Дизайнерский переполох или момент изменивший нашу жизнь

POV Кай «Голова писец болит», – это было первой мыслью, родившейся в только что вернувшемся из отключки мозге. Но вот какого черта она болит? Нет, начнем с того, что какого черта я пришел в себя? О, точнее, какого черта я из себя выходил вообще? Да, именно так. Зверски захотелось профейспалмить от собственных мыслей. Я еще просто не до конца оклемался, оттого и такие идиотские идеи. Это не страшно, это сейчас пройдет. Пытаюсь сесть, судя по ощущениям – на койку, и даже это получается не сразу. С болезненным стоном, сродни восьмидесятилетнему аджоси, но это тоже пустяк. А вот то, что болит не только голова – это уже печалька. В комнате горит свет и приходится потратить немного времени, чтобы сфокусировать взгляд и наконец понять, где я, почему я и зачем я. Первым мне попался на глаза доктор Чен, восседавший за своим столом. Рядом с ним сидел Минсок, любопытно поглядывая на меня и чуть неловко улыбаясь, и Кёнсу. Кёнсу? Не слабо так подвисаю на пару минут, молча таращась в белую стену. Остальные, то ли из любопытства, то ли из солидарности, молча ждут хоть какой-нибудь моей реакции, а я что? Я ничего не помню. Нет, помню, как меня достал Бэкхён, достал просто зверски, и я свалил куда-то. Ах точно, я свалил в лес за универом, и там я встретил Кёнсу, но почему и я, и он теперь тоже здесь? Недовольно хмурюсь, переводя взгляд на парня лежащего на соседней кушетке. Не уверен, но его глаза кажутся еще более округлыми, чем обычно: тоже в шоке, наверное. Опять невольно подвисаю и с полминуты просто таращусь на До. Неловко как-то. – АХ ТЫ Ж ЧЕРТ! – невольно вскрикиваю, и его передергивает от резкого звука так же, как и нашу медпарочку за столом, – Ты жив, а это значит, что меня не посадят! – радостно хлопаю в ладоши и улыбаюсь во все тридцать два. «Больной придурок», – вот прям так, ярко-красными буквами написано на лице Кёнсу, и даже не сомневаюсь, что в мой адрес. И это заставляет поумерить пыл. Воспоминания быстро возвращаются в отрезвевший после отключки мозг и настает момент истины, фактически приходит ответ на все вопросы мироздания. – АХ ЭТО ТЫ ЗАРАЗА МЕНЯ ВЫРУБИЛ! – вскрикиваю и тычу в Минсока пальцем, пытаясь в пылу страсти выпутаться из пледа, – А ну, иди сюда, плюшка нахальная, сейчас я тебе объясню, как в чужую сторону сахарной пудрой сыпать! – Я за… я в… куда-нибудь! – его голос почти пересекает отметку «ультразвук» и, пропищав в сторону Чена что-то еще, он срывается со стула и пулей вылетает в коридор. Еще пару минут слышны звуки ударов подошв об пол, а после тишина. Свалил, зараза. Ну ничего, я знаю, в каком он кабинете околачивается, я еще выжму из него всю начинку. Расстроенно фыркаю и опускаю ноги на пол, неуверенно почесывая затылок. Думаю, стоило бы извиниться перед Кёнсу – все же это замените более объемным словом моя вина. – Кёнсу-я… – решаю не оттягивать момент с извинениями и полноценным уже знакомством. Он любопытно смотрит на меня, вопросительно изогнув бровь, – ты это, прости меня, я не хотел тебя напугать… На несколько секунд повисает молчание. Чен с любопытством наблюдает за развитием событий, а я стыдливо разглядываю паркет под ногами, боясь поднять взгляд на парня. – Ничего, – он устало вздыхает и отмахивается, – я и сам виноват, что без перчаток работал, – не спеша поднимается с койки и потягивается, разминая затекшие конечности, – спасибо, что хоть там меня не кинул. – Перчаток? Так это не моя вина, что ты сознание потерял? – понимаю, что провалялся в постели довольно долго и, кажется, успел что-то пропустить. Ох уж этот Сюмин со своим вырубаловом. – Цветок, который Кёнсу изучал в лесу, оказался ядовитым и яд попал ему в рот, когда ты испугал его. Так что все это не без твоей помощи, – наконец в разговор включился и доктор Чен, пока Кёнсу поправлял одежду и обувался. – Нам повезло, что у нас работает именно Чен, иначе все могло бы закончиться по-другому! – он слабо улыбается, и направляется к двери, – Чен-Чен, уже поздно, так что я лучше пойду к себе, – тот молча кивает в ответ. – Кёнсу я, прости меня, – тут же подрываюсь с кровати, натягивая на ноги кроссовки, – давай я проведу тебя до общежития! – Все в порядке, не нужно, – он слабо машет рукой и выходит за дверь, а я опять оседаю на постель. И почему мне так стыдно? Может, если бы я не пришел и не напугал его, всего этого не случилось бы. А что, если бы Кёнсу и вправду умер? Это была бы полностью моя вина. Опускаю голову на раскрытые ладони и, заводя их к затылку, взъерошиваю волосы. Как мне теперь быть? Нет, он, конечно, сказал, что все нормально, но какое к черту нормально, после того, что случилось? Думаю, Кёнсу был напуган даже больше, чем я. – Эй, Чонин, – меня окликает мягкий голос Чена, который наконец встал из-за стола и подошел ко мне, чуть погладив по плечу, – присмотри, чтобы Кёнсу добрался до общаги без приключений, – он улыбается так тепло и ласково, что мне становится чуть спокойнее. – Но ведь… – указываю пальцем на дверь, будто намекая, что видеть меня До точно не хочет. – Он просто перенервничал. Такое ведь не каждый день случается, и это было для Кёнсу потрясением, – киваю доктору и, подорвавшись с места, выбегаю из кабинета. Кёнсу я догнал уже на выходе из корпуса. Он, казалось, о чем-то глубоко задумался, оттого шел медленно, словно на автомате. Совершенно не отдавая себе отчет о том, куда идет, оттого иногда поворачивая не туда, но быстро исправляясь, Кёнсу менял направление. Мне было неловко его беспокоить и как-либо подчеркивать то, что я здесь, поэтому я просто тихо шел позади До. Все же он довольно четко сказал в кабинете, что мое общество здесь лишнее. Но ведь доктор Чен… ах, я, кажется, ищу оправдания. Я и сам хотел пойти за Кёнсу, чтобы убедиться, что все хорошо. Ведь он выглядит немного обеспокоенным, да и уже поздно, мало ли что может случиться, а Кёнсу выглядит очень хрупким и даже беззащитным. Я, кажется, беспокоюсь о нем. – Я знаю, что ты здесь, можешь не плестись следом, как шпион-неудачник, – До все так же шел вперед, не оборачиваясь и не останавливаясь, но уже куда более осмысленно. – Прости, я просто… – говорить правду было немного неловко, поэтому я судорожно начал искать себе оправдания, – доктор Чен попросил, и я… Мы с тобой в одной общаге живем, понимаешь… – Со мной все нормально, мне не нужна нянька, – Кёнсу был чуть раздражен, но все равно говорил спокойно. От этого становилось еще более неловко. – Прости… – виновато опускаю голову, но равняюсь с ним, теперь уже иду рядом. Кёнсу бросает мимолетный взгляд на меня, рассматривая одежду так пристально, насколько позволяет освещение уличных фонарей, и смешно фыркает. – Твоя одежда… – До кивает на испачканные травой джинсы и грязную футболку. Видел бы он, как я несся по этому проклятому лесу, не фыркал бы так. – Я упал пару раз, когда бежал в медпункт, – неловко улыбаюсь, почесывая затылок. – Понятно, – между нами снова повисает молчание. Он выглядит таким уставшим, да и я уже выбился из сил, даже несмотря на то, что мы несколько часов провалялись без сознания. Этот день сведет меня с ума. Мы так же молча заходим в общагу и вместе доходим до второго этажа. – Моя комната здесь, – тихо говорит Кёнсу потому, что уже поздно. Если комендант увидит, что мы шатаемся по коридорам, то несомненно отчитает, – спасибо, что не бросил в лесу, и спасибо, что провел до общаги, но знаешь, – он чуть мнется, но все же продолжает, – не нужно так больше делать. Я хочу возмутиться, но До только кланяется, и уходит дальше по коридору. Провожаю его взглядом, пока тонкий силуэт не скрывается за очередным поворотом, и иду на свой этаж. Как я могу так просто взять и сделать вид, что ничего не было? Может, все-таки стоит присмотреть за ним? Хотя бы незаметно, издали, чтобы с Кёнсу точно ничего не произошло. Я теперь просто не могу вот так все бросить.