Выжить в пустоте

      Кто-то стучит по металлической трубе. Я словно словила дежавю. Точно также нас будила Зоя в БГЗ. — Подъем! — кричит Четыре.       Приоткрыв один глаз, смотрю время на часах. 6:00. Вы издеваетесь? В БГЗ подъем был хотя бы восемь, а не в шесть. Так, даже думать перестань о том месте и своем прошлом. Теперь ты другой человек. Чуть ли не подыхая от усталости и недосыпа, заставляю свою тушку подняться с кровати. Я заснула прямо в той черной одежде, которую мне выдали ещё в БГЗ. Ну я конечно же сняла куртку, но все еще была в штанах и майке.       Никто не обращает на меня внимания. Все хорошо, значит сыворотка сработала. Мы заменили их воспоминания. Теперь я одна из них.       Следую за компанией Трис, Кристины, Уилла и Ала. Они обсуждают тренировки и всякую чепуху. Даже не знаю, как мне действовать в этом обществе. Будучи не особо коммуникабельной от природы, мне и в школе не удавалось заводить новые знакомства и поддерживать старые. Я всегда была своего рода одиночкой. Видимо, тут особо ничего не поменяется. — Сегодня мы продолжаем тренировки с грушами. После обеда идем наверх, будете стрелять из оружия. Начинаем! — голос Четыре почти такой же, как и ночью. Только теперь в нем меньше изумления и больше командирского тона.       Стою перед грушей. Она точно такая же, как и в БГЗ, но только оранжевого цвета, а не черного. Меня надо разозлить. Но я так устала, что уже вся иззевалась. Лениво бью грушу кулаками и предплечьями, будто от этого будет хоть какой-то толк. Четыре ходит повсюду и всех поправляет. Ну или почти всех. Осматриваюсь. У них тут даже нормальных тренажеров нет. А руки мне как накачать, извольте спросить? Отжиманиями? Это же просто смешно.       Но мне совсем не смешно, когда темно-карие глаза смотрят в мою сторону. Я стараюсь усерднее бить по груше, но получается чуть лучше, чем бы я била по этой чертовой груше вяленой рыбой, отгоняя мух.       Разозлиться. Пока что ярость ко мне приходила только вместе с болью. Воспоминания — вот мой источник силы и слабости.       Мой верный друг пес по кличке Малыш, умерший у меня на руках от неизвестной болезни. Взорвавшаяся бомба, уничтожившая мой родной дом. На глазах появляется полупрозрачная пелена. Чувство отчаяния и утраты охватывает меня сполна.       Я не из плаксивых, но сдерживаться почему-то не получается. Лупашу грушу с неимоверной яростью, пока Четыре не останавливает меня.       Быстро вытираю мокрые глаза и смотрю на него снизу вверх. Инструктор очень удивлен. Остальные тоже с увлечением смотрят на меня. Тем не менее тренироваться никто особо не перестает. Возможно, мне просто почудилось, что они сюда смотрят. — Что? — Кейт, все нормально? — Да пыли у вас тут много, вся из груши полетела прям мне в лицо. Создается впечатление, что эти детки тут для красоты висят, — ну не могу я не язвить больше десяти минут, увы.       Инструктор внимательно смотрит мне в глаза, я даже начинаю беспокоиться, что он что-то заподозрит, но за его плечом неожиданно появляется Эрик и идет прямо сюда. Страх усиливается, но на моем лице и мускул не дрогнул. — Интересно, — говорит Лидер, осматривая меня с головы до ног. — Имя? — Кейтлин. — Как давно ты здесь? — ледяные глаза смотрят на меня в упор. Я выпрямляюсь и в точности копирую его позу: руки за спиной в замке, ноги на ширине плеч. — С того момента, как прыгнула с крыши.       Фактически я не вру. — Ну, ладно. Иди на ринг.       Эмоционально не реагирую. Только лишь когда обхожу их, вздыхаю, и плетусь к огороженной части пола. — Первый прыгун — Убогая — на ринг!       Черт, парень, ты издеваешься? Я должна защищать ее, а не бить. Нельзя было послать кого-то другого из остальных восьми человек? Но всегда есть выбор. Я должна поддаться. Обязана повысить ее ранг. Трис виновато смотрит на меня. Она становится в позу защиты, повторяю за ней. Мы ходим по кругу. — Деремся, девочки. Или вам бикини принести? — совершенно спокойно говорит Эрик, но я понимаю, что он злится. Смотрите-ка, какой нетерпеливый тут нашелся. Сам бы пошел да и подрался с каким-нибудь лидером бесстрашия.       По толпе прокатывается смешок. Какой же тупой у них юмор.       Ладно, ударю ее пару раз, чтобы в самый низ не скатиться. Делаю выпад, ударив блондинку в лицо. Кулак прилетает в щеку и задевает нос. Она отшатывается, но сохраняет равновесие. Маленькая струйка крови стекает на тонкие губы. Блин, я не рассчитала силу. Давай, бей, Беатрис! Я даже не ожидала, что она такая хрупкая. Ну и чего ты тут собралась ловить, отреченная?       По привычке вытираю нос кулаком. У меня часто шла носом кровь из-за отравленного воздуха, но тут эта проблема была решена. А привычка осталась. Соперница замахивается, но я автоматически приседаю и делаю подсечку. Тело соперницы падает на пол. Херово у меня получается поддаваться. Поднимаюсь на ноги, и громко спрашиваю, скорее у Эрика, чем у Четыре: — Может хватит? — Пока не вырубится, — с удовольствием отвечает блондин. Чертов садист.       Трис пытается подняться. Ну не могу же я сейчас упасть перед ней, да и к тому же проиграть на глазах у лидера фракции и инструктора. Потом как-нибудь отыграется. Прошептав легкое: «Мне жаль», вырубаю ее кулаком по особенной части головы, чуть выше лба. Этому приему меня научил Амар. Быстро и безболезненно.       Выпрямившись, смотрю на Лидера и инструктора. Долбанная эгоистка. На лице Четыре появляется легкое удивление и досада. Наверняка до последнего надеялся, что я налажаю. Признаться по правде, на это надеялось намного больше людей.       Эрик же самодовольно ухмыляется, скрестив руки на груди. Видимо, соперничество двух видов бесстрашных продолжается и по сей день. И мне нужно будет принять чью-то сторону. Как же я это ненавижу.       Все-таки рыцарский долг никто не отменял. Поднимаю потерявшую сознание на ноги, и положив ее руку на свое плечо, утаскиваю с ринга в сторону ее друзей. Самый рослый из них берет ее на руки и уносит. Наверное, в лазарет. — Отлично, Кейтлин, — на лице Эрика все еще играет подобие ухмылки. — Продолжайте!       Приятно. Меня похвалил один из тех, кто унижает чаще, чем дышит. Но я поступила неправильно. Не то чтобы меня начала грызть совесть, ведь у меня ее практически не было. Но я же нарушила указание защищать дивергента, избив ее. Что будет дальше? Убью ее? Тогда вряд ли мне разрешат остаться. Эгоистка от рождения. Трудно защищать кого-то, когда попадаешь в такую ситуацию.       После сытного обеда в полном одиночестве, снова забегаю в спальню, чтобы посмотреть, не пришли ли какие-нибудь сообщения. Интуиция не подводит. Но, скорее это логический вывод.       Зоя мне написала:       «Ты чего творишь?» 14:50       «Я не знаю, все произошло слишком быстро.» 15:01       «Все ты знаешь, эрудитка! Если такое повторится…» 15:01       «Не повторится! Мне надо идти на стрельбу.» 15:02       Так, надо посмотреть, как там Трис. Приложение камер как раз кстати. Девушка уже пришла в себя, но ее нос немного распух. Переживет. Оглядевшись, прячу телефон обратно. Найдя Четыре и остальных неофитов, следую за ними. Мы берем крутые пушки и выходим на крышу. Все-таки есть другой ход! Ну и ладно, зато инициацию прошли.       Несколько раз не могу попасть туда, куда прицеливаюсь. Окончательно потеряв терпение, я обстреливаю чертову мишень несколько раз. Получилось, я попадаю в самое сердце. И через полчаса я уже овладеваю их пневматическим автоматом. Даже вхожу во вкус и стреляю из пистолета. Мне нравится.       В шесть часов нас отпускают. Мне захотелось сделать тату, ещё хочу сделать три дырки в ухе и покрасить несколько прядей волос в синий. Чем больше во мне неформальности — тем быстрее я тут приживусь. По крайней мере мне так казалось.       Пока я выбираю, какой рисунок нанести на правое предплечье, сзади кто-то подходит и стоит над душой. Я даже не оборачиваюсь. — Эй! — У меня есть имя, — отвечаю я, листая каталог. — Кейт.       Резко поворачиваю голову к собеседнику да так, что черные пряди разлетаются. Передо мной стоит один из неофитов, которым я вкалывала сыворотку чуть больше шестнадцати часов назад. — Питер, да? — Да, — парень переминается с ноги на ногу.       Не скажу, что он симпатичный, но меня чем-то привлекает мое внимание. Сложно было сказать, чем именно. Он тот еще фрукт. Или овощ. — Не хочешь быть с нами? — Это предложение руки и сердца? Увы, я приняла асексуальность, — снова поворачиваю голову к каталогу.       Видимо, он не совсем понял слово «асексуальность» и на секунду застопорился. — Я, Дрю и Молли хотим предложить тебе союз. — Ого, да у вас там групповуха.       Он округлил глаза еще больше. — Ладно, милашка, я шучу. Увы, ты мне нравишься, а вот твои друзья не особо. Вот избавишься от них, тогда заглядывай, — подмигиваю и за его плечом замечаю девушку-татуировщицу. — А сейчас я делаю тату.       Мне кажется, он все еще в недоумении, но мне все равно. — Осторожнее, — лишь выдает этот щекастик и покидает тату-салон.       Двери громко хлопают за ним. Посмотрите, какие мы нежные! Да и пофиг как-то, если честно. Но теперь я точно знаю, какая татуировка украсит мое предплечье. — Мне огонь Бесстрашия в стиле минимализма на всё правое предплечье!