «ресторан» говорил Ируке о заботе, внимании, понимании, и, наверное... О любви? Макдональсом Какаши показал больше, чем прежними подарками — он на самом деле хотел сделать Ируке приятно, и сделал. И, возможно, тому захотелось ответить. Но что он мог бы дать такого, что удивило бы Какаши? «Минет» — услужливо напомнил мозг. Какаши отсасывал у Ируки регулярно, а вот тот сам взять в рот так и не решался — не то, чтобы Какаши предполагал, что брезгует, скорее стеснялся. Но сейчас, вот после всего, что случилось... Да черт с ним — будет он неловок или неопытен — он хочет этого! И Какаши это оценит в любом виде.