Спасибо за развод

Мы действительно съехали уже в среду, как бы медленно мы с братом не собирали вещи. Мама уже утром вторника поставила свои два готовых чемодана в прихожей и строго сказала, что поможет нам со сборами. Хоть Данила и прятал свои любимые книги, игрушки или наушники, чтобы растянуть время, мама всегда все находила и с жадностью складывала в наши с братиком чемоданы. Ей и вправду не терпелось съехать с нашей квартиры, в которой Данила прожил всю жизнь, а я - десять лет. Вот пришло время - семь часов вечера, среда. Именно на это время мама заказала такси - мы поедем на двух машинах, ведь наши пожитки вместились только в четыре чемодана и две коробки, не считая рюкзаков и сумок у каждого из нас. – Спускайтесь к машинам. Данила поедет со мной, а Даша - в такси. – Нет, я хочу с Дашей! - воскликнул братец, вцепившись в меня обеими руками. В тускло-серых глазах матери проскочил еле заметный огонек обиды. Кажется, вот-вот она заплачет. – Данила, давай ты поедешь с мамой, - ласково произнесла я, поглаживая мальчика по белокурой голове. – Она тебя любит больше, чем я. Всё-таки я убедила брата поехать с мамой, чем вызвала у последней счастливую улыбку - будто бы и не было той обиды в ее душе. И вот мы расселись по машинам. Мама поехала вперед, а мы с таксистом Олегом - прямо за ней, чтобы не потеряться. Олег рассказал мне о своей семье: жене и трех дочерях, о том, как он мечтает о сыне, о своей теще, которая жаждет ремонта дачи, о том, как трудно быть приличным семьянином, а узнав о том, что мои родители развелись, умело перевел тему на коньяк, который ему вчера подарил троюродный сводный брат от какой-то там странной сводной сестры матери жены. Коньяк был что надо, и голова у Олега сегодня совсем не болит, что очень странно - ведь он один выпил почти половину бутылки. Вскоре мы подъехали к действительно элитному жилому комплексу. Увидев двадцатиэтажное здание, разделенное на четыре части, как дворец или красивый замок, Олег громко свистнул и сказал, что никогда не разведется со своей женой - ещё бы не хватало, чтобы после развода она так шиковала. Распрощавшись с таксистом, который взял с меня только двести рублей - хотя по правилом нужно было бы пятьсот - мы взяли наши чемоданы и направились к входу в один из подъездов - серединный. – Так, дети, - когда мы оказались внутри, сказала мама, пока мы с Данилой, раскрыв рты, рассматривали искусно расписанный высокий потолок. Перед нами была стойка администрации, за которой стояла приветливая женщина с ярко накрашенными глазами и с прицепленной к груди карточке с надписью "Администратор Елена". – Сейчас я позвоню знакомым... И они за нами спустятся. Подождите немного. Мы были не против немного подождать. Сюжет картины, которой был украшен потолок, захватил наше внимание. Где-то я уже видела это... Может, в Эрмитаже или Русском музее?.. – Ольга Леонидовна! - отвлек меня от раздумий звонкий голос. К нам подбежала девушка лет тридцати пяти - кажется, секретарша мамы. – Здравствуй, Тамара, - мама сдержано улыбнулась. – А где твой муж? Мы одни не дотащим эти вещи, не находишь? Вы ведь живете на... – На самом верхнем этаже, Ольга Леонидовна, - похвасталась блондинка Тамара. – Да и у нас есть два лифта. Можем детей с двумя чемоданами отправить на одном, а мы с вами - с другими чемоданами - поедем на втором. – Не могу оставить детей одних, - сказала мама, слегка улыбнувшись и взявшись за сережку. Врет. Наверное, просто не хочет оставаться один-на-один с секретаршей. – Давайте вы поедете с моей дочкой Дарьей, а я - с сыном Даниилом. – Как скажете, - воодушевленно согласилась девушка, пригласив меня войти в один из приехавших лифтов. – Встретимся на двадцатом этаже, Ольга Леонидовна. Только двери лифта закрылись, секретарша переключилась на меня. У меня, оказывается, очень милые светлые волосы, а глаза какие красивые - они зеленые или карие? - а еще такие прекрасные пухлые губки - прямо как ботоксом накаченные - а еще такая фигурка!.. Двери лифта открылись, автоматически став моими спасителями от этой сумасшедшей. Тут же открылись двери второго лифта, откуда выбежал Данила, сразу же прильнув ко мне. – Какой милый мальчик. У него такие же глаза, как у тебя, Дарья, - Тамара захихикала. - Пойдёмте. Мы оказались в длинном коридоре, какие бывают в хороших гостиницах. Дверь квартиры Тамары и ее мужа Евгения (имя я узнала в лифте от самой секретарши) находилась в самом конце под номером "150". Дверь была хоть и новая, но изуродованная несколькими следами от длинных острых когтей. Увидев наше замешательство, Тамара пояснила: – Не волнуйтесь, это Тролль постарался, - сказала она и открыла дверь. Мы с братом переглянулись, еле скрывая улыбки, и вошли в квартиру. Прихожая заставила нас с Данилой громко свистнуть. Это была не просто квартира, а... Ну, не знаю! Прямо около входной дверь находилась лестница наверх. Квартира была обустроена, как английская. Нас встретил лысый добродушный мужчина - Евгений. – Здравствуйте, гости дорогие... Никита, иди сюда, встречай гостей! - крикнул он и улыбнулся нам. – Вам уже рассказали о Тролле? – Да. И у нас появилось две теории - либо вы все наркоманы, либо я чего-то не понимаю, - ответила я, усмехнувшись. – Да, вы чего-то не понимаете, - послышалось сверху, потом последовал топот по лестнице, и на меня уставилась пара ясных синих глаз. – Это наш сын, Никита, - сказал Евгений, кивнув в сторону темноволосого парня, все еще пялившегося на меня. – Никита, скажи хоть слово, болван! – Корова...- прошептал парень почти одними губами. – Ненормальная, - ответила я, слегка кивнув, как вдруг вскрикнула - мне в спину вцепился братик. И тут я увидела причину его страха - прямо перед нами стоял огромный пес-боксер карамельного цвета. От страха я прогнулась в спине, ведь братец всё же перевесил, и с грохотом упала назад, успев только подумать о том, как бы не раздавить Данилу. Уже пол часа я лежу в выделенной мне комнате. Она оказалась довольно уютной, сделанной в стиле "прованс". Вот только все мое внимание приобрел Никита, который сидит у меня за спиной на моей кровати в позе лотоса и чем-то мажет мне спину. Оказалось, что упав на спину, я не только придавила собой брата, но и расцарапала себе кожу о его ботинки. – Сколько тебе лет? - решила я нарушить надоевшую тишину. Конечно, в тишине можно было пораздумать о том, как так могло случиться, что я буду жить у парня, с которым еще в понедельник мы встретились не самым милым образом около здания суда. – Молчи, - злобно оборвал парень, намазывая спину очередной мазью. Евгений рассказал нам, что Никита уже давно собрался стать врачом. Вдруг парень сам продолжил диалог: – Семнадцать. Слушай, ты прости за корову и за ненормальную. Сама понимаешь - врезалась в меня, так еще и ступила... – Да-да, - тихо произнесла я, почувствовав вдруг жуткую вину. – Я ведь не знал, что у тебя развелись родители. Прости, - сказал он и вдруг на одном дыхании спросил: – Что у тебя за шрамики на спине? Как ошпаренная, я вскочила с кровати, опустив майку. – Не важно, - воскликнула я. – Тебе показалось! – Но я же...- не договорив, парень сощурил ярко синие глаза. – Да, пожалуй, мне показалось. – Так-то. Спасибо за помощь, бла-бла-бла, ты молодец... Иди! – Ты выгоняешь меня?.. Но я хотел пообщаться! - запротестовал парень, сложив на груди накаченные руки. – Расскажи хоть о себе... – Не хочу, - сказала я, высоко подняв голову. – Уйди. – Не хочешь говорить? А я не хочу уходить! - воскликнул Никита и, взяв меня в охапку, положил на кровать животом вниз, приподнял майку и снова стал мазать чем-то мне спину. – Я еще не закончил. – Ладно... Тогда расскажи мне о вашем Тролле. Я уж никак не думала, что это собака! К тому же какая... Боксер! – Ты боишься собак? - Никита усмехнулся. – Ему всего три годика. – Я не боюсь собак, но однажды такой вот карамельный песик укусил моего папу! Так что таких собак я не уважаю... - гордо сказала я. – Слушай, давай там быстрее... У меня шея затекла так лежать! – У тебя хорошая спина, - будто бы не услышав меня, сказал парень. – Спортом занимаешься? – Иногда, - соврала я, скрыв ежедневные занятия дома. – Я бы сказала, что у тебя хорошие руки, но, во-первых, ты, наверное, это и без меня знаешь, а во-вторых, звучит как-то не очень, да? – Всё равно спасибо, - Никита хмыкнул. – Вот теперь все, закончил. У твоего братишки странные ботинки, раз так царапаются. – Он параноик. Любит быть защищенным, - объяснила я пожав плечами. Вот бы только он не спросил причину такого состояния моего братца, потому что оно крепко связано со шрамами на моей спине. Вопреки моим опасениям, парень сказал лишь "бывает" и вышел из комнаты, оставив меня одну с воспоминаниями. Надо позвонить отцу! Прошла, кажется, вечность, прежде чем я услышала знакомое "Але-у" в трубке. – Папа, привет! - радостно воскликнула я. – Как ты? – Привет, русалочка... Ну, я неплохо! А вы как? Мама сказала, вы пока что живете у ее секретаря? – Да, пап. Это просто кошмарная сказка! - и я рассказала отцу сначала о нашей второй и первой встречах с Никитой, потом описала ему свою комнату и квартиру в целом, не забыв упомянуть Тролля. Наш разговор затянулся аж на двадцать минут, но был нагло оборван пришедшей вдруг мамой. Строго сказав, что мне стоит прекратить разговор с отцом, она позвала меня на ужин, ведь у нее есть для нас новость.