Дизайнерский переполох или момент изменивший нашу жизнь

POV Кай Этот негодник чуть не довел меня до инфаркта! Я уже успел трижды испугаться – а вдруг что-нибудь случилось, вдруг его кто обидел, или может стало плохо, или он еще не совсем отошел от яда цветка. А Кёнсу решил поиграть в шпионов и выследить меня! И выследил же. Неужели я был настолько заметным, что он так легко меня раскусил? Кажется, у меня развивается комплекс заботливой мамочки, потому что когда Кёнсу не в пределах видимости, мне становится беспокойно. Редкие совместные пары стали словно манна небесная. На них я могу спокойно выдохнуть и расслабиться, наблюдая, как он увлеченно делает записи в тетради, иногда чуть зависая и раздражая этим преподавателя. Сам не понимаю, почему так получилось. Почему мне стало так важно знать, что с ним все в порядке, видеть Кёнсу каждую перемену, незаметно провожать до аудитории или общежития. Не ожидал, что До так быстро меня заметит. И уж тем более не ожидал, что решит проучить, когда я в панике метался от аудитории к уборной, и уже думал догнать кого-нибудь из его группы, чтобы убедиться, что с Кёнсу все в порядке. – Не меня ищешь? – его голос раздался за моей спиной, как только я вылетел из пустой уборной. Сердце ухает куда-то вниз, я чуть не вскрикиваю от неожиданности. Он сверлит меня до ужаса странным взглядом, от которого сердце начинает покалывать где-то в левой пятке, а кончики пальцев холодеют. Первое, что хочется спросить, так это: «Кто ты, черт возьми, и где мой До Кёнсу?». В нем нет и капли от прежнего До: ни того дружелюбного взгляда, ни мягкой улыбки. И я понимаю, что, кажется, немного перестарался со своей заботой и, вполне возможно, выгляжу в глазах Кёнсу как начинающий сталкер. Я пытался скосить под дурачка, прикинуться, что понятия не имею о чем он и искал вовсе не его. Судорожно придумывал хоть какое-нибудь не идиотское оправдание, но в итоге просто тупо сбежал, когда До обернулся. Как последний трус, я несся по коридорам, понимая, что веду себя как полный идиот, и причем уже не первый день. Все-таки мы взрослые люди, и могли просто поговорить и решить эту проблему мирным путем, но я сбежал как нашкодивший школьник. Хотя я сам и виноват – я сам себя накрутил и, несмотря даже на его слова, что все в порядке, следил за ним. Кажется, я немножко идиот. Возвращаюсь в общагу, на этот раз один. Не хочу лишний раз попадаться на глаза Кёнсу и раздражать его своей псевдо-слежкой. Может, стоило бы извиниться перед ним за свое поведение, но что я ему скажу? «Кёнсу-я, извини, что следил за тобой. Мне жизненно необходимо знать, что тебя никто не изнасиловал, не убил и не расчленил в ближайшей подворотне»? Уверен, сейчас я больше всех остальных подхожу под роль насильника. Шикарно, Чонин, ты просто молодец. Я даже не успеваю переодеться в более домашнюю одежду, когда в мою комнату совершенно бесцеремонно врывается ураган по имени Бэкхён, а следом за ним не спеша проходит Чанёль. И без них хреново было, а теперь так вообще полный букет отчаяния и безысходности. – Бэк, потеряйся, а? – недовольно бурчу, хотя и понимаю, что смысла нет и он все равно никуда не денется, пока не закончится дневной запас гадостей и подколок в мой адрес. – Ага, щас! – фыркает Бён, заваливаясь на мою кровать и опираясь спиной о стену, – как жизнь, герой-любовничек? – О чем ты? – заталкиваю вещи в шкаф, пока эта парочка по-хозяйски занимает все сидячие места в моей комнате, оккупируя кровать и стул у письменного стола. – А ты думал, что твои попытки безпалевно засталкерить малышку Кёнсу останутся незамеченными? – Бэк гаденько хихикает, когда я замираю, слегка охреневше таращась на него. – Да ничего я не делал! – отмахиваюсь, быстро придя в себя, и усаживаюсь на кровать рядом с Бэком, – что за глупости. – Я сам видел! – уже откровенно ржет друг и со всей присущей ему гибкостью уворачивается от моего локтя, направленного в его почку. Он вскакивает с кровати и прячется за спиной Чанёля. – Да не сталкерил я его, отстань от меня! – вспыхиваю и заваливаюсь на кровать, утыкаясь лицом в подушку, – Чанёль, будь другом, утащи его подальше, а? – Не раскисай! – широкая ладонь эльфа похлопала по моей спине, – уверен, он ответит тебе взаимностью, – уверенно добавил Чан. – Какая еще взаимность? – я сконфужено дернулся, подскакивая на кровати, злобно зыркая на недоумевающего Ёля и готового разразиться злорадным хохотом Бэкхёна, – вы вообще подурели? То, что вы педики, еще не значит, что и все остальные такие же! – А зачем тогда ты за ним ходишь? – откровенно недоумевал Чанёль. – Я… – вот тут-то я и запнулся. И правда, зачем я за ним хожу, если он сказал, что не нужно? – Просто я… – Влюбился, да-да, мы именно так и поняли! – воодушевленно закончил мое предложение Бэк, – Ты не расстраивайся, Чонин-а, он, конечно, та еще принцесска, но ничего, прогнется. Ты, главное, не отступай от намеченного пути, «девчонки» любят настырных! – его голос подрагивал от накатившей волны смеха, которую Бён пытался сдержать. – Пошел к черту, придурок! Какие «девчонки»? Он же парень! – не выдерживая, спрыгиваю с кровати, хватаю в руки подушку и бросаюсь на друзей. Хотя какие друзья, так, гиены злорадные, – Долбаные педики, даже не думайте меня завербовать! – без разбора машу подушкой, время от времени попадая по ком-то из них. – Да кто тебя вербует, ты все сам! – заверещал Бён, цепляясь Ёлю за плечи и придвигая ближе к себе. Бэкхён, уже не сдерживаясь, ржет, прикрываясь долговязым Чанёлем, как щитом, который стоически принимает все удары на себя. Чан как-то даже по-отечески умиляется нашей шуточной возне, но шуточная она только пока я не добрался до тушки этого стервеца.  – Задушу к чертовой матери! – ору я, входя в раж и запуская подушку в открытый полет прямиком в полку. – Влюбленный педик! – снова верещит Бэк, уже переходя на звонкий фальцет и, хватая Пака за шиворот, вылетает из комнаты с поистине конским ржачем. – Придурок! – ору ему в след и поднимаю подушку с пола. Есть польза от этого идиота – мне стало явно легче. Полезно иногда выпустить пыл наружу, но было бы полезнее все-таки придушить его, чтоб и сам не мучился, и людей не мучил. Бедный Ёль, как он с ним вообще живет, свихнуться можно. Влюбился я, ага щас, не дождутся они, чтобы я влюбился в Кёнсу… Зависаю на пару минут, опускаясь на кровать и отрешённо таращась в стену. А почему тогда я так о нем волнуюсь, хожу по пятам и нервничаю, когда До пропадает из поля зрения? – Глупости все это, ничего я не влюбился! – бурчу себе под нос, откидываясь спиной на кровать, – просто… просто чувство вины, и я… – чуть запинаюсь, понимая, что одна причина – это как-то мало, еще и такая, слегка натянутая. Но другой просто нет, – я просто виноват, вот и все… Киваю сам себе и прикрываю глаза, надеясь на чудо: меня вот-вот отпустит, и мысли, роящиеся в мозгу, хоть ненадолго затихнут.