Ненасытная

Одним вечером в офисе разразился ужасный скандал между двумя девушками. Их крик можно было услышать даже на улице, несмотря на закрытые окна. Рабочие толпились у несчастного кабинета. Дверь была закрыта на ключ. Всем приходилось просто стоять и слышать, вдобавок гадать, почему они кричат друг на друга. Один парень сидел на подлокотнике кресла и устало мотал головой: — Блин, достали… Ему было 23 года, и мало того что он был симпатичным, так ещё и очень добрым. Многие работницы были безумно влюблены в него. Некоторые же напротив ненавидели его, считая его весьма инфантильным, а его внешность очень отвратительной. Видите ли, он как девушка ухаживал за собой: «утюжил» свои волосы, которые были ему до плеч — наполовину блондин, наполовину брюнет, так как его челка, зачесанная в сторону, была окрашена в черный цвет, — пользуется косметикой, одевается странно. Все работники как работники, одеты в официальную одежду: черный низ, белый верх. А он вечно со своими длинными цепями, разноцветными футболками и узкими джинсами, а еще и в кроссовках. Спросите, почему ему разрешено? Да он ведь лучший друг молодого директора, который только недавно занял эту должность. От него требовали только одно: «Андрей, ты хоть одевайся, как положено, когда у нас комиссия». Наконец дверь кабинета открылась и оттуда выбежала гневная брюнетка восемнадцати лет. Вся в слезах она отталкивала людей с пути и на высоких каблуках быстро стремилась к Андрею: — Угомони эту дуру! — рявкнула девушка и выбежала из офиса так, что ее след простыл. Андрей был явно без желания заходить в тот кабинет, где до сих пор стояла прежняя атмосфера, пропитанная отрицательными эмоциями: — Разошлись, — спокойно сказал он и зашел в кабинет, закрывая дверь прямо перед любопытными носами. Развернувшись, он увидел типичную картину. Молодая девушка со светлыми длинными волосами сидела за столом, закрыв лицо руками и так же, как пару минут ушедшая брюнетка, плакала. Горькие слезы так и текли по ее пухленьким щечкам. Тушь, подводка, тени — все это было размазано в области глаз. Как только девушка увидела перед собой Андрея, она подавленным голосом спросила его, вытирая слезы влажной салфеткой: — Что смотришь, Андрей? Он, проигнорировав вопрос работницы, прошел в кабинет и сел за стол напротив ее: — Не плачь, пожалуйста, Алена. — Я погорячилась, понимаешь? Ты же знаешь, как я люблю высасывать энергию людей? Это ведь такое удовольствие? — Я-то знаю, — коротко хохотнул парень, но услышав, как его подруга жалобно заскулила и снова залилась слезами, решил уладить ситуацию, — Ален, не плачь… Ответь, ты хочешь помириться с ней? — Ага, — проговорила та сквозь слезы. — Бегом одеваться и к ней, — ободряюще улыбнулся Андрей, на что та послушно вскочила с места и начала одеваться, но перед тем, как выйти она села обратно и тихо сказала: — Успокой меня! — Я знаю как. Тем временем, вторая участница той ссоры шла по темной улице Москвы. Погода была очень мерзкая: дождь, грязь, слякоть. Будто сама природа подстраивалась под настроение девушки. Ведь утром, когда у нее было очень хорошее настроение, и она готова была расцеловать весь мир, погода была просто идеальная. — Девушка, а девушка? — крикнул ей вслед незнакомец, одетый как типичные хамы, и с сигаретой в зубах. — Можно познакомиться? — Пошел к черту, козел! — шикнула брюнетка. К ее великому счастью, незнакомец явно был в хорошем расположении духа, и недовольно пробубнив что-то, отмахнувшись, ушел. Девушка облегченно вздохнула, смахнула слезы и пошла своей дорогой. Дойдя до своего дома, она, в прямом смысле слова, открыв дверь, ввалилась в свою квартиру и громко зарыдав, упала на кровать. Незаметно для самой себя, она уснула крепким сном. Не прошло, наверное, и двух часов, как кто–то потряс ее за плечо и она, тяжело открыв опухшие от слез глаза, увидела перед собой мутную картину. Девушка привстала на локтях и посмотрела в сторону: — Ты?! — возмущенно спросила она. Перед ней стояла Алена, которая улыбалась, несмотря на такую реакцию девушки. — Это я, моя хорошая. — Видимо, ты в хорошем настроении. — А ты нет, Маш, — Алена подсела рядом и убрала локон волос за ее ухо, — Ты ведь знаешь, как я тебя люблю? Как я могу изменить с каким–то козлом, бросив мою девочку? Вот скажи мне. Маша всего лишь со слезами на глазах смотрела на нее. — Ты верь больше слухам в этом дебильном офисе, — высокий голос блондинки перешел на шепот. С каждым словом она приближалась к ее лицу, опуская глаза на ее ярко накрашенные губы. — Ален, уйди… Я не хочу верить тебе…, — содрогаясь, отвечала ей та, — Уйди… Ее подруга всего лишь покачала головой и, не сказав слова, распустила свои мокрые от дождя волосы. Рукой она повалила Машу на кровать, а сама же нависла над ее хрупким телом. — Ни слова. И тут же поцеловала. Поцелуй был не такой как обычно, в него было вложено столько страсти и желания доказать, что она ни в чём не виновата. Маша сначала просто безучастно лежала, но потом, когда рука Алёны пробралась под кофту и мягко сжала грудь, в ней как что-то пробудилось, и она стала отвечать на ласки. Было уже абсолютно всё равно изменяла ли ей её любимая или нет. Языки сплелись словно в каком-то танце, который был понятен только им двоим. Руки блондинки, казалось, были везде. Алёна оторвалась от губ и посмотрела на свою возлюбленную, взгляд которой уже был затуманен пеленой желания, тогда она сняла с неё кофту и отбросив её в сторону, стала снимать бюстгальтер. Прильнув к её шее, она принялась спускаться ниже и ниже, дойдя до пупка, девушка стала вырисовывать языком какие-то узоры. — Можно? — спросила Алёна. И Маша, слабо кивнув, начала помогать снимать свою юбку. Когда остались только одни кружевные белые трусики, блондинка сглотнула и почувствовала, как кровь приливает к низу живота. И вот наконец-то открылось лоно её любимой. Девушка прильнула к этому цветку, который уже истекал соками, она хотела выпить его до дна. Брюнетка под её ласками стонала так, что, наверное, слышал весь этаж, но им было всё равно. Маше уже и этого было мало, поэтому она оторвала свою любовницу от её дела и показала взглядом, чего она хочет. Надо признать, что Алёна всегда понимала с одного только взгляда, чего хочет её подруга и поэтому, облизнув палец, она стала его вводить в её горячее и податливое тело. — Больше, — выдохнула Маша. Тогда девушка добавила ещё два пальца. Брюнетка уже насаживалась на пальцы и кричала в преддверии оргазма. Ещё два толчка и по руке блондинки потекла жидкость, она сама была так возбуждена, что ей хватило всего нескольких прикосновений своей руки, чтобы кончить. И вот обнявшись, девушки лежат на кровати, как ни в чём не бывало: — Ну что? Я доказала тебе, что ни с кем не спала кроме тебя? — спросила Алёна. — Ну не знаю, не знаю… — игриво ответила Маша. — Ах ты моя ненасытная! — засмеялась блондинка и потянулась за поцелуем.