Будь моим кровавым возлюбленным?

— Снова пришел?! – возмущенно сказала девушка. — А как же экзамены? — Вот, доведу тебя до дома и пойду в библиотеку, — с недовольным видом проговорил парень лет восемнадцати. Его длинные золотистые волосы, выбиваясь из-под кепки, неумело скрывающей их, спадали на тонкие хрупкие плечи. Темно-голубые глаза были похожи на бездонные озера с кристально чистой водой. Синие обтягивающие джинсы подчеркивали его и без того высокий рост, а легкая, свободная куртка придавала фигуре более мягкие, «воздушные» очертания. Тсузуки в очередной раз пришел в магазин игрушек, где работала Мака, чтобы, как обычно, проводить ее. Сейчас на улице было довольно темно и, на удивление прогуливающейся парочки, холодные темные улицы не подавали признаков жизни. — Эээ… Мака… — начал говорить парень, но девушка резко остановилась и, прервав его, начала с преувеличенным вниманием изучать свои кроссовки. — Завтра за мной не заходи, — о выражении ее лица в этот момент можно было лишь гадать, так как длинная челка наполовину скрывала его. — А… – парень был в замешательстве. Девушка стояла к Тсузуки вполоборота, не желая взглянуть ему в глаза, поскольку знала, что своими словами причиняет боль. Она ведь делала это уже не в первый раз. — Тсузуки-кун… я уезжаю… завтра… с отцом в Америку… Мы больше не увидимся… но я не прощаюсь, — Мака еле сдерживала слезы. Это было трудно, но она старалась не показывать лишних, как она думала, эмоций. — Мака, а как же… — Тсузуки запнулся на полуслове. Он не знал, что нужно говорить в подобной ситуации. Воцарилось столь ненавистное ему молчание. Нарушив мучительную тишину, Мака сказала: — Ты обязательно поступишь! Ну… буду писать… наверное. Как только последнее слово сорвалось с ее уст, девушка побежала прочь, оставив парня позади. В памяти медленно проплыли картины прошлого. Почему-то сейчас Тсузуки вспомнилось то время, когда они были лишь друзьями. А ему всегда так хотелось большего. Это были его первые дни в старшей школе: «— Ну и зачем ты пришел? – недовольно протянула девушка. — У тебя же скоро игра! — Это подождет! – возразил Тсузуки. — Тем более, я лучший игрок в команде! — Лучший - не лучший, но тренировки пропускать не стоит! – ругала она его. — Может… по мороженому? Девушка обессилено вздохнула: — Ну что с тобой поделаешь! — Ничего и не надо, я и так хорош! – воскликнул он, расправив грудь и подперев бока. Тогда был столь же холодный вечер, что и сегодня. Они шли в их любимое кафе, недалеко от старого парка, где за чашкой горячего какао весело смеялись, рассказывая друг другу разные истории и шутки. — И все-таки какао у тебя вкуснее, — произнесла Мака, после того как выпила с полстакана этого замечательного напитка. — Только какао?! – Тсузуки возмутился от такого заявления. — Ну, до меня тебе еще расти и расти, так что учись пока! Но обиженная физиономия Тсузуки не оставила ее равнодушной. — Хочешь, буду учить тебя? – с издевкой в голосе поинтересовалась Мака. — Сам великий мастер приготовления снизойдет до простого ученика старших классов, — не удержался он, чтобы ни съязвить в ответ. — Тогда, устроим поединок! — сказала она, скрестив руки на груди. — И если я выиграю, то ты перестанешь пропускать из-за меня баскетбол! — Договорились, — отозвался Тсузуки. На мгновение голос его стал тверже, а выражение лица серьёзнее. — Но если выиграю я, — добавил он, — то ты будешь со мной встречаться. Согласна? Мака была немного шокирована таким смелым заявлением. Ей нравился Тсузуки, но ответить ему взаимностью она не могла. Он был для нее лишь другом детства, которому можно довериться. — И что это за серьезное лицо? – сказал Тсузуки, пытаясь казаться как можно веселее. — Я же пошутил! Но Мака понимала, что именно сейчас он был серьёзен как никогда. — Давай останемся просто друзьями, ладно? – произнес он более грустным тоном, не убирая улыбку с лица. Когда Мака взглянула ему в глаза, то поняла, с какой нежностью и любовью он всегда смотрел на нее. — Извини, — сказала она полушепотом. — Ну, что ты извиняешься? Давай лучше мороженое закажем!» С тех самых пор он каждый день в одно и то же время ждал ее напротив магазина. Тсузуки делал это, чтобы еще раз увидеть ее, еще раз поболтать с ней. Дорога от магазина к ее дому и разговоры ни о чем — было единственным, что связывало их. А сейчас? Все осталось в прошлом, окончательно и бесповоротно. * * * Тсузуки смотрел ей вслед, не в состоянии что-либо сказать или сделать. Он стоял там, не в силах остановить ее. * * * — Холодно, — произнес парень, придя в себя, и медленно зашагал в сторону старой пятиэтажки, где и находилось его новое место жительства. Пройдя несколько домов, Тсузуки свернул в знакомый парк, где они когда-то прогуливались, чтобы сократить дорогу. Холодный осенний ветер играл со все еще зеленой листвой деревьев, срывая ее с веток и унося так далеко, насколько это возможно. Но, несмотря на ветер и тонкую куртку, парень не чувствовал холода. Сейчас его мысли занимала только она – девушка, бросившая его уже дважды. Внезапно он услышал приглушенные звуки ударов и невнятные выкрики, оторвавшие его от философских размышлений. Недалеко от него трое парней избивали молодого человека, обессилившего от ударов и пинков. Приблизившись к ним, Тсузуки крикнул: — Эй, вы что творите? — Ладно, уходим! – сказал один из нападавших. Затем все трое поспешили удалиться с места преступления. Тсузуки подошел к пострадавшему и протянул руку: — Ты как? Парень лишь неодобрительно покосился на спасителя, решив подняться с земли самостоятельно. — До дома-то дойти сможешь? – забеспокоился Тсузуки, увидев, с каким трудом поднялся этот молодой человек. — Нет его, — произнес избитый, а затем пошел в неизвестном направлении, слегка пошатываясь. Но, не сделав и десяти шагов, начал терять сознание. — Эй, ты в порядке? Эй! – крикнул Тсузуки, подхватывая жертву этого уличного происшествия.